Мисс Кастон отвернулась так резко, словно ей дали пощечину.
— Но вы — величайший из ныне живущих сыщиков. — Не пожелав нам спокойной ночи, Элеонор подобрала юбки и покинула столовую. Холмс подошел к камину и бросил сигару в огонь.
— Ватсон, револьвер при вас?
— Конечно!
— Вот и славно.
— Завтра сочельник, — напомнил я. — По легенде, бич Кастонов действует последний день.
— Хм. — Холмс легонько стукнул по стене — звук получился гулкий. — Один из коридоров прямо за этой стеной, а ведет, скорее всего, на чердак. Два других я пока не нашел: планы очень старые, разобраться непросто. Совсем как штемпель на письме, которое прислали мисс Кастон. Между прочим, Ватсон, вы обратили внимание, что само письмо не пострадало, хотя конверт очень кстати намок и штемпель размазался?
Я тоже бросил окурок в камин.
— В любом пламени есть что-то дьявольское, правда, Ватсон? Неужели дьявол на стороне местного злодея?
— Холмс, у вас подавленный вид. А с мисс Кастон вы говорили тоном проигравшего.
— Неужели, старина? Проигрывать тоже иногда полезно. Говорю же, ошибки мне не чужды.
Холмс вышел из столовой, оставив меня в полном недоумении. Вскоре и я удалился в свою уютную спальню, заснул беспокойным сном, а на заре проснулся, сбитый с толку и встревоженный.
5Сейчас понимаю, что Холмс утаивал от меня некоторые части головоломки. Что ж, не в первый раз и, думаю, не в последний. Как ни обидно, я не сомневаюсь, у Холмса есть на то основания, причем веские.
До завтрака я проверил пистолет, а спустившись в столовую, обнаружил, что тосты и кофе буду поглощать в одиночестве. Мисс Кастон, как и накануне, спала, а Холмс, по словам чем-то раздраженного Вайна, ушел по делам.
Я развлекался как мог: осмотрел старые мечи; не обнаружив газет, взялся за книги из библиотеки, но так ни на одной и не сосредоточился. Мысли были совершенно о другом.
Холмс вернулся ближе к полудню и, войдя в дом, стряхнул снег с пальто и шляпы. На улице выла метель, белые хлопья засыпали дорожки, деревья, поля.
Мы прошли в столовую.
— Вот, прочтите. — Холмс сунул мне телеграмму.
Фирма Сэмпса и Брауна «Меха для элиты» сообщала, что лисица-альбинос была приобретена пятнадцатого октября при их посредничестве и передана заботам некоего мистера Смита.
— Холмс, вы сказали об этом еще вчера вечером.
— Верно. Но эту информацию я должен был получить сегодня. Просто телеграмма ждала меня в деревне Чизлхерст.
— Тогда зачем…
— В виде исключения я предположил, что это действительно так. Уж очень хотелось увидеть реакцию мисс Кастон.
— Напугать вы ее точно напугали. На что еще рассчитывали?
— Неужели напугал? По-моему, она была вполне спокойна.
— Она смелая и решительная.
— Она интриганка!
Потрясенный резким высказыванием, я на миг потерял дар речи.
— Ради всего святого, почему вы так говорите?
— Ватсон, я вас умоляю! Немного обаяния, и женщина веревки из вас вьет. Уверен, мисс Кастон это отлично понимает.
— Она отзывается о вас куда любезнее! — со злостью заявил я.
— Не сомневаюсь. Старина, это очередная уловка! Присядьте и послушайте. Нет, лучше подальше от огня.
Я сел на указанный стул.
— Думаете, кто-то подслушивает нас в тайном коридоре за той стеной?
— Вполне возможно. Расследование у нас необычное, а его главная героиня заставила меня сомневаться во всем.
Мы оба уселись поудобнее, и Холмс начал рассказывать.
— Мисс Кастон явилась к нам, Ватсон, будучи осведомленной о моей работе по вашим отчетам, со всеми их неточностями и приукрашиваниями. С собой она принесла легенду о биче Кастонов, которая действительно существует, по крайней мере у Деруэнта и местных жителей. Четыре женщины из рода Кастонов, незамужние или овдовевшие, умерли здесь в один из пяти дней до Рождества. Однако причины нынешних тревог мисс Кастон — буквы на снегу, пятерка на стене, письмо-предупреждение и белая лиса — дело ее собственных рук.
— Расскажите, как ей это удалось.
