Читаем без скачивания Выбор оружия - Андрей Кивинов

Вовану не хотелось заморачиваться. Он только что приехал в гости, где рассчитывал с большим удовольствием провести время. Скинул тесные ботинки, развалился на диване, оценил доносившийся с кухни запах жареного мяса и приготовился свернуть пробку на бутылке виски «Старый сержант». Все бросить и ехать на другой конец города, чтобы накостылять зарвавшемуся барыге? За каждым гоняться – носилок не хватит. Вован переадресовал указание Максу, который так же не высказал рвения:

– Какой, к херам собачьим. Брошка? – возмутившись, Максим «подрезал» маршрутное такси. – Да я… Да мы…

Рявкнув командирским голосом, Вован отключился, а Максим едва не сбил пешехода и был вынужден резко затормозить.

Настроение испортилось безвозвратно. Увеличив скорость до прежней, Максим сделал два звонка. Колдобины нещадно лупили подвеску «мерина», и Макс скалился при каждом ударе.

Предупредив подругу, что задерживается, он набрал номер Брошки.

– Дома? Ну, жди, проблемный ты наш! Голос не предвещал хорошего, но аккумулятор садился, связь прерывалась, и Сева не распознал беды, летящей к нему со скоростью сто километров в час.

По шоссе Максим несся зигзагом, высматривая нужный дом с обеих сторон: нервничая, он позабыл нужный адрес. Калитку распахнул ударом ноги, секундой позже той же ногой заехал в дверь так, что зашаталось все здание.

– Тебя долго ждать? Открывай быстрее!

Расположившись на скамейке во дворе дома, где проживала подруга Максима, Казначей и Фролов ждали. Время приближалось к одиннадцати. Часа полтора назад, когда еще не было так темно, они заметили похожий «мерседес», пролетевший по шоссе, и Казначей вспомнил о Брошке: именно он в свое время рассказал про Максима.

Оставив Фролова, Казначей обошел дом вокруг, посмотрел на окна квартиры.

– Задерживается наш друг. Девчонка дома телевизор работает, так что появится, никуда не денется…

Вере не говорили о предстоящем деле. Она, конечно, что-то поняла, но вопросов не задавала! Семену такое ее поведение пришлось по душе. Настоящая боевая подруга: не закатит истерику в трудный момент, не спросит: «Зачем?», когда он скажет, что надо прыгать. Он чувствовал, что привязался к ней по-настоящему. В минуты близости шептал слова, которых никому раньше не говорил, расставаясь, считал минуты до встречи. Она своих чувств не раскрывала, на прямые вопросы – он рискнул пару раз спросить, что она о нем думает, – отшучивалась, но было очевидно, что он ей, конечно, небезразличен.

Одна мысль временами отравляла идиллию: что бы было, окажись на месте Веры другая девушка? Он любит именно ее или просто первую, которая ему встретилась в городе?

Казначей не говорил о пистолете, но Фролов вооружился: подставлять голову под колотуху больше не хотелось. Артем клялся, что все пройдет удачно, но ведь многое зависит от случайностей. Кто даст гарантии в таком деле? Как бы логично и гладко все ни было рассчитано, Максим мог появиться в самый неподходящий момент. Фролов твердо решил, что пасовать не станет, достанет ствол. Посмотрим, какой герой этот боксеришка! Будет рыпаться – схлопочет пулю в брюхо.

Перефразируя Славку, можно было сказать:

«Лучше быть угонщиком, чем тем, у кого угоняют». Семен не чувствовал себя неправым – жизнь заставила, обстоятельства. Не за этим же он приехал в город! Просто так карта легла…

– Смотри! – Казначей пихнул его коленом. – Он!

С шоссе на улицу повернула машина. Она была еще далеко, но сердце сказало: та самая. Максим ехал на разрешенных шестидесяти, желтые огни фар слегка качались вверх-вниз, левая светила чуть ярче. Остановившись возле подъезда, Макс долго сидел, скрестив руки на баранке и глядя перед собой. Пронесшийся мотоциклист высветил остроносый профиль бандита, и Фролов невольно сжал пистолет. А может?.. Далековато, но он успеет пробежать полдистанции прежде, чем Максим отреагирует, а там уже не промахнешься.

Максим зашел в дом. Дверь подъезда не закрывалась, и было видно, как он стоит на площадке в ожидании лифта, переминаясь с ноги на ногу. В его руке блестела бутылка шампанского.

– Не терпится ему, – Артем беззвучно усмехнулся.

Потной рукой Фролов продолжал ласкать рукоять пистолета. Очень хотелось выстрелить – может быть, потому, что в данный момент это было решительно невозможно.

Максим вошел в кабинку лифта, и двери закрылись.

Для страховки выждали несколько минут и только потом подошли к машине. Фролов вздрогнул, когда пискнула сигнализация.

