- Тебе виднее, - ответила она и спрятала грудь.
Гелиан встал. Несколько секунд он смотрел на нее с высоты своего роста, а затем отвернулся и направился к двери.
Терра продолжала сидеть неподвижно, с ужасом глядя на мужчину, о котором когда-то мечтала. Больше не мечтает.
- Твой ужин скоро принесут. Поешь и спать ложись. Утром я загляну к тебе. Вместе позавтракаем.
- Спокойной ночи, - произнесла Терра и улыбнулась, показав оскал.
- И тебе, - ответил Гелиан и оставил ее одну.
***
Он несколько минут стоял у двери в ее комнату, приходя в себя. Любая оплошность может обернуться для него грудой проблем. Видит Бог, если бы у него был другой выход – он бы выбрал его. Но, увы. Юрий… В данный момент он ненавидел этого сукиного сына, хотя, по большому счету, ему должно было быть все равно.
Гелиан закрыл глаза, складывая руки на груди. Он знал, на что подписался. Путей к отходу у него нет. Сейчас она смотрит на него с презрением и ненависти в ней нет только потому, что он спас ей жизнь. Пять лет коту под хвост. Он сделал ставку, но облажался. Придется все начать сначала. Он даст ей время прийти в себя. Две недели – достаточный срок. Нет, неделя. Да, недели хватит.
Гелиан открыл глаза и тяжело вздохнул. Внешне спокойный, он готов был взорваться в любую минуту и разгромить коридор собственного дома.
- Господин, с вами все в порядке? – спросила Аврора, стоящая на посту охраны чуть поодаль.
- Нет. Но это ведь ничего не изменит, не так ли? – он натянуто улыбнулся и направился прочь оттуда.
***
Кашу и воду принесли спустя двадцать минут. Девушка в узкой рубахе и штанах синего цвета вошла в комнату после стука и полученного дозволения. Терра не сводила глаз с неестественно белых волос незнакомки, пока та несла поднос с тарелкой и стаканом. Когда девушка нагнулась, чтобы поставить поднос на стол, у Терры отвисла челюсть. Штаны девицы будто прилипли к ее заду, отчего казалось, что барышня перед ней и вовсе голая.
- Госпожа, еще чего-нибудь желаете? – спросила девушка.
Терра только отрицательно покачала головой и кивнула, когда девица пожелала ей приятного аппетита и откланялась.
- Мама дорогая… Да она же без белья разгуливает…
Терра подошла к окну и одернула штору, прижимаясь лбом к стеклу, чтобы рассмотреть хоть что-нибудь за окном. Увы… На улице уже было слишком темно.
Терра присела за стол и долго смотрела на тарелку с овсяной кашей. Проведя по краю тарелки пальцем, она подняла ее вверх, рассматривая дно. Очень легкая тонкая тарелка была абсолютно гладкой и белой со всех сторон. Терра взяла в руки металлическую ложку с тонкой ручкой и отведала овсяной каши, сваренной на молоке. Каша была сладкой, хотя привкуса меда Терра не ощутила. Мед – слишком дорогое удовольствие и в поселении. Только в нескольких домах могли позволить его есть. Терра скривилась, вспомнив, что один из этих домов принадлежал пасечнику, другой Юрию, а третий был ее домом.
Она отодвинула от себя тарелку с кашей и пригубила воды. Покрутив в руках тонкий прозрачный стакан, Терра задумалась о том, почему в ее доме всегда было принято есть и пить из глиняной посуды. Тарелки и кружки были такими тяжелыми, что поднимать их приходилось обеими руками. А если ударить кого по голове металлической ложкой, то можно было и убить несчастного ненароком. Терра вдруг вспомнила, что стеклянный стакан впервые увидела в доме Прокофьи. Он был сделан из того же стекла, что и бутыли для хранения бормотухи. Стаканами разного размера Прокофья отмеряла количество трав, порошков и кореньев для приготовления целебных смесей. Постепенно и сама Терра научилась использовать эти стаканы. Потом она заказала стеклодуву несколько стаканов с нанесенными на них метками меры да подарила один из них Прокофье. Матушка долго не хотела им пользоваться, но потом как-то попробовала и так он ей понравился, что в ход пошли и остальные мерные стаканы Терры.
