Читаем без скачивания Железный бастион - Андрей Альтанов

Лукас глянул на трансляцию боя. Два вражеских «Хорнета» не изменили траектории и всё так же неслись к своему подбитому товарищу. Балбесы или не пользовались взломанными видеоканалами, или, из-за великолепной маскирующей способности его нанопокрытия, попросту не заметили «низколетящее» над поверхностью пятно лёгкого танка. А тем временем пролёт цеха, где произошло столкновение, и гавань завода остались далеко позади. Над Лукасом уже нависли исполинские девятьсоттонные краны. Под ними, на «нулевом» наклонном стапеле завода, навечно остался последний недостроенный «Ковчег» – бронированный, автономный корабль-город, на котором кто-то когда-то хотел спасти часть населения Украины от урагана катаклизмов Серых Десятилетий.

Не до конца состыкованные и собранные наспех секции посудины с многочисленными отсутствующими листами обшивки были идеальным местом для ведения снайперского огня. Мощную корабельную сталь «Ковчега» не способно было пробить ни одно из танковых орудий. Лоскутные «дыры» в бортах являлись великолепными огневыми позициями, которых здесь была тьма-тьмущая, а наличие узких мостиков и дорожек внутри громадины позволяло нормально проехать (при соответствующем опыте танкового паркура) лишь «Васпу» и «Хорнету». Последний факт исключал присутствие на внутренних палубах «Хантера» второго снайпера, которого Лукас так и не смог засечь.

Но когда Дабл вёл свой танк по одному из многочисленных вспомогательных трапов в ржавое распахнутое нутро корабля, о себе вновь напомнил его главный и коварный соперник. Характерный высокочастотный звук детектора смарт-мин заставил танкиста нервно дёрнуться и остановить машину всего за какой-то метр от смертельного гостинца. Злобно обругав себя за тупость, Дабл сдал назад и стал искать другой подъём, ширина которого не позволила бы пройти по нему «Хантеру» и тем самым сделала бы невозможным минирование трапа. Подходящий узенький мостик оказался со стороны развороченной кормы корабля, направленной в сторону реки.

Лукас, пропетляв между подсобок и разного рода неидентифицированных постапокалиптических конструкций, оказался около узкого рамного трапа с железным настилом. На вид эта хрень должна была выдержать лёгкий танк. Опытный танкист задержался ещё на секунду, но уже не из-за сомнений в прочности моста. Совсем рядом, на противоположной стороне, по околостапельной плите пёр «Мамонт», которому надоело разгребать завалы каботажного спуска. Тяжеловес решил здесь немного срезать. Башня его орудия была развёрнута в другую сторону. Это говорило о том, что он, скорее всего, не заметил мелкий «Хорнет» и имелся высокий шанс проскочить. Об атаке этой самоходной крепости Дабл и не думал. Самым разумным сейчас было бы его пропустить и оставить на закуску. Но и ждать здесь внизу было непозволительно глупо. С минуты на минуту сюда могло прилететь карательное звено, и находиться на открытом пространстве – последнее, что нужно было Лукасу. И он рискнул.

Так быстро, как позволял ему весь его опыт вождения танка, он вырулил на узкую ленту мостика и на виду у ползущего «Мамонта» повёл машину вверх. Но как только прорезиненные башмаки гусениц «Хорнета» легли на рыжую поверхность палубы, в корму танка пришёл мощный удар осколочного орудия. Машина, получив солидный пинок под зад, влетела внутрь и чуть было не рухнула вниз, задержавшись на самом краю сквозного провала, ведущего на самые нижние палубы. В последующих залпах «Грома» разлетелась вся рамная конструкция мостика, сделав отступление по этому проверенному пути невозможным.

Корпус боевой машины Дабла оказался сильно повреждённым. Кормовая броня едва выдержала, так как враг использовал микромодуль усиления залпа. Активировав ремонтных нанороботов, Лукас увёл «Хорнет» на палубу уровнем ниже и выглянул из небольшой пробоины в корпусе. Грозный «Мамонто-Гром», которого не особо пугали даже мощные залпы «Шафта», вылез на самый край околостапельной платформы, вынеся малую часть корпуса над играющими внизу волнами реки. Потеряв из виду врага, он сейчас отчаянно крушил многочисленные трапы, ведущие к недостроенному «Ковчегу», чтобы отрубить абсолютно все пути к отступлению.

– Ну, что ж… – Дабл злобно скрипнул зубами. – Сам нарвался.

Прицелившись из глубины корабельного корпуса, Лукас дал залп под брюхо тяжеловеса. А там, не выдержав мощный напор плазмы одна за другой, словно спички, начали переламываться опорные сваи. И многотонная неповоротливая туша «Мамонта» тут же съехала по покосившемуся настилу платформы в глубокий котлован стапеля. Там, под водной поверхностью реки, он и исчез с концами.

