а затем показалась и цепь противника. Огнем она сметена и скрылась. Красные оставили хутор.
Рота в тумане медленно продвигалась вперед, потеряв всякую ориентировку, пока флангом не коснулась шоссе. Она остановилась и ждала подхода своего батальона, которому было сообщено о выходе ее на гору.
2 ноября. Уже начало светать, когда подошел батальон. Противника не видно. Наконец батальон, развернувшись, двинулся вперед вдоль шоссе. Ему на фланг вышел 3-й батальон, а 1-й – пошел вправо, к горе Острая, по распоряжению генерала Покровского.
Около 13 час. батальоны полка встретили сопротивление противника у большой рощи и, смяв его, преследовали через всю рощу. Остановились на северной ее опушке, где начиналась широкая лощина с селом Надежда в конце ее, куда отходили красные, не только бывшие перед полком, но из г. Ставрополя, расположенного по левому скату лощины.
Из рощи 2-й и 3-й батальоны полка и пластунский батальон направились в город и расположились в разных его районах на ночлег. В охранение вышел Кубанский стрелковый полк, который после 3-дневных попыток взять Лысую гору поднялся на нее одновременно с Марковским.
Оказалось, что части генерала Врангеля два дня вели бои у самого Ставрополя, и самое большое, чего они добились, это – занять северо-западную его часть с вокзалом железной дороги; часть города, наиболее низменную.
3 ноября противник отошел от города всего лишь верст на восемь. Им занималось село Надежда. Марковцы 2-го батальона, уже по одному тому, что они были размещены в тесных квартирах, решили: отдыха ждать не приходится. И, действительно, утром батальон, с приданной ему ротой 3-го батальона, выступил в направлении на с. Надежда, с задачей выбить противника из села. Слева от него будет наступать 1-й Кубанский стрелковый полк.
Красиво разворачивался батальон под огнем красных, и уверенно он шел по лощине на сближение. Кубанцы первые атаковали на возвышающейся складке местности, но неудачно, что привело к фланговому обстрелу наступающих марковцев. Красных пришлось атаковать левофланговой офицерской роте, круто изменив свое направление. Рота сбила их и по возвышенности подошла к селу, оказавшись над ним и на фланге оборонявших его красных.
Редки были случаи такого упорства красных в бою, когда даже и раненые продолжали стрелять до последнего момента своей жизни и умирать с пением Интернационала. Неся большие потери и попадая под низкие разрывы шрапнелей единственного орудия, бывшего при батальоне, вырывающего сразу десятки человек из их рядов, они все же отходили в сравнительном порядке.
Село Надежда тянулось по лощине верст восемь, но марковцы продвинулись по нему только на 2–3 версты, остановившись по приказанию, т. к. влево шел бой с наступающим противником.
Наступила ночь. Однако боевое напряжение на фронте не ослабевало: возможен был переход красных в контрнаступление. Это потребовало оставление на ночь офицерской роты на возвышенности у села. Было очень холодно, и, к счастью для роты, в поле стояли большие стога соломы, в которые офицеры и зарылись. Ночью пошел первый снег, стало вдобавок и сыро. Оживил роту подарок генерала Тимановского – бидончик спирта. Его развели снегом, и все смогли выпить по хорошей чарке водки.
4 ноября. Батальон был сменен кубанцами и ушел в Ставрополь на свои прежние квартиры. Но уже свободнее стало в них: в каждой недосчитывались 2, 3 и более человек. Большие потери понесены у с. Надежда. Это почувствовали и явно осознали марковцы, только став на отдых. В боях вообще, в период сильного нервного напряжения, как-то не замечаются потери, какими бы они ни были: поставленные задачи выполнялись и малым числом оставшихся бойцов.
Пришел в город и 1-й батальон, сведенный в одну роту из-за больших потерь.
5-8 ноября красные вели упорные атаки на Кубанский стрелковый полк и Пластунский батальон и батальоны марковцев должны были выступать им на поддержку и даже ночевать на поле боя. 8 ноября один из батальонов ходил к с. Пелагиада на поддержку частей другой дивизии, но ему не пришлось принять участия в бою: красные неожиданно прекратили свое успешное наступление и быстро стали отходить: им в тыл вышла конная дивизия генерала Врангеля. Это был день, когда они на десятки верст отошли от Ставрополя к востоку.
9 ноября весь генерала Маркова полк окончательно сосредоточился в Ставрополе и простоял в нем целую неделю, будучи расположен уже на широких квартирах.
В Ставрополе
Ужасный вид имел город, когда в него вошли части Добровольческой армии после 19 дней владения им красными и боев, происходивших в течение этих дней в его районе. В городе было оставлено красными до 4000 раненых и больных и около 2500 убитых и умерших. Много разграбленных квартир из числа тех, жители которых к приходу большевиков оставили город. Эта внешняя сторона усугублялась при них отсутствием подвоза для жителей продуктов питания и сильнейшим моральным гнетом.
Естественна поэтому была радость жителей с приходом Добровольческой армии, принесшей свободу, спокойствие и возможности скорого восстановления нормальной жизни. В Ставрополе добровольцы удовлетворялись своим успехом и радостью жителей, проявлявшейся во внимательном и заботливом отношении к ним. Ожидать от города иных радостей, как полученных, например, в Екатеринодаре, не приходилось.
Значительной части марковцев пришлось занять квартиры, оставленные жителями, и в них самим налаживать жизнь, начиная с самых мелких деталей: поисков иголок, ниток, организации отопления, мойки посуды, приборки помещений. Тем не менее все устроились с удобствами и даже «по-культурному». В домах были книги, журналы, шахматы. В одной оказался чудесно сохранившийся, нерасстроенный рояль, игра на котором дала большое наслаждение.
Свободного времени было много, т. к. никаких занятий, кроме утренних и вечерних построений для молитвы и «занятий» с чисткой оружия и починкой белья, обмундирования и обуви, не было. Не было и никаких почти нарядов по службе. Бодрое настроение вообще не покидало марковцев, а теперь оно было особенно высоким в связи с последними сообщениями о полной капитуляции Германии и установления связи с союзниками, дававшей надежды на помощь.
Но возникали и беспокойные вопросы. Главный из них – какая судьба предстоит Югу России, теперешней Украине? Что большевики поспешат с уходом немцев занять ее, казалось бесспорным. Отстоять себя она не в состоянии: у нее нет армии. Об этом говорили побывавшие там в отпуске. Есть многочисленные штабы и в какой-то доле кадры будущих частей. Но, может быть, Украина быстро сформирует части? Однако маловероятно. Ее внутреннее положение весьма тревожное: помимо большевицких настроений и проявлений, есть еще петлюровцы и всякие партизанские отряды. Мобилизация в армию не пройдет. Не удастся сформировать армию и на добровольческих началах: надежды на оставшихся там многочисленных офицеров и
