будем уезжать?
— У нас есть чуть больше двух недель, — ответил мужчина. — Маме как раз нужно будет доработать и забрать все документы. И ты как раз сможешь со всеми попрощаться, все дела сделать и потом поедем. Там уже нам поможет всё устроить мой начальник. Ну, этим в любом случае буду заниматься только я и мой начальник. Ну, и там есть у него знакомые, которые помогут до нашего приезда всё устроить. От тебя требуется только в институте всех предупредить, всякие долги сдать и попрощаться со всеми. С документами в институте я сам всё устрою. И о переводе договорюсь сам. Можешь об этом не переживать!
— Ну, конечно, это мало. Но что поделать…. Конечно, я совершеннолетний и полное право имел бы жить тут один, без вас.
— Но мы же одна семья, — улыбнулся отец. — А семья не бросает в беде. Ну, это, конечно, не совсем беда, но всё равно. Не надо нас бросать! Вообще можно сказать, что это наша общая семейная беда. Переезд — это всегда тяжело! Тебе понадобится наша поддержка, а нам потребуется твоя поддержка! Без тебя мы точно не справимся. Как будто тебе будет легче, если ты тут останешься один без нас.
— Ну, я тогда хотя бы останусь со своими друзьями, знакомыми, одногруппниками и Церковью, — выдал Стас. — Ни к чему новому не придётся привыкать и смогу обучаться спокойно без всяких переживаний. А там…. Так точно сразу не получится! Ещё и не факт, что там точно такая же программа и точно также обучают. Ведь преподаватели везде разные. А моих преподавателей я хотя бы хорошо знаю.
— Ничего, сынок, привыкнешь к новым преподавателям, — пытался приободрить сына Виктор Петрович.
— Стасик, ты же не бросишь нас? — уже испугалась мама. — Ты, конечно, правда, можешь тут остаться, но как же быть нам?.. Я не смогу никуда уехать, если буду знать, что мой единственный сын остался тут один. Я хочу быть рядом с сыном. А Витя не сможет уехать без меня. Пожалуйста, не ставь нас перед таким тяжёлым выбором.
— Как будто бы вы меня не ставите перед тяжёлым выбором, — пробурчал едва слышно сын.
— Что? — не расслышал отец.
— Ничего. Я уже сказал, что хорошо, уезжаем. Что ж поделать в такой ситуации?.. Хотя бы институт бросать не нужно. Уже хорошо.
— Если из-за такой ситуации тебе нужно было бы бросать институт, то я сразу сказал бы: нет, — уверенно проговорил мужчина. — Я же ведь понимаю, как эта учёба важна для тебя. Это твоё будущее! Ты туда так с трудом прошёл…. Заставлять тебя терять такую возможность я бы не стал! И не смог бы на такое пойти! Ведь речь не просто о месте жительства, а речь шла бы про твоё будущее. А это…. Важнее всего остального! Уж точно важнее меня. Я-то уже не такой молодой, а у тебя вся жизнь только впереди. И я хочу, чтобы ты работал на той работе, которая тебе нравится. А ветеринаром ты очень хочешь быть. Я знаю.
— Ну, да. Есть такое… — даже не скрывал это Стас. — Мы вроде всё обсудили, да? Я тогда пойду делать задания, — сын сделал шаг к выходу из комнаты.
— Подожди, Стасик, — остановила его Лариса Викторовна. — Давайте тогда помолимся сейчас за то, чтобы Бог всё благословил и сам устроил. Устроил нашу жизнь там. И помог в такой тяжёлой ситуации. Справиться со всем, что сейчас свалилось на каждого из нас.
— Да, точно, давайте помолимся, — согласился с женой глава семейства. — Это будет кстати.
— Любимый, помолись, пожалуйста, а мы тебя поддержим, — решила женщина.
— Хорошо, — мужчина склонил голову и начал молиться.
Стас и мама тихо его поддерживали. Эта молитва была гораздо длиннее молитвы, что у них была перед едой. Виктору Петровичу надо было о многом помолиться, и их молитва растянулась на десять минут. Но вот мужчина закончил молитву, и они дружно начали проговаривать:
— Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твоё; да приидет Царствие Твоё; да будет воля Твоя… — на этот раз эти слова Стасу было произносить очень сложно, ведь сейчас всё складывалось в его жизни не слишком хорошо, но всё равно нужно было доверять Богу. Богу нужно было доверять, не смотря ни на что. Ему было виднее, зачем Он так всё устраивал и зачем нужен был этот переезд. Всё было точно не случайно. Станислав в это верил. — … И на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твоё есть Царство и сила и слава во веки. Аминь, — закончили они молитву.
— Вот. Замечательно. Теперь не будем тебя задерживать, Стасик, — повернула голову к сыну мама. — У тебя, наверное, много заданий. Мы не хотим, чтобы у тебя из-за того, что мы тебя сейчас задерживаем, были потом плохие оценки. Иди скорее!
— Ага, — молодой человек развернулся и вышел из комнаты, оставив родителей наедине.
— Он расстроился, — выдала мама, когда услышала, что сын прошёл в свою комнату и закрыл дверь. Женщина посмотрела на то место, где недавно стоял Стас.
— Конечно. Это по нему видно. Но он справится! Он сильный, — ни на секунду не сомневался в этом отец. — Самое главное, что он смог принять верное решение и всё-таки поедет с нами. Я боялся, что он разозлится и не захочет уезжать с нами. Боялся, что придётся оставить его тут или придумать что-то, чтобы все мы могли быть там. Но он поступил правильно и сделал так, как мы его попросили. Он большой молодец! Я видел, как ему было тяжело это сделать! Но он сделал это!
— Да, он молодец! — на губах мамы появилась улыбка.
— Это лишь значит, что мы хорошо воспитали нашего сына, — мужчина тоже улыбнулся. — Он доверяет нам и прислушивается к нашему мнению. С нами ему, и правда, будет лучше, чем одному. Одному ему пришлось бы туго! Я знаю, как это жить без родителей в таком возрасте. Ну, точнее вдалеке от родителей. Это нехорошо! Лучше уж так, чем одному! Мне лишь жаль, что ему приходится через такое проходить. Переезд… это тяжело во всех смыслах!
— И не говори, — женщина тяжело вздохнула. — Бог всё устроит! Я верю в это!
— Я тоже верю. И устроит жизнь Стаса там. И всё у него будет ничуть не хуже, чем тут. Будем ещё молиться, чтобы у него получилось
