– Как скучно, – протянула она.
– Приятный парень, но не твой тип, – согласилась Эннис.
Она снова вернулась к телефонному разговору. Белла взяла в руки журнал для невест и начала листать. Однако почти ничего не видела.
Когда Эннис закончила переговоры, Белла отшвырнула журнал и встала.
– Мне нужно ехать домой.
У Беллы все еще была своя комната в элегантном доме родителей.
– Ты уверена? Мы даже не поговорили толком.
– Кажется, сегодня не получится. Не беспокойся. Мы встретимся позже.
– Родители Косты в Лондоне. Мы сегодня обедаем вместе. Я не думаю, что ты захочешь присоединиться к нам.
– Нет, – Белла внутренне содрогнулась.
– Нет, – понимающе повторила Эннис.
Телефон снова зазвонил.
Белла подхватила сумку и красиво упакованное платье подружки невесты и удалилась.
Приехав домой, она вместо почти королевского приема, который ей всегда устраивала мать, получила лишь мимолетный поцелуй.
Линда Кэрью изо всех сил старалась убедить свою приемную дочь устроить свадьбу века. Когда ее планы встретили серьезное сопротивление со стороны Эннис, Косты и отца невесты, Линда решила бросить свои недюжинные организационные таланты на то, чтобы устроить самую стильную из скромных свадеб века. Предполагалось принять две сотни гостей. Трехдневная программа свадебных торжеств была расписана по минутам.
Белла удалилась в ванную комнату сразу же после того, как примерила платье подружки невесты и подогнала его по фигуре. Она вышла оттуда, только чтобы проводить мать и отчима на ужин к родственникам Косты.
– Ты уверена, что не будешь скучать? – спросила Линда.
– Я с радостью лягу спать пораньше.
– Не суетись, – сказал жене Тони Кэрью. – Она вполне обойдется пиццей и детским видео.
Когда Линда и Тони ушли, улыбка исчезла с лица Беллы. Свадьба сестры пугала ее все больше.
Вдруг раздался звонок в дверь.
Сначала Белла не хотела открывать, но затем решила, что почему-то вернулись родители. В дверь продолжали настойчиво звонить. Ну конечно же, Тони никогда не умел ждать.
Скользя босыми ногами по ступенькам, Белла торопливо спустилась вниз.
– Что, забыли досье на семью жениха?
Белла рывком открыла дверь и застыла на месте как вкопанная.
Уже во второй раз за сегодняшний день она лицом к лицу столкнулась с Гилом де ла Кортом.
– О!
Увидев фотографию Беллы в квартире Эннис, Гил не поверил своим глазам. Он даже решил, что у него начались галлюцинации. Он так увлекся девушкой, что никак не мог выбросить ее из головы, хотя его бизнес находился на грани краха.
Вскоре он сообразил, что видел эту фотографию каждый раз, бывая в гостях у Эннис, но не обращал на нее внимания.
– На снимке твоя сестра? – притворяясь равнодушным, спросил он у Эннис.
– Да, Белла.
Белла. Гил повторил имя, пробуя на вкус каждую букву. Его Белла. Теперь он знает, где они встретятся. Она должна приехать на свадьбу.
Слава богу! Теперь он спокойно может сконцентрироваться на плане спасения своей компании.
Гил не думал о том, как отреагирует Белла, когда увидит его.
Их встреча в квартире Эннис удивила и не слишком обрадовала ее.
О да! Его Тину, Танцующую Танго, совсем не устраивал такой поворот событий.
Поэтому Гил вел себя как ни в чем не бывало. И как только дверь квартиры Эннис захлопнулась за ним, улыбнулся. Вечером, пообещал он себе. Сегодня вечером.
Поднявшись по ступенькам к двери дома Кэрью, он немного помедлил, прежде чем нажать на кнопку звонка. Как она будет вести себя? Вряд ли обрадуется ему. Но она должна понять и простить его за то, что он не может забыть ее, за то, что нашел ее.
Дверь открылась. Гил не мог вымолвить ни слова. Он молча стоял и смотрел на нее.
Старый халат. Босые ноги. Совсем не та девушка, с которой он танцевал февральской ночью в Нью-Йорке. Она улыбалась тому, кого ожидала увидеть за дверью. Но не ему.
Гил наблюдал за тем, как улыбка ее таяла.
– Ну, здравствуй, – приходя в себя, поприветствовал ее он.
Белла стояла перед ним растерявшаяся, с распущенными волосами, без обуви.
– Что ты здесь делаешь? – раздраженно спросила она.
– Ты должна была понять, что я приду, как только освобожусь, – спокойно сообщил Гил.
– Что ты несешь?
– А ты намного наивнее, чем считает твоя сестра, – все так же спокойно продолжал он. – Ты позволишь мне войти или мы так и будем ругаться через порог?
– Я не ругаюсь, – пронзительно закричала Белла.
Гил улыбнулся.
Затянув пояс халата, Белла схватилась за дверь.
– Откуда мне знать, что тебе здесь нужно?
– Ты прекрасно знаешь.
Белла не обратила внимания на его слова.
– Я сегодня перелетела через Атлантику. У меня был тяжелый день. Я хочу пораньше лечь спать.
Гил улыбнулся.
– Звучит заманчиво, – провоцируя, заметил он.
– Только в твоих мечтах.
– Ты абсолютно права. А в твоих?
– Что в моих?
Гил прислонился к дверному косяку, будто собирался простоять так всю ночь.
– Мечтах.
– Спасибо. У меня с мечтами все в порядке.
– Ты должна рассказать мне о них, – вежливо попросил Гил. – Позволишь мне войти?
– С какой стати?
– Теперь ты знаешь, кто я, так что можешь рискнуть.
Белла прищурила глаза.
– Ты думаешь, если бы я знала, кто ты, я бы пустила тебя к себе в ту ночь?
– Конечно, пустила бы.
– Интересно, зачем?
– Потому что такое случается один раз в жизни.
– У тебя, наверное, очень спокойная жизнь.
Гил наклонился к ней и доверительно сказал:
– Об этом знает Тина, Танцующая Танго. Куда она пропала?
Беллу охватила дрожь.
– Тебе холодно?
– Я… – Белла осеклась. Пусть уж лучше подумает, что она дрожит от холода, чем от волнения. – Тебе лучше войти.
Она пригласила Гила в элегантную гостиную матери, где в специальных альковах с подсветкой располагались предметы антиквариата.
Гил де ла Корт не отводил глаз от Беллы, и бесценные произведения искусства остались незамеченными.
– Итак? – откашлявшись, спросила она.
– Почему ты не позвонила?
– Разве я должна была?
– Мы не закончили разговор.
Белла с вызовом посмотрела на него.
– Я не помню.
– Я послал тебе цветы. Я оставил номер телефона. Боже мой, номера всех своих телефонов. Почему ты не связалась со мной?
– Я не люблю приказов, – объявила Белла.
– Очень мило…
– Особенно приказов тех, кого я не знаю.
Гил смущенно покачал головой.
– Мы уже обсуждали это. Ты знаешь обо мне столько же, сколько я о тебе.
– Когда ты отдавал мне свои приказы, то упустил из виду свое имя.
В воздухе повисла тяжелая тишина.
