Читаем без скачивания Колумбы иных миров - Юлия Федотова

Торговцам, чтобы сохранить свой товар, поневоле приходилось нанимать мощную охрану и платить ей по наемничьим расценкам военного времени. Каждый перегон обходился им как отдельная боевая операция.

Однако на сей раз торговые гоблины потратились напрасно. Самые старые из караванщиков не могли припомнить такого спокойного сплава. Всего три атаки за неделю пути! Кстати, все — на головную ладью. Причем вели себя нападавшие как-то странно, нетипично. Обычно они подплывали вплотную к борту и сдергивали тюки при помощи специальной палки с крюком либо брали судно на абордаж, сбрасывали добро вниз, сколько успевали, и спешили удрать. Эти же товаром вроде бы и не интересовались. Они зачем-то вступали в бой с охраной и рубились так, будто имели дело с личными врагами.

Но сами охранники с повадками речных грабителей знакомы не были, поэтому никакой странности не заметили. Просто делали свое дело и досадовали, что каждый раз одному-двум разбойникам удавалось сбежать, а времени на преследование по суше не было…

У пристани Дольна караван делал большую остановку — сгружали часть товара. Засидевшиеся путешественники отправились прогуляться по городу, главным образом для того, чтобы купить чего-нибудь вкусного. Гоблины не платили вперед, но у Эдуарда в кармане штанов нашелся еще один золотой.

Ильза идти со всеми не пожелала, осталась на ладье. Девушка заявила, что город надоел ей до смерти и ноги ее больше не будет на дольнской земле! Пусть ей принесут вкусное прямо сюда, в мешочке.

— Ладно, не скучай, мы быстро! — помахал ей на прощание Рагнар. — Туда и обратно!

Задерживаться дольше, чем требовалось на покупку еды, друзья не собирались. Город был большим, богатым — за счет торговли, но скучным и грязным, особых достопримечательностей не имел. Архитектуру его Энка презрительно называла «кондовой». Местные жители никак не заботились о наружном украшении своих жилищ и прочих построек — не видели в том смысла. Так уж сложилось исторически, что Дольн то и дело с кем-нибудь воевал: с Даан-Азаром, с Оттоном, не говоря уж об Аль-Оркане… Даже с Конвеллом, с которым, казалось бы, им вообще нечего было делить, за последнее столетие вышло несколько коротких, но кровопролитных войн.

Несмотря на то что подавляющее большинство конфликтов (исключая разве что орочьи набеги) провоцировал именно Дольн, армия его сражалась слабовато, в столицу регулярно входили вражеские войска, уличные бои стали привычным делом для горожан. Поэтому одни дома были превращены в маленькие крепости, другие выглядели времянками — такими, что не жалко, если опять сожгут.

Но дольнский рынок был хорошим, большим. Лавки ломились от всяческого товара. Торговцы широко растягивали в зазывных улыбках свои разбойничьи физиономии.

Разменяв в ближайшей лавке золотой на целую горсть медных монет, друзья пошли по рядам. Должно быть, здешние продавцы умели наводить чары, потому что каждому вдруг захотелось непременно что-нибудь купить. Чего они только не набрали! Большой кусок копченого окорока, пирог с капустой, полосатую конфету на палочке и засахаренные яблочки для Ильзы, бутыль вина для Рагнара, шерстяные вязаные носки — зачем они им вообще понадобились, в июне-то месяце? — и еще много всякой съедобной и несъедобной ерунды. И к тому моменту, когда Энка увидела вещь в самом деле необходимую — отличную красного дерева чертежную доску с набором инструментов, — большая часть денег была уже израсходована. А стоил деревянный шедевр трегератских ремесленников ровно один золотой!

Взять с собой в дорогу чертежные принадлежности сильфида собиралась с самого начала, чтобы не прерывать работу над проектом уэллендорфской ратуши. Она рассудила: в плавании у нее будет полно свободного времени, следует употребить его с толком. Одна проблема — ее старая, видавшая виды, прошедшая с ней все годы студенчества доска грозила в любой момент развалиться на части. И Энка не рискнула подвергать «бедную старушку» такому испытанию, решила, что по пути, в оттоне, обзаведется новой. Однако по пути же ей пришла в голову мысль ужасная, но здравая: в оттоне чертежных досок может не оказаться вовсе. Королевство славилось доблестью и благородством своего рыцарства, но отнюдь не уровнем цивилизации.

И вот теперь, кода сама Судьба послала ей необходимое, — увы! Денег не было!

— Поищите, ради всех богов! — взмолилась сильфида. — По карманам пошарьте, за подкладкой. Вдруг у кого завалялось?

И надо же, какое везение — завалялось! И снова у Эдуарда! Ровно один золотой! Лежал в левом кармане куртки!

Счастливая обладательница новой шикарной доски на радостях даже расцеловала ольдонского наследника!

— Не понимаю, зачем она тебе сейчас понадобилась? — удивлялся Хельги, косо поглядывая на увесистую конструкцию. — Как ты станешь заниматься черчением в море? Там же качка!

— А это уже не моя забота! — с ходу откликнулась девица, видно, этот вопрос был у нее давно продуман. — Ты у нас могучий демон, по твоей прихоти мы идем в плавание, вот ты и будешь, в случае необходимости, обеспечивать мне мертвый штиль!

В ответ «могучий демон» лишь обреченно вздохнул…

На подходе к гавани Эдуарду сделалось жарко — солнце, дотоле милосердно скрывавшееся за облаками, вылезло и воссияло во всей своей июньской красе. Остальные шли в одних рубашках, изначально оставив свои куртки на ладье. Принц же, будучи особой высокородной, постеснялся разгуливать по городу полураздетым и теперь расплачивался за свой снобизм.

— Да сними ты ее! — напустился на бывшего ученика Хельги, ему-то и в рубашке было тошно. — Не дайте боги, тепловой удар хватит! Смотри, мы уже почти пришли. Смотри, грузчики вообще в чем мать родила ходят! — Тут он, конечно, немного приврал: матери определенно рожали будущих грузчиков без набедренных повязок.

И принц послушался. Стащил потемневшую под мышкам куртку, взмахнув, перекинул через плечо, и… все услышали характерный звон металла о камень. Прямо под ноги Рагнару отлетела золотая монета!

— О! — обрадовался рыцарь. — Еще одна завалялась! Можем еще чего-нибудь купить! — Видно, торговая магия все еще оказывала влияние на его податливую натуру.

Но Орвуд одним хищным движением выхватил золотой из его рук и обернулся к Эдуарду.

— Та-ак! Скажи-ка ты мне, состоятельный наш, почему у тебя в карманах постоянно заваливаются золотые?

— Не знаю! — растерянно пожал плечами принц. И обиделся. — Ты что, думаешь, я нарочно их от вас припрятал?!

— Нет. Этого я как раз не думаю. Тут дело серьезнее! Ну-ка, смотрите внимательнее! — Он протянул монету на ладони.