но всякий случай пристегнулся. Настроение у Стрелки резко испортилось и вела она челнок чрезвычайно дергано — Егор был рад, когда его опоры наконец соприкоснулись с покрытием площадки возле людской базы.
— Ты надолго? Может мы успеем к Питеру вернуться? — Стрелка спросила у выбирающегося из челнока Егора.
— Не знаю, зависит от того, что вы тут без меня наворотили.
— Не переживай. Ты нас совсем за дураков ни к чему не способных считаешь? Все у нас нормально по производственной линии.
Стрелка решила проводить Егора до терминала, чтобы в случае чего подсказать чем они без него руководствовались.
— Нормально?! Вы фабрикаторы и верфи на девяносто процентов загрузили военными заказами! Это нормально вообще?! — Егору одного взгляда на цифры хватило понять, что экономика ГССР катится к пропасти. Адмиралтейскую Верфь Семенович загрузил линкором нового типа. И следом за ним поставил еще два «новика». Маленькая Верфь была загружена выпуском «ястребков» на полгода вперед. Григорий возжелал их иметь около двух сотен. Фабрикаторы сутками трудились над выпуском ракет и снарядов для рейлганов. Под них Семенович возвел на орбите отдельный склад-арсенал.
— Гриша хотел вооружится на случай конфликта с Пактом, — объяснила всеобщую милитаризацию экономики Стрелка.
— Да нам никакого врага с такими затратами не надо. Сами развалимся, — Егор переключился на обзор новой системы, — ох Гриша-Гриша.
Добыча полезных ресурсов происходила лишь на одном астероидном поле из трех существующих на Вере. Да и то сам подход к их разработке Егора не впечатлил. Надежного форпоста в новой системе ГССР построено не было. В системе существовала лишь мобильный док, на котором обслуживалось и заряжалось двадцать добытчиков. Тирряне доставлялись на Веру на «Крузенштерне» отрабатывали вахту и возвращались, загрузив трюмы ресурсами. Необработанными! Неочищенными!
— Тяп-ляп! Тяп-ляп! Это просто жесть, как вы добычу организовали!
Егор начал прогнозировать какой приток ресурсов они смогут получить из Веры и одновременно прикидывать, что из них можно будет изготовить, чтобы создать в новой системе полноценную колонию.
— Эй-эй-эй! Линкор не отменяй! Он же на сорок процентов уже готов! — запротестовала Стрелка, увидев на мониторе, что собирается сделать Егор.
— А остальные шестьдесят за счет чего достраивать? Опять фетуций продавать? Не выход, у нас всего пара кусков осталось. А дальше что будем делать? Кого мы парой линейных кораблей напугаем? Надо думать масштабнее! И мечтать о сотне больших кораблей! Для этого нам нужна сильная экономика. Ты с «Нивой» совладать сможешь?
— С комбайном? Смеешься — легко!
— Тогда двинули на орбиту.
Бросив челнок в ангаре Егор и Стрелка пересели в добывающие комбайны. Но к поясу астероидов они не полетели. Им предстояла более тяжелая работа — тащить из болота бегемота. А точнее снять со стапелей Адмиралтейской Верфи недостроенный корпус линкора. Молекулярные напылители верфи работали так, что могли начать заново любую прерванную работу. Но для того, чтобы начать изготовление задуманного, недостроенный корпус линкора требовалось оттуда стащить. Когда «Нивы» Егор и Стрелка зацепились манипуляторами и потянули, то махина недостроенного корабля казалось бы осталась недвижимой. Слишком маломощными были двигатели комбайнов. Однако миллиметр за миллиметром она начала смещаться.
— Сильно не разгоняйся, нам все эту тушу надо будет остановить! — предупредил Егор по рации Стрелку.
Редкими и осторожными импульсами двигателя «Нивы» убрали будущий линкор на двести метров от Верфи, на которой начал печататься перерабатывающий комплекс.
— Ну все, твоя душенька спокойна? Можем лететь к Питеру? — спросила Стрелка, как только сопла Верфи создали первый молекулярный слой будущей конструкции.
— Спокойна? Да я только начал! — бодро ответил ей Егор.
Глава 6
В какой — то момент, когда Егор уже не ориентировался ночь на дворе стоит или день, ЦОП посетила Белка.
— А да… помню… Питер… скоро буду… — сбивчиво поприветствовал ее Егор.
— Какой Питер?! Уже три дня прошло! Ты хоть ел?
— Вроде да, — Егор оторвал краснющие глаза от терминала, — только не помню когда.
— А Стрелка где? Неужели она о тебе позаботиться не смогла?
— Срубилась Стрелка, я ее отдыхать отправил.
Задумка у Егора была глобальной — он не только создавал мощную добывающую группировку, но и полноценную колонию на новой планете. Первые две, ближайшие к оранжевой звезде, были слишком горячими. На четвертой поселяться было опасно — на планете бушевала сумасшедшая вулканическая активность. Что ни день — то полторы сотни извержений и атмосфера напрочь забитая пеплом и продуктами горения. Жить в таком аду было решительно невозможно. Четвертая планета тоже была адом, но адом ледяным. Ее поверхность была покрыта панцирем из льда из снега. Зато атмосфера требовала минимального вмешательства, чтобы стать пригодной для дыхания. Две других планеты на роль аванпоста не подходили, так как были газовыми гигантами.
Поэтому Егор закупал всяческие энергосберегающие и обогревающие технологии. И планировал жилые модули и служебные модули исходя из арктических условий. Работа эта была интересной, но требовала внимания к мелочам. Забытые, но проявившиеся в непростом климате планеты, они могли привести к гибели отдельных граждан. Или даже всей колонии в целом. Модули и коммуникации приходилось закладывать с тройным запасом прочности. С расой, которая будет там расквартирована, Егор пока не определился, поэтому систему жизнеобеспечения затачивал под сборную солянку.
— Я понимаю, что ты сейчас занят, но хочу кое-что попросить.
— Все что смогу — сделаю.
— Нам нужна лаборатория! — ошарашила Белка Егора.
— Чего?! — просьба девушки сильно выходила за рамки того, о чем мог подумать Егор, — какая еще лаборатория?!
— Универсальная многопрофильная.
— Да на черта?! Спору нет, развитие собственной науки дело нужное. Но момент сейчас как бы сказать — не очень подходящий.
— Очень-очень, — Белка присела на край стола, — у пугзов родился первый ребенок.
— И зачем нам лаборатория в таком случае? Нам родильный дом нужен, ясли, садики…
— Это все конечно же необходимо! — ответила Белка, — но потом. Нам сейчас важно понять, почему ребеночек родился с розовой шерстью…
— Не вижу ничего удивительного. Мама-мечтатель, папа-мечтатель — почему сын должен родиться обыкновенным пугзом?
— Да потому что быть мечтателем это не наследственное, а приобретенное. Иначе бы среди пугзов они бы рождались регулярно. Однако этого не происходит, мечтателями они становятся уже во вполне взрослом возрасте. Плюс у нас есть еще и запрос от Питера. Он хочет модифицировать червей для скорейшей мелиорации песков Виктории. Плюс надо смоделировать следующий выброс и разработать несколько вариантов перехвата самородков фетуция.
— Я понимаю. Это важно, но подождать никак не может? Хотя… погоди-ка, — у Егора как раз образовывался излишек мощности на новой базе и кажется он понял, куда его девать, — ты как к снегу относишься?
— Нормально, а что?
— А на мороз аллергии
