Читаем без скачивания Двойное наваждение - Натали Вокс

После короткого разговора он с расстроенным видом вернулся к Джемайме.

- Что случилось? - спросила она.

- Бабушка в больнице. Ей внезапно стало плохо. Опасаются, что это инсульт. Отец сейчас у нее. Просит приехать.

- Ну еще бы! Ты ведь поедешь?

Он кивнул.

- Выбора нет. Отец уже заказал нам всем билеты на самолет. Так что мне надо в темпе складывать вещи и мчаться в аэропорт.

- Я могу тебе чем-то помочь? Позвонить кому-нибудь или еще что-то в том же роде?

- Нет. Но спасибо за предложение.

Молодая женщина стояла перед ним. Волосы рассыпались по плечам, губы припухли от поцелуев, грудь все еще бешено вздымалась после недавних ласк. Как же она была хороша! И как же не хотелось ему оставлять ее!

Энрике заметил, что в спешке она неровно застегнула платье, и наклонился, поправляя его.

- Прости, что так получилось. Мне чертовски жаль. Ей-ей, у меня были на эту ночь совсем другие планы.

- Я понимаю. Главное, чтобы твоя бабушка выздоровела.

- Надеюсь. Да и отец говорит, что ей стало лучше: она уже жалуется, что ее уложили в кровать, и ворчит на сиделок. А это обнадеживающий признак. Он продолжал возиться с пуговицами. - Вот это и называется "некстати".

Джемайма закатила глаза.

- И не говори! Боюсь, по возвращении в номер, мне придется принять холодный душ.

Энрике улыбнулся и провел пальцами по ее щеке.

- Лучше сделай себе теплую расслабляющую ванну. Понежься. А когда будешь мыться, вспомни обо мне.

На щеках Джемаймы выступил румянец.

- Ты... ты имеешь в виду...

- Вот именно, - засмеялся он, наслаждаясь ее смущением. - Пообещай мне именно так и поступить. И запомни, пожалуйста, все, что при этом почувствуешь. Тогда мне будет о чем думать в самолете. А заодно - о чем говорить, когда я в следующий раз позвоню тебе. Только скажи мне номер.

Ему досталась способная ученица! Преодолев приступ застенчивости, она привстала на цыпочки и припала к его губам долгим и страстным поцелуем, точно хотела, чтобы в самолете он вспоминал еще и этот миг. А когда отстранилась и шагнула в сторону, Энрике заметил, что глаза ее предательски блестят. И эти слезы растрогали его до глубины души.

- Я буду по тебе скучать, - произнес он. - Ты останешься здесь до завтра?

- Да. Позвони мне, как там твоя бабушка, хорошо?

Энрике кивнул, и она молча направилась к двери. Но у порога обернулась. По щекам катились слезы, скрыть которые Джемайма уже не могла. Он знал, что так печалит ее.

- Послушай, радость моя, это еще не прощание. Не думай, что на этом все и заканчивается. Мы очень скоро увидимся.

Она скептически покачала головой. Энрике хотелось утешить, ободрить ее, но не было времени. Не было времени обнять ее, прижать к груди, заверить, что их роман не простое мимолетное увлечение, а нечто несравненно более серьезное и драгоценное.

Вместо всех этих слов Энрике лишь снял с запястья серебряную цепочку. Джемайма посмотрела на него вопросительно, но не произнесла ни слова. Так же молча он застегнул эту цепочку на ее тонкой руке, обмотав два раза. Залитые слезами глаза вдруг просияли, в них появилось понимание. Поспешно сняв свой браслет - такую же цепочку, но золотую, - Джемайма надела ему в виде ответного дара.

Энрике поцелуями осушил ее слезы.

- Постоянное напоминание, как в романах, - произнес он. - Скоро поменяемся обратно.

- Буду ждать.

Она еще раз запечатлела легкий поцелуй на его губах - и исчезла. Энрике задумчиво посмотрел ей вслед.

- Очень скоро, - пробормотал он.

Через считанные минуты, с рюкзаком за плечами, он заходил в лифт. Там уже был один пассажир. При виде его Энрике иронически приподнял бровь.

- Если мне не изменяет память, в этом лифте зеркал нет. А если бы и были, пусть меня черти жарят на сковородке, если я соглашусь напялить этакий костюм с удавкой на шее. Значит, ты не мое отражение.

Второй пассажир суховато усмехнулся.

- Да и я лучше повешусь, чем влезу в такие заношенные джинсы и взвалю на спину такой уродский рюкзак.

Еще не полностью придя в себя от неожиданности, Энрике смотрел на своего брата-близнеца Гарсию. Свою точную копию. И лучшего друга.

- М-да, - скрестив руки на груди, Гарсия прислонился к стене лифта, казалось бы, скоро тридцать лет, пора и привыкнуть. Но все равно каждый раз впечатляет.

- Меня тоже. Кстати, что ты тут делаешь? Про бабушку слыхал?

Улыбка Гарсии поблекла.