— Конечно расскажу. Мисс Кастон легко добралась до тетиного архива, с помощью разных инструментов вырезала слова и наклеила их на лист дешевой бумаги, которую можно достать где угодно. Правда, усидчивости оказалось маловато, и вместо «уезжай» она использовала «уезжал». Из-за нетерпения появился и помощник — скользкий, лишенный воображения тип, воистину безликий мистер Смит, нанятый, чтобы купить лису и привезти ее сюда. Затем уже самостоятельно, используя сырое мясо из кладовой, мисс Кастон заманила животное в коридор, где оно до сих пор бегает и скребется. Дверь кухни дважды оставляли не высаженной и не вскрытой — я проверил, — а именно незапертой. Не запереть можно не только снаружи, но и изнутри, опять-таки из-за спешки и нетерпения. Лучше бы мисс Кастон взлом инсценировала, но она понадеялась, что мы спишем открытую дверь на безалаберность слуг. Буквы на снегу она начертала сама, а потом охала и ахала над ними. Поэтому у террасы мы обнаружили лишь ее следы. Нужно отдать должное Элеонор, сокращенный вариант своего имени и римская пятерка — мысль оригинальная, а вот в других эпизодах получилось неловко. Пятерку на стене кабинета тоже нарисовала она. Когда я поднялся на библиотечную стремянку, пришлось чуть отстраниться, а вот женщине ее роста на такой высоте было бы вполне удобно. На аккуратной пятерке заметны три подтека, особенно на нижней дуге. Виной тому кольцо с голубым топазом. Тогда оно еще было велико мисс Кастон, поэтому соскользнуло и размазало чернила, как и при написании записки на Бейкер-стрит. Плющ от окна тоже оторвала она, причем с обидной небрежностью.
— Холмс, по-моему, у вас немного разыгралась фантазия.
— На Бейкер-стрит я украдкой наблюдал, как мисс Кастон на меня смотрит. Я стоял у окна спиной к ней, и она не подумала, что в свете ламп видно ее отражение. Такое лицо, Ватсон, бывает лишь у хищниц. Тогда я решил, что ей нельзя доверять, и сейчас многое подтверждает мое первое впечатление.
— Когда закричала лиса, я подумал, что мисс Кастон теряет сознание.
— Крик получился ужасный, она его не ожидала и повела себя искренне.
— А как насчет Вайна и Люси? — спросил я.
— Их роль в этой истории мне до конца не ясна, хотя парень явно возмущен, а его девушка, вероятно, вела себя не слишком разумно. Что касается письма служанки мисс Кастон — первого предупреждения, которое получательница так некстати выбросила, не придав ему особого значения, — оно не существовало. Зачем Люси стараться для хозяйки, лишившей ее работы и любимого?
— Вдруг Люси хотела ее напугать?
— Очень интересный вывод, Ватсон, поздравляю! Но взгляните на ситуацию с другой стороны: если бы виновница несчастий Люси получила от той угрожающее письмо, разве она тоже не решила бы, что ее пугают?
— Хорошо, но как насчет смертей, Холмс? Я читал Деруэнта. Старая мисс Кастон точно умерла здесь, как и три другие женщины.
— Ватсон, в жизни бывают совпадения. Ханна Кастон подавилась куриной костью, французская мадам поскользнулась на обледенелых ступеньках, а Марию Кастон застрелил отвергнутый любовник. Тетя мисс Кастон была склонна к апоплексии и сильно напугана тем, что остается дома на Рождество. Вы же доктор и должны понимать, как велика вероятность смерти в такой ситуации.
— Но ее нашли не в кровати, а у камина.
— Началась агония, а служанки рядом не оказалось. Старая мисс Кастон хотела дотянуться до колокольчика и позвать на помощь.
— А колокольчик висит у камина.
— Феноменально, Ватсон!
— Господи, Холмс, в кои-то веки мне хочется, чтобы вы ошибались.
— Я редко ошибаюсь. Ватсон, подумайте о нашей клиентке. Мисс Кастон жила бедно — вот характер и закалился! — а потом вдруг разбогатела. Теперь она считает, что может сделать и заполучить абсолютно все. Она демонстративно пренебрегает условностями, отказавшись носить траур по тете. Достатку вопреки использует дешевую писчую бумагу — мелочь, а сколько своеволия и упрямства! Коварством и ложью она заманила сюда нас с вами.
— Ради бога, зачем?
— На этот вопрос пока ответить не могу, но уверен, она в чьей-то власти. Некоего влиятельного мужчины, у которого на меня зуб. Это настоящий злой гений, а мисс Кастон для него — марионетка. Порой женщины, даже сильные духом, становятся воском в руках мужчин, которым удается их подавить. Ну, дорогой Ватсон, до скорого!
Подавленный и раздраженный нашим разговором, я поднялся в свою спальню и записал все известные на тот момент факты. Эти записи и помогают мне сейчас восстановить хронику событий.
Когда я спустился к обеду, ни Холмса, ни мисс Кастон в столовой не застал. Нетти передала мне привет от своей хозяйки и пояснила: у той сильно болит голова, что случается нередко. Разумеется, я предложил помощь и вздохнул с облегчением (конечно, при таких обстоятельствах!), когда Нетти сказала: «Спасибо, не нужно».
