Читаем без скачивания Версальская история - Даниэла Стил

— Ты уверен, что снова хочешь поужинать со мной? Ведь мы только вчера ходили в «Оранжерею», — напомнила ему Валери и улыбнулась, — Я боюсь тебе надоесть!

— У тебя просто нет другого выхода, — сказал Куп нарочито суровым тоном, но не выдержал и улыбнулся.

— О'кей, я буду очень рада, — ответила Валери.

— И прихвати с собой Джимми.

— Боюсь, ничего не выйдет. Он сегодня занят. — Валери знала, что сегодня Джимми снова встречается с Алекс. Они, несомненно, были увлечены друг другом — во всяком случае, им ужасно нравилось исследовать свои новые отношения. Но привести ее с собой Джимми, безусловно, не мог — это было бы бестактно, да и самой Алекс, наверное, было все еще тяжело с ним встречаться.

— Впрочем, я передам ему твое приглашение, — добавила Валери, хотя точно знала — Джимми все равно откажется. И упрекнуть сына она не могла: было бы только естественно, если бы он предпочел Алекс Купу.

— Когда я вернусь, я позвоню тебе и скажу, куда мы пойдем, — пообещал Куп. — Впрочем, если ты не имеешь ничего против, я бы предпочел «Спаго».

— Договорились. — Валери кивнула, и Куп чуть не бегом бросился обратно к дому.

Через десять минут он уже ехал в контору своего агента.

Контракт был уже готов, и ему оставалось только поставить свою подпись на всех пяти экземплярах документа. Час спустя Куп был уже дома. Он заказал столик в «Спаго» на восемь часов; сообщив об этом Тайрин и Валери, Куп позвонил Алекс в больницу.

Она сама взяла трубку, что бывало нечасто. Куп, во всяком случае, такого не помнил. Ему было невдомек, что Алекс ждала звонка Джимми и почти не отходила от столика дежурной сестры, благо смена выдалась спокойной. Но, услышав голос Купа, она насторожилась. С тех пор, как он позвонил ей, чтобы рассказать о результатах анализа ДНК, прошел почти месяц; за это время они не разговаривали больше ни разу, и Алекс сразу поняла — произошло что-то важное. Неудивительно поэтому, что рука, в которой она держала трубку, слегка дрожала, однако ее голос звучал спокойно.

Куп рассказал ей, что произошло, и Алекс сказала, что очень за него рада. Потом последовала долгая пауза. Куп знал, о чем она думает, о чем хочет спросить, а главное — он знал ответ. Он думал об этом по дороге домой и принял окончательное решение, хотя соблазн вернуться к тому, что было когда-то, был достаточно велик.

— То, что ты только что мне рассказал, это что-нибудь меняет? Ты позвонил мне только затем, чтобы сообщить мне эту новость? — спросила наконец Алекс — спросила и затаила дыхание от волнения и страха. Она и сама не знала, чего она теперь хочет, но не задать этот вопрос не могла.

— Я много об этом думал, Алекс, — ответил Куп. — И я был бы рад ответить «да», но… это было бы не правильно. Я уже — говорил, я для тебя слишком стар. Что касается второй проблемы, то… Даже если я расплачусь с долгами самостоятельно, люди все равно решат, что это были твои деньги. — Он немного помолчал и добавил:

— Поверь мне, Алекс, я не тот мужчина, который сделает тебя счастливой. Ты молода, тебе нужен молодой муж, дети — одним словом, нормальная жизнь с человеком твоего круга, может быть, даже с кем-то, кто работает в той же области, что и ты. Мне было очень хорошо с тобой, но я уверен, что, если бы мы попытались сделать наши отношения постоянными, в конце концов нас обоих ожидало бы серьезное разочарование. Прости, что я причинил тебе боль, Алекс, девочка моя, но иначе я не мог.

Я многому у тебя научился, и за это я тебе благодарен, но…

Мы должны были расстаться, и дело здесь, наверное, даже не в деньгах, а в нашей разнице в возрасте. Я старше, я понимал это, и вся ответственность за наше будущее лежала на мне. И я принял решение… Ты мне очень дорога, я страдаю из-за того, что сделал тебе больно, но дальше было бы все сложнее.

И еще одно… Я хотел бы сказать тебе, что ты забрала с собой частичку моего сердца, которая всегда будет принадлежать тебе, что бы со мной ни случилось. Может быть, когда-нибудь мы сможем стать друзьями… Я, во всяком случае, очень на это надеюсь. Только давай не будем возвращаться к тому, что было, чтобы не совершить еще большей ошибки, о которой мы впоследствии обязательно пожалеем. Ты умница, ты должна меня понять, может быть, не сейчас, но в будущем…

Алекс ожидала от него совсем других слов, но что-то подсказывало ей — в том, что она только что выслушала, есть здравый смысл. Все два месяца, прошедшие с того рокового дня, когда они расстались, Алекс продолжала упрямо надеяться, что все вернется, но, возможно, она просто не любила проигрывать и пыталась любой ценой спасти свою любовь, как спасала от смерти больных детей. Вместе с тем она не могла не анализировать ситуацию, и выводы, к которым она пришла, не слишком отличались от того, что ей только что сказал Куп. Да, когда-то Алекс была счастлива с ним; она любила Купа и до сих пор по нему тосковала, но что-то мешало ей попытаться уговорить его изменить свое решение, хотя она и была уверена, что смогла бы это сделать, если бы очень постаралась. И все же, когда он позвонил, она не удержалась от вопроса о его намерениях. Это было и понятно, и объяснимо. Хотя теперь жизнь Алекс начинала меняться, присутствие Джимми в ней становилось все более заметным и необходимым.

С Джимми у Алекс было значительно больше общего.

Другое дело, что они пока не знали, как сложатся их отношения. Но кто может предсказать наперед собственную жизнь? Маги, гадалки, волшебники?

Да, подумала Алекс, наверное, Куп все-таки нрав. Надо двигаться вперед, а не цепляться за прошлое.

— Я понимаю, — тихо сказала она. — И как ни трудно мне с тобой соглашаться, возможно, ты и прав. Во всяком случае, умом я это понимаю… уже поняла, а вот сердцем… Надеюсь, впрочем, в конце концов все образуется.

Ей по-прежнему было больно, она теряла его и страдала, но никаких попыток удержать его она не делала.

— Ты очень сильная женщина, Алекс, — серьезно сказал Куп.

— Спасибо, — ответила она и, чтобы снять напряжение в разговоре, спросила:

— А ты пригласишь меня на премьеру?

— Я даже приглашу тебя на церемонию вручения «Оскаров», когда буду получать награду, — без колебаний заявил Куп.

— Договорились!

Когда она вешала трубку, в глазах у нее стояли слезы, но потом Алекс словно ожила. Казалось, изменившиеся финансовые обстоятельства Купа освободили обоих. Алекс прекрасно понимала, насколько сильно он нуждался в чем-то подобном, и не столько для того, чтобы расквитаться с долгами, сколько для того, чтобы вернуть себе покой, самоуважение и достоинство. Теперь Куп снова мог жить, не зная ни тревог, ни забот, и Алекс оставалось только поздравить его с удачей.