из выживших лучше всего подходит под босса этого мелкого перевалочного пункта.
Вроде уже и магия, и бешеная власть кланов, и могущественная тайная стража с полицией. Но, чёрт побери, беспредела всё равно хватает. Неужели это невозможно прекратить и проще делать так, как заявил Романов? Брать большую часть получаемых средств, обеспечивая своё прикрытие? Не понимаю, блин. Сколько бы об этом не думал — не понимаю. Прожил, возможно, слишком мало. Лет через сто, скорее всего, додумаюсь, почему так происходит, пусть сейчас в этом искренне сомневаюсь.
— О, ты подходишь, — засёк я оглушённого мужика, который совсем недавно своими ногами выбрался из полуразрушенного здания.
Дорогая спортивная одежда, какие-то перстни на пальцах. Да и ползёт к недешёвому автомобилю. К единственному средству передвижения на стоянке, на котором присутствуют не только все окна, но и фары. Более того, даже ржавчины не заметно! Допускаю, что это может быть обычный водитель. Тоже пойдёт, эти ребятки много чего знают, возя своих начальников туда-сюда. А уж сколько им рассказывают в подпитом состоянии, забывая обо всем на утро…
— Ты тут главный? — я подошёл к намеченной цели в тот момент, когда мужчина поднялся на ноги.
— А? — расфокусированным взглядом посмотрел он в мою сторону.
— Начальник, говорю, ты тут?
— Ага, — коротко кивнул он.
— Отлично. Давай ключи, подвезу тебя. В таком состоянии тебе самому ехать нельзя.
— Держи, — протянул он мне связку и свалился под ноги, теряя сознание.
Так-с. К машине я его притянул, закинул на заднее сидение, умудрившись расположить его в сидячем положении. Минут пять пришлось ждать появления Никиты с Колей. Первому я и вручил ключи, предложив скататься куда-то за город. Желательно — в лес, чтобы нас никто не отвлекал.
— Так веди, чего ты меня за руль отправляешь? — не понял сын императора, поглядывая на связку ключей.
— Прав нет, да и не умею я, — развёл руками, забираясь на заднее сидение.
Ехали мы около часа. Бандит даже разок умудрился очнуться. Глянул в окошко — не узнал знакомых мест и вполне логично решил уточнить, куда же мы его везём. Моё правдоподобное объяснение ему не понравилось. Он начал порываться открыть дверь и выпрыгнуть из автомобиля на ходу, параллельно пытаясь влепить мне по голове. Пришлось вырубить его «Мозголомом», чтобы не надоедал.
— Всё, тут вряд ли кто-то будет, — решил Никита.
Последние двадцать минут мы на внедорожнике тряслись по кочкам, переезжая с одной едва заметной лесной дороги на другие, ещё менее заметные. В конце концов даже свернули с этой просеки и преодолели несколько холмов, прежде чем сын императора решил остановиться. Понятия не имею, кстати, каким образом мы будем возвращаться, ибо я наш путь не запомнил. Слишком много поворотов и съездов.
Ещё с полчаса пришлось потратить на попытки привести бандюгана в чувство. «Мозголом» здорово сработал на его разуме. Никаких щитов он не успел включить, хотя парочку довольно дорогих амулетов я вытянул из его карманов. Да и сами перстни, как оказалось, весьма неплохие артефакты, так что их тоже пришлось снять. Один из них вообще слазить не хотел. Я уже подумывал вытянуть нож и палец отрезать. Кольцо, словно услышав мои намерения, тут же выскользнуло и улетело куда-то в открытое окно. Ну и ладно, так даже проще.
— Вы кто такие? — попытался задать вопрос очнувшийся мужик.
Стойкий, ничего не скажешь. Или, что вполне возможно, попросту умеет скрывать свои эмоции. Он, по крайней мере, никак не отреагировал на своё пробуждение где-то в лесу, лишь внимательно осмотрел нашу троицу. Промелькнуло в его глазах узнавание, когда он на моём лице задержался, но решил вести свою игру.
— Не угадал, вопросы тут задаём мы.
— Мальчик, ты понятия не имеешь, куда решил…
Всегда думал, что подобные фразы — какое-то клише из фильмов. Ну сказал он этот бред, дальше что? Мы, типа, должны офигеть и испугаться? Отдать ему ключи от автомобиля, упасть на колени и просить извинения? Полнейшая же бредятина, которая рассчитана фиг знает на кого. Нет бы играть испуганного и забитого дурачка, который готов на всё, лишь бы остаться в живых. Не, понты дороже всего, вот и будет огребать за подобное.
На первый раз ограничился тем, что влепил ему ногой по почкам. Удобно это делать, учитывая, что мы посадили его к дереву и обвязали верёвками.
— Есть желание выговориться самому или мне потребуется и дальше силу применять? Я этого очень не люблю, предпочитаю договориться на взаимовыгодных условиях.
— Это ты про тот момент, когда развязываете меня, а потом начинаете совокупляться друг с другом? — сквозь боль усмехнулся он.
Решил повыёживаться, используя столь сложные слова, как «совокупление»? Потрясающе!
Что, бить его и пытать? Совсем не мой метод. Я его и в лес вывез с надеждой на то, что он сразу поплывет и расколется. Нет — придётся поступать иначе. Причем я бы не сказал, что гуманнее.
Совсем недавно «медведь-пятнадцать» на практике показал мне, как вторгаться в чужой разум. Пусть я этого раньше и не пробовал, но подозревал, что когда-то надо будет начать свои эксперименты. Что ж, вот он, этот самый момент.
Я спокойно уселся напротив мужичка и внимательно посмотрел в его сторону. Он лишь нагло усмехнулся в ответ, показывая, что совершенно меня не боится. Ой, зря он это, очень зря. Я сам себя боюсь в некоторых моментах, он вообще трястись должен. Не понимает, наверное, что я планирую делать, вот и не переживает особо.
Внутренним взором залез в свой резерв, который уже полностью восстановился. Отыскал там магический источник, связанный с магией разума, и попытался провести линию между нашими головами.
Поразительно, насколько легко у меня это получилось. Такое ощущение, словно я всю жизнь только этим и занимался. Не прошло и секунды, как в магическом зрении образовался нужный отрезок, после чего мы оба провалились внутрь разума бандита.
«Что это? Где я?», раздался громкий гул, идущий отовсюду.
Подозреваю, что место, в котором мы оказались, отражает если и не душу, то хотя бы представление человека о самом себе. Ничем иным не могу объяснить, что мы оказались на многокилометровом кладбище с огромным количеством