– Работает, – прошептал Казначей, открывая дверь.

«На хрена я ему понадобился? Он бы и один прекрасно справился», – запоздало подумал Фролов.

– Садись, твою мать, долго стоять будешь? – Казначей устроился за рулем и запустил двигатель; едва Семен плюхнулся в соседнее кресло, рванул так, словно за ними уже; гнались.

В салоне остро пахло незнакомым, явно дорогим, дезодорантом. Именно это приковало внимание Фролова, и он встряхнулся, только услышав злобный шепот Артема:

– Фиг ли рот раззявил? По сторонам смотри, придурок!

До конца проспекта им не повстречалось ни одной машины. Потом Казначей свернул во дворы, пропетлял по неосвещенным проулкам, дважды царапнул днищем асфальт и въехал в промзону, где сбавил скорость, высматривая одному ему известные приметы.

Остановились перед неплотно прикрытыми железными воротами. В широкую щель был виден мужчина в бейсболке и кожаной куртке. Приглядевшись к машине, он кивнул и отворил створки. Казначей загнал «мерседес» во двор. Со всех сторон громоздились останки машин, от привычных отечественных до редких иномарок, впереди был плохо освещенный бокс с ремонтной ямой, на краю которой стояли двое в оранжевых комбинезонах.

Примерившись, Казначей ловко загнал «мерседес» на яму и выключил зажигание.

– Все, аллее. А ты боялся!

Они вышли из машины.

– Привет, Артем, – сдержанно поздоровался один из мужчин, лет тридцати пяти, лысоватый, с заметным брюшком, туго обтянутым синтетикой комбинезона. – Обошлось без осложнений? Поздравляю с почином.

Улыбаясь, Казначей протянул ключи. Фролов знал, что с хозяином гаража Казначей раньше вместе работал. Тот был командиром взвода, уволился за какую-то провинность. Вроде бы кого-то избил. Должны были судить, но то ли срок дали условный, то ли до сих пор не собрались. Казначей назвал его Иваном, но Семену показалось, что это его не настоящее имя.

Иван обошел вокруг машины. Присел на одно колено, оценивая подвеску, пнул баллоны, поднял крышку капота. Казначей подмигнул Семену.

Тихонько насвистывая, Иван подошел к багажнику, вставил ключ и нахмурился:

– Не открывается… Рассмотрев скважину, удивился:

– На черта было туда спички совать?

– Это не мы, – Казначей нервно хохотнул. Из карманов комбеза Иван достал плоскогубцы, нож, какие-то тонкие проволочки, отвертку. Помощник стоял рядом, с фонарем в руке.

– Мастер, – уважительно выдохнул Казначей, а Фролова уже охватило предчувствие страшной ошибки.

– …мать вашу! – Иван открыл багажник отшатнулся от машины. – Вы что, совсем охерели, придурки?

Ухмылка застыла на лице Казначея. Заглянув в «мерседес», он окаменел.

Не дыша, подошел Фролов и встал рядом. Снизу вверх стеклянными глазами на них cмотрел Брошкин, лежащий в позе эмбриона.

Он был в трикотажном спортивном костюме и одном тапочке.

Фонарь в руке помощника Ивана, на миг ярко вспыхнув, погас.

И где-то далеко за их спинами равнодушно прогрохотала уходящая электричка.

КТО ВИНОВАТ?

1

Максим не понимал, как это случилось.

Боксом он занимался с тринадцати лет, высот не достиг, а после неудачного выступления на городском чемпионате совсем забросил регулярные тренировки. Физические данные были прекрасные, удары поставлены правильно, но он не научился выбирать момент для атаки, расходовал силы, когда следовало ждать, и «зевал» в решающий момент. Каждый бой сводился к бестолковому обмену ударами, и победить удавалось только за счет еще более низкой квалификации соперника.

Когда Брошкин рассказал свою печальную историю, Максим побагровел.

– Ты что, падла, делаешь? Мало того, что спалился, так и меня подставить решил? Фиг ли ты звонишь, козел долбаный? А если менты тебя и сейчас пасут? Ну, ты меня довел…

Сева хотел возразить, но Макс не слышал, пошел на него, разминая запястья, хлестко ударил левой по челюсти, отступил, сделал финт коленом, заставляя слегка «поплывшего» Брошку прикрыть пах и, легко подскочив ближе, со всей дури пробил «двойку» в солнечное сплетение.

Добавить не успел – Брошкин зашатался, резко побледнел и кулем свалился под ноги.

– Будешь знать, коз-зел!

Максим был недоволен – слишком быстро все кончилось. Конечно, рыхлый и болезненный наркоторговец не был тем противником, победой над которым стоит гордиться, но успешно помахать кулаками всегда приятно.