— Расскажешь мне? — прошептала еле слышно. Я не стала уточнять, что именно и так понятно, что мы оба думаем только про эту ситуацию.
Максим сидел, уткнувшись мне в шею. Я думала он не захочет сейчас говорить. Но он сделал глубокий вдох и начал рассказ:
— С детства я занимался кикбоксингом. Участвовал в соревнованиях, на сборы и мастер-классы ездил. Когда учился в выпускном классе, на соревнованиях в Дюссельдорфе ко мне подошел мужик и предложил денег заработать на подпольных боях, — я сидела не шевелясь, боясь спугнуть момент откровения. Чувствовалось, что это не простая история о его спортивной карьере. — Конечно предложение было завуалировано, но дураку было понятно, что это бои без правил, — Максим хмыкнул. — К счастью, дураком я не был и отказался от такой перспективы.
— Этим мужиком был Леший? — спросила я шепотом.
— Именно. Лешанский Александр Юрьевич. Как потом оказалось он — криминальный авторитет нашего города, а может и области. Тут точно не знаю, — Максим мягко гладил меня по спине. И хотя история явно не из приятных для него — мне было очень комфортно и тепло в его руках. — Он оставил мне визитку, мол передумаешь — звони. Я и думать забыл о нем. Вернулся домой и все мое время, и внимания уходило на тренировки, школу и экзамены. Ну, и друзья естественно. Дальше поступления. Ну и на первом курсе стали задумываться чем бы мы хотели заняться, чтобы не просто пахать за копейки, а чтобы и доход нормальный был и удовольствие от работы получали. Посоветовались с Мишиным отцом и решили, что клуб — это именно то, что надо. Но, как оказалось, это гораздо дороже выходило, чем мы рассчитывали. Пришлось брать в долг у дяди Семена, он конечно предлагал не возвращать, но мы хотели самостоятельно справится. Я конечно, мог у отца взять деньги, но не стал.
— Хотел доказать, что сможешь без него?
— Скорее самому себе показать, ну и отцу тоже, чего я стою, — на пару минут Максим о чем-то задумался, а потом глубоко вдохнув. — Я брался за любую работу. Скатился в учебе, конечно, но у меня была цель — заработать оставшуюся сумму. Хватался буквально за все: и официантом был, и полы мыл, даже на кладбище могилы копал, — я в шоке уставилась на Макса. — Да, работа не из приятных, но за нее платили. Именно на кладбище я встретил Лешего во второй раз. Он хоронил своего друга. Меня узнал сразу и сказал, что его предложение в силе. Назвал сумму, которую я могу получить за один выигранный бой, и я понял, что таким образом смогу собрать нужную сумму в разы быстрее. Понимал, что бои без правил — это не тоже самое, что и соревнования, на которые я раньше ездил и на одном кикбоксинге можно далеко не выехать. Поэтому брал уроки у знакомых ребят по боксу и ку-до. Это однозначно пошло мне на руку. Я побеждал. Пока однажды Леший не пришел и не сказал, что следующий бой я должен проиграть.
— Ты не согласился, да?
Максим мягко поцеловал меня в губы и утвердительно кивну.
— Ты меня хорошо знаешь, малышка. Конечно я не согласился и выиграл бой. Потом, лежа в больнице, я понял, что это взыграла моя гордость. А бои всего лишь бизнес.
— Что с тобой случилось? — мои глаза были размером с блюдца. Максим погладил мою руку, а я и не заметила, что вцепилась в него со всей силы. Похоже даже синяки останутся, — Прости.
— После боя мне доходчиво объяснили, что Лешего лучше случаться и что я подставил их на бабки, — Максим погладил меня по щеке.
— Не волнуйся, малышка, ничего серьезного. Просто сильные ушибы. Ребята профи в этом деле — ни одного перелома. Все для того, чтобы к следующему бою я был в клетке.
— Вы дрались в клетках? Настоящих? В смысле… Как для животных?
— Родная, воспринимай, это просто, как вид ринга. Хорошо?
Я утвердительно кивнула и приготовилась слушать дальше.