Наверное, похороны уже прошли. Собрались всем поселением возле дома Божьего, поревели немного да разошлись по своим делам. Добровольцы вынесли тела за стену и сожгли их там. И все. Как и не было никого из них никогда…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Терра не стала тушить масляные лампы, что висели на стенах. Доковыляла до кровати, залезла под одеяло и закрыла глаза. Проснулась посреди ночи от того, что живот заболел. Это была не та боль, которую Терра уже привыкла испытывать. Эта боль полосовала ее живот как лезвие кинжала Юрия, накатывая приступами и отпуская на минуты, словно схватки роженицу. Терра сбросила с себя одеяло и ослабевшими ногами коснулась пола.
Сейчас пройдет – убеждала она себя. Сейчас все пройдет, и она снова ляжет спать. Терра прижала руки к животу и уткнулась головой в колени. «А если не пройдет?» - шептал ей кто-то чужой на ухо, говорящий ее же собственным голосом. «А если это начало чего-то более тяжелого, чего-то, что ты не раз видела?»
Терра встала на ноги и подошла к столу. Протянув руку к стакану с водой, она схватилась за стол, чтобы сохранить равновесие. Стол пошатнулся и поднос, на котором стояли приборы, рухнул на пол.
- Госпожа? – услышала она из-за двери женский голос. – Госпожа?!
- Все хорошо! – крикнула Терра, отступая от стола на несколько шагов и придерживаясь рукой за стену. – Я случайно обронила поднос!
Дверь в комнату отворилась и в нее без спросу вошла девушка.
- Госпожа, вы не поранились? – спросила девушка, подбегая к ней и осматриваясь по сторонам.
Терра попыталась взять себя в руки. Еще не хватало, чтобы девица эта узнала про ее недуг.
- Со мной все в порядке, - выдавила из себя Терра. - Вы можете идти.
Казалось, девушка ее не слышала. Незнакомка прошлась по комнате, заглянула в «туалет», затем одернула шторы и посмотрела в окна.
- Вы можете идти, - повторила Терра.
- Конечно, госпожа, - кивнула девушка. – Сейчас приберу немного и оставлю вас.
Пока девица собирала размазанную по циновке кашу пальцами, Терра внимательно разглядывала незнакомку. Голова девушки была выбрита наголо, на ушах живого места не осталось: металлические колечки покрывали их сплошным слоем. Девушка была одета в уже знакомый Терре наряд темно-красного цвета, однако на бедрах у этой девицы висел широкий пояс с ножнами и странной штукой, которая «выплевывала» голубые огоньки. На запястьях девицы красовались тяжелые металлические браслеты, и на каждом пальце у нее было по широкому кольцу.
- Вы и есть мой охранник? – решила уточнить Терра.
- Да, госпожа. Меня зовут Аврора.
Звонкий голосок девушки никак не вязался с ее обликом. И мужчиной ее назвать Терра не могла, и в работницы блудного дома девушка никак не годилась. Как женщина вообще может сотворить с собой такое? Да и зачем ей это?
- Завтра пришлете сюда кого-нибудь, чтобы прибрал, - стараясь сохранять самообладание, произнесла Терра. – А сейчас я хочу спать.
Аврора поставила поднос с приборами на стол и прошла в «туалет». Терра услышала, как вода льется из крана, и прижалась щекой к холодной стене. Ее трясло, перед глазами все кружилось. Боль не сможет одолеть ее. Только не сегодня, не сейчас.
Аврора вернулась в комнату и подошла к Терре, с прищуром глядя на нее.
- Вам не хорошо, - произнесла она тем тоном, которым делают вывод, а не спрашивают.
- Спокойной ночи, Аврора, - процедила Терра.
- Господин Гелиан еще не лег. Мне стоит позвать его? – Аврора улыбнулась, показав два ровных ряда белых зубов.
- Нет… Не нуж…
Терра прижала ладонь к губам, зажимая рот, но он уже был чем-то полон. Новый позыв на рвоту и ее вывернуло черной жижей прямо на темно-красный костюм Авроры.
- Боже мой! – воскликнула Аврора.
- Извини…те… Изви…
Новый приступ рвоты и Терра уже стояла на коленях. Аврора бросилась к двери и выбежала в коридор:
- Госпоже плохо!!! Немедленно зовите Радомира!!! Господин Гелиан!!! Госпоже худо!!!
Послышались голоса. Много разных голосов. Гелиан замер в дверях. За ним Анна да Савелий.