- Да, отец мне уже звонил. Я немедленно перезвонил ее лечащему врачу. Тот говорит, что опасность миновала. Сейчас ей проводят дополнительные обследования. Кажется, с диагнозом все-таки поторопились. Но, разумеется, я еду туда.

Энрике вздохнул с облегчением. Молодец Гарсия, догадался перезвонить врачу и выяснить подробности. Как это типично. Гарсия - прирожденный аналитик, мыслитель с холодной головой. А его, Энрике, первая реакция сорваться с места и мчаться. Что тоже типично.

- А что ты, скажи на милость, тут делаешь? Уж, верно, не на съезд модельеров приехал, - тем временем поинтересовался Гарсия.

- Да ты ведь знаешь, моя компания строит тут спортивный комплекс. Моя стройка века.

- Ах да. Знаю, конечно, просто как-то не ассоциировал именно с этим отелем. И как дела? Все в порядке? Мне же известно, как это для тебя важно.

Энрике кивнул. В голосе брата он слышал искренние сочувствие и заботу чувства, на людях тщательно скрываемые и проявляемые, лишь когда близнецы Валдес оставались наедине.

- В порядке. Вот увидишь, к нашему дню рождения я добьюсь умопомрачительного успеха.

- Знаю я одного человека, который ему не порадуется, - усмехнулся Гарсия. - Папочка. Он бы предпочел покаянное возвращение блудного сына. Ради такого события и упитанного тельца не пожалел бы.

Лифт остановился на третьем этаже, двери разъехались в стороны, но входить никто не спешил. Прямо перед собой Энрике увидел ту самую роскошную брюнетку, что так нагло приставала к нему днем на берегу. Полуотвернувшись от лифта, она разговаривала с каким-то лысоватым пожилым джентльменом.

- Закрой двери! Скорее! - прошипел Гарсия.

Энрике удивленно взглянул на брата, но тот, не дожидаясь, сам потянулся к нужной кнопке. Нечасто приходилось видеть сдержанного Гарсию таким взволнованным, чтобы не сказать, паникующим. Нажав на кнопку, он отскочил в угол лифта и прижал палец к губам.

- Ты что это, впал в детство и решил поиграть в шпионов?

- Да тише ты, осел!

- А мы ведь еще не успели сразиться за гордое звание агента ноль-ноль-семь. - Зрелище нервничающего брата крайне забавляло Энрике.

Двери начали медленно сходиться. Брюнетка наконец-то отвлеклась от беседы и заметила остановившуюся перед ней кабину лифта. И тех, кто в ней находился. Глаза ее сузились от ярости, лицо перекосилось. Она бросилась вперед, воскликнув:

- Будь я проклята, если позволю...

Двери закрылись. Гарсия облегченно перевел дыхание.

- Ничего не хочешь объяснить? - спросил Энрике.

- Типичный случай рокового влечения. Бурная, но безответная страсть на грани безумия, - покачал головой Гарсия, на глазах обретая привычное хладнокровие.

Энрике фыркнул.

- Ты знаешь эту красотку?

- В некотором смысле.

- Ага. Все ясно. Она не захотела наутро смириться с твоим обычным "спасибо-детка-все-было-классно-надеюсь-больше-не-увидимся".

Уж он-то хорошо знал своего брата. В каком-то смысле Гарсия тоже искал спасения от изнуряющих ежедневных обязанностей. Но если для Энрике таким спасением стала новая работа, брат находил отдушину в череде быстро сменяющих друг друга любовниц.

Гарсия метнул на него убийственный взгляд.

- Очень смешно! По-моему, братец, ты ошибся в выборе профессии. Тебе бы в цирке работать. Клоуном!

Энрике с самым невинным видом поглядел на брата.

- А тебе бы родиться мотыльком и порхать с цветка на цветок.

Тот вздохнул.

- Не женщина, а тигрица какая-то. А ведь поначалу казалась вполне нормальной. Ночью все было распрекрасно. А сегодня весь день названивает мне в номер и яростно вопит, что я гнусно с ней обошелся и она мне еще покажет. Хотя, видит Бог, расстались мы вполне цивильно и больше не виделись. И вообще на эту ночь у меня были совсем иные планы. Знаешь, я тут закрутил с такой блондиночкой...

Энрике возвел глаза к небу.

- И когда ты только угомонишься? Кстати, боюсь тебя огорчить, но, кажется, это из-за меня.

- Что - из-за тебя?

- Это я ее послал. Далеко и надолго. Прости, старина, но я ведь не знал, что ты тут замешан. И когда она начала ко мне приставать, что мне оставалось?

- Хочешь сказать, она приняла тебя за меня?

- Скорее всего.

До Гарсии медленно начал доходить смысл его слов. Красивое смуглое лицо нахмурилось.

- И ты что, действительно ничуть не заинтересовался ею? Взял и послал? Такую красотку? Просто не верится, что ты мой брат. Тот самый брат, что в колледже постоянно посылал меня на свидания к тем девчонкам, которые тебе уже надоели.