— Несколько боев мне пришлось провести бесплатно. Весь мой выигрыш уходил Лешему в качестве компенсации. Но это было всего три боя. И потом я снова стал зарабатывать на открытие клуба. Однако, когда нужная нам сумма была собрана, даже больше чем было необходимо, я сказал, что ухожу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Почему ты решил уйти? — Максим посмотрел на меня как на несмышлёного ребенка. — Что? Ты же участвовал всю жизнь в соревнованиях.
— Потому, что тут нет правил, нет судьи, который бы остановил бой за нарушение. Самостоятельно с ринга уходит только один. У меня было много побед. Слишком много. И как ты понимаешь, слишком много человек покинуло ринг без сознания.
— Господи… — у меня не было слов. Получается Максим покалечил не одного и даже не пятерых человек.
Мужчина посадил меня на диван, а сам встал и начал ходить по кабинету, запуская руки в волосы. Потом резко остановился, подошел ко мне и упал на колени. Он взял мои руки и начал их целовать:
— Малышка, я сожалею. Действительно сожалею о том, что я делал. Но я слишком поздно понял, что это такое. Что я мучаю других людей. Мне никогда не говорили, что стало с моими противниками. Но я видел нескольких ребят — они были в порядке, — он лихорадочно целовал мои руки и быстро говорил, что я еле успевала разобрать смысл его слов. — Ты только не уходи, девочка моя. Я ведь не смогу без тебя. Ты мой воздух, мой смысл жизни.
Максим продолжал целовать мои руки. А я подумала, что у каждого есть свои скелеты в шкафу. У кого-то они безобидные, а у кого-то гораздо страшнее.
— Максим, — я позвала, но он не слышал меня. Он крепко держал мои руки. — Киреев! — мне пришлось повысить голос, чтобы он наконец меня услышал.
Максим поднял голову и посмотрел на меня. Его взгляд… В нем было столько эмоций, что на секунду у меня сбилось дыхание. В нем было раскаяние и сожаление, боль и безысходность, но там была еще и любовь. Любовь и нежность ко мне.
— Максим, хороший мой, — я погладила его по голове, запустила руки ему в волосы наслаждаясь их мягкостью. — Все хорошо. Я не осуждаю тебя. И я никуда не уйду. Я буду рядом. Всегда.
Он пару секунд смотрел в мои глаза, а потом с рычанием набросился на мои губы. Он целовал умопомрачительно. Словно голодающий добравшийся до пищи. Я отвечала ему с той же страстью и отчаянием. Мне хотелось, чтобы он был еще ближе. Мужчина повалил меня на диван и стал покрывать лихорадочными поцелуями мое лицо и шею, при этом лихорадочно бормотал:
— Сеня, девочка моя! Малышка! Родная моя! Я так тебя люблю! Ты моя! Только моя!
А я потерялась в наслаждении, что дарили его губы и руки, что так крепко меня обнимали.
Где-то на периферии сознания, услышала стук в дверь, а потом и деликатное покашливание.
— Макс! — кто-то звал мужчину, но он не слышал не званного гостя. — Макс! — рявкнул мужской голос.
— Чего надо? — рыкнул он в ответ, при этом не поворачиваясь, а поправляя на мне одежду и помогая сесть на диване.
— У нас гости, — я наконец-то смогла увидеть визитера. Это был тот самый Павел — начальник службы безопасности. На его слова Максим лишь вопросительно поднял бровь. — Леший.
Глава 9
В одно мгновение Максим изменился — это был не нежный, страстный и веселый парень. Теперь перед нами был взрослый, серьезный мужчина. Я даже на расстоянии почувствовала напряжение и силу Максима. Понятно, что наши откровения переносятся на не определенный срок. Но мне очень хотелось его поддержать, показать, что я с ним, что я рядом.
Я взяла Максима за руку, и крепко сжала. Он понял мой посыл. Поднес руку к своим губам и оставил мягкий поцелуй. Затем его внимание перешло на Павла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Что ему надо? — спросил он жестко.
— Тебя увидеть хочет, — Павел вздохнул и потер шею. — Похоже за вами уже была установлена слежка.
— С чего ты взял? — Максим нахмурился еще больше. — Я ничего не заметил.
— А откуда бы они узнали, что ты тут? При чем с Сеней.
— Он и про нее знает? — взревел Макс.