Лукас знал, что «Мамонт» не являлся «амфибией», как универсал «Хантер» или десантный «Хорнет», а потому жизнь находящегося в нём танкиста осталась под большим вопросом. Впрочем, это был просчёт врага, да и игра не зря называется Кровавые Траки. И потому закалённый в войне танкист не стал задерживаться, чтобы узнать – всплывёт игрок или нет, а занялся более насущными проблемами. Тихонечко переползая с позиции на позицию в течение двадцати минут, Дабл всё-таки обнаружил местоположение второго снайпера.

Паршивец засел в заводской гавани на палубе сухогруза и сейчас выцеливал снующие между цехами «Хорнеты» карательного звена. Долго не раздумывая, Лукас вновь врубил «двойной урон» и прицелился. Башня орудия «Хантера» сейчас была закрыта достаточно крупной конструкцией погрузочного крана. Открытым для стопроцентного попадания был лишь зад танка.

– Стоишь ли ты под «двойной бронёй» или нет? Вот в чём вопрос, дружище, – произнёс вслух Дабл и отпустил гашетку.

Ответ не заставил себя долго ждать. Усиленный поток плазмы ударил по броне «Хантера», которая тут же заискрилась от сгораемых микрочастиц, поглотивших солидную часть заряда. Верхний слой брони вспыхнул на миг, но тут же потух под потоком ремонтных нанороботов. Улучшенный корпус врага выдержал удар в спину, и, сорвавшись с места, «Хантер» скрылся где-то под палубой судна.

Дабл сменил позицию и, затаившись в темноте недостройки, принялся ждать. Враг не высовывался. Так прошли долгие десять минут. Лукас попытался несколькими залпами потопить старую калошу, но куда там! Обшивка судна гораздо толще любой танковой брони.

Прошло ещё минут десять, и тут вдруг Дабл нервно задёргался в кресле. На боковом скрине, где транслировался бой, сейчас крупным планом показывали, как две «Хорнето-Рельсы» безжалостно расстреливают «Титан» Валерии. И даже самому последнему нубу уже было ясно, что Великолепная не выстоит в битве против двух опытных командных игроков и наверняка погибнет, о чём, собственно, и «пел» сейчас смазливый комментатор.

Вспомнив самый колоритный, собранный из нескольких разных языков, трёхэтажный мат, который он когда-либо слышал от российских танкистов, Лукас кинулся на помощь своей бывшей подруге.

Пролетев через всё ржавое нутро «Ковчега», его «Хорнет» остановился на платформе у распахнутых носовых ворот для погрузки крупной техники. Отсюда было хорошо видно то место, где между остатков производственных построек методичными залпами громили крепкий танк Валерии. Лукас шмальнул с ходу, не особо целясь. Заряд прошёл мимо одного из атакующих, но этого было достаточно, чтобы оба бойца тут же забыли об израненном «Титане» Валерии и рванули в сторону стапеля за своим «главным призом».

Начались гонки на выживание, которые Дабл так ненавидел, но одновременно любил, пусть и где-то очень глубоко в душе. В подобном бою выживали лишь те, в ком спаялись воедино абсолютно все возможные качества, как самого танкиста, так и его боевой машины. Лукас увёл свой «Хорнет» в самую гущу руин, где укрытием могло стать любое выступающее недоразумение. Тут же эти повидавшие виды развалины вздыбились фонтанами щебня от непрерывных ударов «Рельс» и укутались в клубы густого дыма испаряемых плазмой кирпичей и бетонных конструкций. Но раз за разом игроки мастерски уходили от залпов противника, и поле боя постоянно приходилось смещать в сторону более целых построек, так как та пядь земли, где более минуты длился бой, превращалась в полностью «выкошенное поле».

Такого динамичного сражения ещё не было в этом сезоне. Абсолютно все фанаты, наблюдающие бой, сейчас визжали, вздымали руки, расплёскивая алкоголь из бокалов, и рвали на своей голове волосы при каждом залпе любого из трёх сцепившихся «Хорнетов». И хоть всем уже давно стало ясно, что две «Рельсы» играют нечестно на пару, но однозначно отдать им победу никто не спешил. Многие опытные игроки уже начали перешёптываться о «навороченном» «Шафте» Лукаса, который намного быстрее всех известных модификаций этого орудия набирал объём плазмы. Светящиеся потоки такого большого объёма стандартный «Шафт» мог выпустить лишь после очень длительного набора, но никак не за те секунды, которые проходили с момента остановки «Хорнета» Лукаса до его залпа. Напряжение в наблюдательных залах и на поле боя достигло максимального накала.