—Рад твоему благоразумию. Да, смена дежурного отряда уже произошла. Я ведь правильно понял причину, по которой ты хотела задержать нас? Дожидалась, когда поменяется гарнизон?
—Да… так вы поняли?
—Я ж двадцать лет провоевал на границе в составе групп боевых магов. Полагаешь я не смогу отличить серьезное растяжение от притворства? Но наши интересы совпали очень удачно. Я давно уже искал повод прочистить мозги некоторым, а тут такая удача подвернулась.
—Чего ж тогда вы раньше не вмешивались? — буркнула Ленайра.
—А зачем? — искренне удивился Руорен. — Как показывает мой опыт, пока человек не набьет сам себе все возможные шишки, никакие слова других людей он не воспримет. Так что пусть лучше набивают эти шишки под моим присмотром, чем пропустят мои поучения мимо ушей и позднее все равно найдут проблемы на пустом месте, но уже без присмотра опытных наставников.
—Знаете… у меня был один учитель, который тоже считал, что самый лучший способ научить кого-то плавать – это бросить его в воду. Вы бы с ним нашли общий язык.
—Очень возможно. Вот, кстати, еще плюс твоего присутствия – мы имеем здесь большинство солдат совершенно точно лояльных нам. Лояльных, ведь?
—Их направил мой дед.
—Вот видишь. В случае наихудшего сценария мы можем опереться на реальную силу. Кстати, граф Лонг считает, что никакого предательства нет и нас таким образом пытаются отвлечь от чего-то более важного.
—А вы как думаете?
—Пока стараюсь вообще не думать на эту тему. Думать без фактов бессмысленное занятие, а составив какое-то мнение позже уже трудно от него отказаться, невольно начинаешь искать факты в пользу своей теории. Буду смотреть и наблюдать, ребята будут учиться и набивать шишки. — Тут Руорен встрепенулся, углядев кого-то в окно. — О, а вот и наш командующий пожаловал. Рад, что мы поняли друг друга, полагаю, нам еще придется пересечься по этой теме, пока же…
—Понимаю, — Ленайра поднялась, коротко кивнула и вышла, едва не столкнувшись у входа с командующим гарнизоном, которого узнала по описанию, предоставленным в отделении службы безопасности в Таре.
Выглядел он чем-то крайне озабоченным и на Ленайру почти не обратил внимания. Скользнул взглядом, кивнул и скрылся в доме. Девушка на миг замерла на крыльце, разглядывая закрывшуюся за командующим дверь.
—А ведь вы, господин профессор, тоже не верите в предательство и уже составили свое мнение, в подтверждении которого и будете собирать факты… Сами же нарушили свои принципы.
Немного отойдя в сторону, Ленайра глянула в небо.
—Гром! — Птиц рухнул откуда-то с небес и уселся ей на плечо. — Гром, у меня для тебя будет одна работенка, полетать придется много, а потому пока лучше найди какое укромное местечко и отдохни. Силы тебе скоро понадобятся. Уяснил?
—Кар.
—Вот и отлично. Лети, понадобишься – позову.
—Кар-р! — Ворон сорвался с плеча и устремился в сторону какой-то высокой постройки.
До самого вечера скучать никому не дали. Как только появился командующий гарнизоном барон Дерч сразу все развили бурную деятельность. Ленайра, конечно, подозревала, что ради нее никто не станет выделять целый дом, но все равно оказалось неприятно заселяться в одну комнату с Дирией Карон, которая провожала ее ненавидящим взглядом. В общем-то, стоило признать, что Ленайра сама довела своего… гм… товарища по отряду до такого состояния. Изначально легкая неприязнь и недоверие вылилось вот в такое. Геррая даже подозревала, что профессор Руорен испытывал нечто вроде садистского удовольствия, когда думал об их совместном проживании. По крайней мере именно такое впечатление у нее сложилось, когда она увидела улыбочку на лице профессора, вышедшего из дома командующего с указанием дома, куда они должны были заселиться. И поглядывал он на нее при этом с таким ехидным выражением на лице.
Ну да, виновата, могла бы и по-другому разрулить ситуацию. В общем урок – не стоит бесить кого-то, даже справедливо. Если с этим кем-то придется еще долго общаться. А общаться им предстоит еще как минимум полмесяца и то, если удастся завершить все дела.
А вот сам барон Дерч Ленайру озадачил. Он отнесся к ней абсолютно так же, как к любому другому члену отряда. Когда ее назвали – взглянул, кивнул и тут же перевел взгляд на следующего члена группы. Девушка даже не знала, что и думать – то ли ему действительно все равно, что она тут, то ли умело притворяется, то ли он о ней вообще никогда не слышал, что вряд ли, с учетом его связей во дворце. Ну и как это понимать? Даже обидно.
Первые два дня их не дергали, давая возможность обустроиться, узнать где и что находится в крепости, вставали на довольствие. Солдаты посматривали на новоиспеченных боевых магов с интересом и некоторым… снисхождением что ли. Ленайре трудно было разобраться в том, что именно чувствовали солдаты к ним. Разве что совсем еще молоденькие смотрели в их сторону с явным уважением и завистью, но что-то это не радовало. Вот когда Ленайра остро пожалела, что не могла взять с собой Вариэна. Вот уж кто в два счета разобрался бы что к чему, завел бы полезные знакомства, быстро стал бы своим парнем и среди солдат и среди слуг. Пока пришлось использоваться ворона, благо она с самого начала сообразила не привлекать к нему внимания и ее с ним никто не видел. Потому ворон летал по всей крепости, пристраивался рядом с группами солдат или офицеров, слушал разговоры, потом пробирался на кухню, устраивался под крышей штабного дома. Совсем уж наглеть Ленайра не рискнула и внутрь пробираться его не заставляла. Да и видел профессор Роурен ворона с ней, быстро бы сообразил, что к чему.
Одна беда – чтобы слушать разговоры через Грома нужно сосредоточиться и настроиться, а потому пока слушает сама Ленайра в это время выглядит заторможенным медленно соображающим придурком. Сообразила, что пора заканчивать с играми в шпионов, когда случайно подслушала разговор двух молоденьких служанок, отправляющихся к реке с кучей грязного белья.
—Такая молоденькая девочка и такая блаженная, — говорила одна. — Я ее спрашивая что нужно, а она смотрит и молчит… а в глазах ни мысли… я уж хотела уйти, а она «принеси полотенце чистое». Страсть какая.
И все трое дружно посмотрели в ее сторону. М-да, если такое услышит кто в отряде…
По закону подлости услышала Дирия, а потом вечером, когда все собирались в общей комнате, а уклониться от таких встреч возможности не было ни у кого, девушка, ехидно поглядывая иногда в сторону Ленайры, рассказывала, что вот бывают такие больные люди. Вроде все нормально у них, а соображают медленно-медленно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
