— Для тебя — возможно, — отрезала она. — Я могу прямо сейчас дать тебе ответ.
— Не надо, — спокойно произнес он. — Подумай о своем будущем и о будущем своей семьи. Я предлагаю тебе большие деньги. С их помощью ты сможешь решить некоторые свои проблемы.
— Попросту говоря, я должна буду продать тебе свое тело. — Ее слова были полны горечи.
— Если хочешь, можешь так думать, — жестко ответил Чейз, и она увидела за маской дружелюбия его истинное лицо. — Месяц пролетит быстро. Я мог бы за тобой ухаживать и соблазнить тебя, не покупая твой отель или не предлагая за него дополнительную сумму.
Лорел наклонила голову.
— В таком случае почему ты этого не сделал? Мог бы сэкономить полмиллиона. Возможно, тебе удалось бы меня соблазнить, но сейчас об этом даже не мечтай.
— Я не хотел ждать. Ты уже дала мне отставку в первый день, забыла? — Один уголок его рта поднялся, и ее ярость усилилась. Она злилась на саму себя за то, что ее по-прежнему к нему влечет.
— Не хочешь тратить свое драгоценное время на отношения? — язвительно бросила она.
Чейз обвел пальцем контур ее уха, и от этой ласки по спине у нее пробежала дрожь.
— Можешь думать что хочешь, но на самом деле я просто не могу дождаться, когда займусь с тобой любовью, — произнес он хриплым голосом. — Не то чтобы меня очень интересовал твой отель, но мне нужно в ближайшее время где-то разместить своих служащих.
— Ты привык немедленно получать то, что хочешь. Любыми средствами, — ответила Лорел с презрением. Самодовольный богатый плейбой снял маску, как она и ожидала.
— Не отрицаю. Но мое предложение не так уж абсурдно. Подумай о выгоде. Я могу заплатить тебе наличными.
— Разве я могу думать о выгоде, когда ты хочешь купить мое тело?
Улыбнувшись, он снова положил руки ей на плечи.
— Думай о перспективе продажи отеля, а остальное пока в расчет не бери. Это может кардинальным образом повлиять на твое решение.
— Я не…
Лорел хотела возразить, но в этот момент он наклонился и накрыл ее губы своими. Его рука обхватила ее талию. Она хотела оттолкнуть его, но, когда его язык ворвался внутрь ее рта и погладил ее язык, ей расхотелось сопротивляться. Порабощенная желанием, она обхватила руками его шею и ответила на поцелуй. В голове промелькнуло, что ее сердце снова будет разбито, но она не могла ничего с собой поделать. Близость с Чейзом была неизбежна.
Когда его рука начала ласкать ее грудь через ткань платья, все проблемы куда-то испарились. Тихо постанывая от удовольствия, она гладила его по спине.
— Ты тоже этого хочешь, — прошептал он, резко подняв голову. — Скажи «да», Лорел.
Что толку было в словах? Он все равно ее соблазнит.
— Подумай о будущем своей семьи, — мягко произнес Чейз. — Пойдем ужинать, заодно и познакомимся поближе.
Чувствуя себя так, словно проиграла первый раунд в битве, Лорел молча взяла сумочку и пошла с ним. Увидев блестящий черный лимузин, поджидающий их у обочины, она подумала об Эдварде. Только Чейз был сексуальнее и обаятельнее Эдварда. В отношениях с женщинами ее бывший жених действовал тонко, а Чейз шел напролом. Эта решительность помогала ему добиваться своего.
Она вернулась в мыслях к его предложению. Полмиллиона долларов сверх запрашиваемой ею цены! Это были огромные деньги, и она старалась не думать о том, как они могли бы помочь ее семье. Полмиллиона долларов в обмен на то, чтобы она стала его любовницей. Его предложение вызывало у нее отвращение, но в то же время оно было весьма заманчивым. Месяц в его постели… У нее перехватило дыхание.
В машине она вопреки своей воле залюбовалась его великолепным профилем. Как бы ни раздражал ее этот мужчина, она не могла противостоять его обаянию. В то же время ей всегда были противны богатые плейбои, считавшие себя центром Вселенной. Ей хотелось бросить ему в лицо «нет», но здравый смысл не дал ей это сделать. Слишком многое было поставлено на карту. Она знала, что в конечном итоге либо согласится, либо будет ненавидеть себя всю оставшуюся жизнь.
Она попыталась придумать, как избежать его постели, не теряя при этом денег, которые он предложил. Но это было невозможно. Как ни крути, чтобы продать отель и получить дополнительные полмиллиона, ей придется стать его любовницей. Стоит ли ради этого снова рисковать своим сердцем?
В ресторане Лорел едва слышала мягкую фортепьянную музыку, которую играл оркестр. Все ее внимание было сосредоточено на Чейзе и его предложении.
Наклонившись вперед, он взял ее за руку. В мерцающем свете свеч его лицо было поразительно красивым.
— Ты слишком беспокоишься. Попробуй расслабиться и насладиться вечером. Тебе будет легче принять решение. Ты поймешь, хорошо тебе рядом со мной или нет.
— Мы оба уже знаем, что мне хорошо с тобой, — ответила она, глядя в его потемневшие от желания глаза. — Лучше бы ты остался ковбоем из Монтаны, которым был когда-то.
— Будь это так, ты не получила бы предложение, столь выгодное для нас обоих, не только для меня, — напомнил ей Чейз, и она просто кивнула.
Принесли деликатесные закуски, но Лорел едва к ним притронулась.
— Я не могу проглотить ни кусочка. Ты советуешь мне расслабиться, но разве это возможно, когда я каждую секунду думаю о твоем предложении?
— Потанцуй со мной. Это поможет тебе сделать правильный выбор. — Чейз поднес ее ладонь к своим губам, и ее кожу начали покалывать сотни маленьких иголочек. — Ты прекрасна, Лорел, — прошептал он.
— Спасибо, — ответила она. Несмотря ни на что, его комплименты доставляли ей удовольствие.
На танцполе Чейз улыбнулся ей.
— Расскажи мне о своем детстве в Монтане.
Лорел попыталась сосредоточиться на его просьбе.
— Большую часть времени мы жили в городе, потому что здесь была школа, — начала она.
Чейз внимательно слушал ее рассказ о детских годах, время от времени вставляя шутливые замечания. Затем настал его черед. Смеясь над его проделками, она забыла обо всех своих проблемах.
— Я уже говорила, что мой отец любил вечеринки и часто приглашал домой своих друзей. Он играл на банджо и пел, а мы с сестрами выступали вместе с ним перед гостями, — сказала Лорел.
— Ты играешь на банджо?
— Нет. Я училась играть на пианино, петь и танцевать.
— Не могу себе представить, чтобы мой отец так расслаблялся. Он каждый день работал до изнеможения. Вставал на рассвете, а домой возвращался только на закате и засыпал как убитый. У нас не было дружеских посиделок. Мы с братьями и сестрами помогали отцу. Не помню ни дня, чтобы я не работал. Возможно, именно поэтому сейчас я так люблю развлекаться.
