class="p1">— Как американцы? — раздался снова голос Белова.
— Ещё не интересовалась, но держались до последнего патрона.
— Ты поспрашивай у них, вдруг помощь нужна, а мы тут остальных подчистим и заодно чем-нибудь оттащим трупы заражённых. Мои люди уже ушли в село.
— Есть, тарщ подполковник.
— А вообще, Виктория, надо было бы тебя наказать…
— Так точно, тарщ подполковник.
— … да не получается.
— И на том спасибо, — улыбнулась она и, повернувшись к американцам, козырнула. — Старший сержант Звягина. Воздушно-десантные войска. Направлена к вам переводчиком.
— Оу, май год! — ошарашенно воскликнула Дукс. — Мисс! А сколько вам лет?
— Пятнадцать, капитан.
— Оу, май год дабл ту[53]! — покачала головой Сара. — И у вас даже есть медаль? У меня нет слов…
— Эта мьедал со второй мировой война? — на ломаном русском спросил один из американцев.
— В России она была сохранена как память о Великой Отечественной войне. Я обороняла наш анклав, за что меня наградили. Но обо всём этом потом, — улыбнулась она. — Есть у вас какие-то проблемы? Подполковник Белов интересовался, нужна ли помощь.
— Двенадцать человек погибли при посадке, есть раненые, — сухо доложил Стивен.
— Я сейчас сообщу нашему командиру о проблеме, и он её решит. Возможно, подгоним грузовик поближе к хвосту самолёта, чтобы было удобно грузить раненых.
— Ты как? — Белов на всех парах ворвался внутрь самолёта через пролом.
— В порядке, тарщ подполковник.
— Американцы?
— Двенадцать двухсотых, есть раненые. Может, «Камаз» поближе подогнать, чтобы было удобно их погрузить?
— Соображаешь! Ладно, оставайся пока с ними, а я дам команду подогнать машину сюда, к хвосту.
Там же. Часом позднее
Внутрь внедорожника сели сам Робинсон и Сара Дукс. Илья переместился в один из «Камазов». Полковник было пригласил Звягину на переднее сидение, но та вежливо отказалась, к явному удовольствию Белова, и предпочла занять место рядом с американкой. Сара откровенно рассматривала свою спутницу, отчего Вика смутилась, но тот скоротечный бой в самолёте оставил неизгладимое впечатление в душе капитана Дукс. Какие к чёрту американские тинейджеры? Американ янг пипл и рядом не стояли с этой бесстрашной русской девочкой, грудью прикрывшей всех фактически безоружных беженцев с Аляски. И она награждена такой серьёзной медалью — Арчи, их штатный переводчик, немного умевший говорить по-русски, уже посвятил в ценность этой медали. «Серебряная звезда»[54] меркнет по сравнению с ней. Тут не отвага, а героизм был. И нашивка за ранение у этой пятнадцатилетней воительницы говорила обо всей серьёзности её службы. Службы, чёрт возьми, в звании старшего сержанта. И всё это в пятнадцать лет! А что тогда представляют собой взрослые десантники? Полковник правильно сказал, что только конченый идиот или провокатор мог планировать воевать с этими русскими. А ведь на вид — совсем обычный подросток. Мимо такого пройдёшь на улице и не обратишь внимания.
— Извините, что так рассматриваю вас, мисс, — Сара наконец-то выпала из своих мыслей. — Просто я никогда ещё не встречала русских солдат в таком юном возрасте.
— Ничего, я понимаю, — улыбнулась Вика.
— Сара! Это не обычные солдаты, это намного серьёзнее! — поправил её Робинсон.
— Вы так думаете, полковник? — усмехнулся Белов.
— Эндрью, мы с вами знакомы ещё с Сирии и я очень рад, что придётся служить плечом к плечу именно с вами. Но вернёмся к этой юной леди. Я смотрел на выражение её лица, когда она зачищала заражённых. И на нём не было ни капли испуга. Ничего лишнего, только холодный расчёт и максимальное внимание!
— Ну, она у нас командир взвода юнармейцев. Мы же не будем доверять воспитание и подготовку подрастающего поколения непонятно кому?
— Были бы у меня сын или дочь, я бы отправила только к ней, — покачала головой Дукс. — Я читала кое-что о русской истории. Кажется, в своё время у вас в России были легенды о женщинах-воительницах. Вал… э-э-э…
— Валькириях? — подсказал Белов, смотря в зеркало заднего вида.
— Да! Точно! И вот эта девушка в моём понимании и есть Валькирия! Страх и ужас противника.
— Видишь, Звягина, какого мнения о тебе наши союзники? — ухмыльнулся подполковник. — Но пилюлю за самовольное оставление машины ты получишь, не сомневайся.
— Извините, сэр, я не совсем разбираюсь в ваших профессиональных терминах, но я прошу не наказывать старшего сержанта, — Сара мгновенно встала на её защиту. — Если бы не она, я даже боюсь представить, что с нами бы было…
— Да, Эндрью, я тоже прошу не наказывать её.
— Ну что с вами делать… — картинно вздохнул Белов и переключился на девушку — … ты хоть понимаешь, Вика, что твои демарши держатся на ниточке. Чуть проворонила бы и всё.
— Бог не выдаст, свинья не съест, тарщ подполковник, — смотря в окно, хмуро ответила ему та, чем вызвала хохот американцев.
— Оу, май год! — вновь выдала свою любимую фразу Дукс. — Точно — Валькирия! Идёт по лезвию ножа, но как! Сэр! А кто будет у нас переводчиком хотя бы первое время?
— Думаю, вы оба уже догадались, — улыбнулся через зеркало Белов.
— Оу! Это хорошая мысль, — сразу обрадовалась Сара. — Думаю, мы сработаемся. Сара, — протянула она руку Звягиной.
— Виктория, — подала свою в ответ девушка.
— Не удивлён, что мы одержали победу над бандитами и заражёнными, — повернулся в сторону задних сидений Робинсон. — Виктория — это победа. Очень символично.
— Я знаю, господин полковник, — улыбнулась Звягина. — Восьмая рота нашего полка ВДВ тоже так считает.
— Она у них как талисман, — поведал американцу Белов. — И его нужно беречь как зеницу ока.
— Абсолютно правильная мысль, подполковник, — кивнул Робинсон. — А мы лишь ненадолго возьмём его напрокат. В общих интересах.
9 сентября 2027 года. д. Тополиновка. Вечер
Белов вышел из внедорожника и потянулся, пока гости не видели. Всю дорогу они беседовали с полковником Робинсоном и на поверку выходило, что в руках военных анклава сейчас находится бомба замедленного действия. Ну, это для американцев бомба — если и вправду в кэйсе полковника коды деактивации ядерного оружия нескольких систем НАТО… у него дух захватило от перспектив.
Навстречу прибывшим вышло руководство анклава, а пара «Камазов» проехала дальше колонны,
