Читаем без скачивания Негодяи (сборник) - Гиллиан Флинн

– Я в отпуске, – говорит Дагмар. – На Виргинских островах, с мужем и дочерью. Первый отпуск за несколько лет, не отмеченный бунтами, убийствами и распадом общества. Ты ведь тоже не можешь в свободные две недели не попасть в неприятности, так?

– Я не попал в неприятности, – замечаю я. – Никакого отношения к ним не имею.

– Ты мне прежде уже лгал, когда тебя убить пытались.

Что ж, признаюсь я себе, так и было.

Надо сознаться, что мои отношения с Дагмар Шоу вовсе не окончены. Эта женщина выдернула меня из безвестности и сделала звездой, сняв «Бегство на Землю», а потом и продолжение, за что я ей благодарен, но, с другой стороны, она склонна пытаться все контролировать, хитра, целеустремленна и слишком уж сообразительна. Ее жизненная программа куда сложнее моей.

Я хочу просто быть большой звездой, чтобы меня любили миллионы. Мне это кажется вполне скромным и понятным желанием.

Дагмар, напротив, обычно действует, как гениальный сверхзлодей, стремящий захватить весь мир.

– Я высылаю к тебе телохранителей, – говорит она. – Надо, чтобы за тобой проследили.

У меня нет моральных сил сопротивляться Дагмар. Факт состоит в том, что она знает обо мне куда больше, чем мне бы хотелось. Знает, где захоронены тела. На самом деле одно тело, хотя это и не делает мое положение легче.

– Ага, о’кей, – отвечаю я. Мне уже приходилось жить в окружении телохранителей. Иногда это неприятно, но, по большей части, это будто иметь вооруженную прислугу. Они делают то, что ты им скажешь, а в качестве бонуса не подпускают к тебе плохих парней.

– И еще одно, – говорит она. – То, чтобы телохранителей оплатили за счет бюджета ваших съемок, а не моей компании, – твоя забота.

Я обдумываю ее слова.

– Наверное, мне удастся это устроить.

Найм для меня телохранителей, возможно, удастся подать как надлежащую предусмотрительность, учитывая недавнее событие, а также мое собственное прошлое.

– Кстати, выражаю искренние соболезнования насчет Лони Роув.

– Большинство сейчас только этим и заняты, – замечаю я.

– Большинство людей не знают, что на самом деле она не была твоей подружкой.

Я даже не спрашиваю Дагмар, откуда она это знает. У нее всегда есть свои источники, иногда совершенно необъяснимые.

– Так что не лезь в неприятности, – говорит она. – Чтобы мне опять не пришлось прерывать отпуск.

– Сделаю все, что смогу, – отвечаю я.

Она вешает трубку.

И в этот самый момент мои нервы окончательно завязываются узлом, потому что снаружи начинают грохотать выстрелы. Я ныряю за диван.

Может, и не слишком плохая была идея насчет телохранителей, думаю я.

Выясняется, что стрельбу устроили мексиканские полицейские. Они предупреждали репортеров таблоидов, что воздушное пространство над отелем подпадает под определение места преступления, но те, как обычно, предупреждение проигнорировали. Забыв, что здесь Кинтана Ро, а не Беверли-Хиллз, и ПФМ разрешили стрелять из ружей по беспилотникам. Помимо этого, любого чужака с пультом радиоуправления в руках вытаскивали из машины, изрядно колотили и увозили в кутузку.

Я остаюсь в домике, пока продолжается стрельба по летающим целям, а по крыше из пальмовых листьев стучит, осыпаясь из воздуха, дробь. Очень быстро воздушное пространство над отелем становится свободным от жужжания беспилотников, что помогает Трейси, звукооператору, пробраться ко мне в кабану после заката. Она думает, что будет утешать меня после смерти Лони, но на самом деле она лишь помогает мне избавиться от собственных страхов, таких, которые я не смог бы ей объяснить, даже если попытался бы.

На следующий день появляются листки с новым распорядком съемок, которые, как выясняется, продолжатся с завтрашнего дня. Четверо моих телохранителей прилетают в Канкун тем же рейсом, что миссис Треваньян, агент фирмы-гаранта. При оружии у нас господа телохранители, но реально убить фильм может миссис Треваньян, вырезав сцены с Лони и превратив сюжет в полную чушь. Она оказывается зловещей дамой в строгом костюме темно-синего цвета и с решительной походкой, от которой у меня мурашки по спине идут. Такое впечатление, что она уже заранее знает, за что согласна платить, а за что – нет.

Днем устраивают поминки по Лони. Мы собираемся вместе в кабане одного из продюсеров, по очереди рассказываем, какая она была чудесная, а меня не оставляет мысль, что в соседней комнате миссис Треваньян решает мою судьбу. Мне очень тяжело что-то сказать на поминках. У остальных речи льются потоком, они рассказывают, как им было здорово с Лони, но я в депрессии и отчаянии, зная, что миссис Треваньян имеет все шансы сломать мою карьеру кинозвезды.

Я стараюсь поскорее смыться с поминок, так, чтобы это не выглядело невежливо, пытаюсь учить текст к завтрашним съемкам и отрешиться от безумной тревоги.

После ужина ко мне заходит Том и рассказывает, что переговоры прошли плохо. Миссис Треваньян настояла на том, что незачем заменять Лони, надо просто вырезать все сцены с ее участием. А когда Хэдли принялся визжать и рвать себе бороду, крича, что без этих сцен фильм станет бессвязной ерундой, миссис Треваньян возразила, что «Риф Отчаяния» – блокбастер и фильм-экшн, так что ему не обязательно быть очень уж осмысленным. «Вы что, «Транформеров» не смотрели?» – спросила она.

Вжавшись в диван, я с трудом сдерживаю слезы отчаяния. Мое предвкушение статуса суперзвезды расстреляно, как те беспилотники, и я знаю, что оно не вернется. Фильм провалится, а потом уже никто не захочет выкидывать пару сотен миллионов долларов на такого записного чудика, как я.

И единственным выбором будет продолжать работать с Дагмар, пока она от меня не устанет. А потом я снова окажусь на мели, стану никем, как всего три года назад.

– Все это напрасно, получается, – со стоном говорю я. – И Лони погибла напрасно.

– Уж точно, – соглашается Том. – Но что мы можем поделать?

– Найти побольше денег? – предполагаю я.

Он смотрит на меня скептически.

– Поздновато уже, – отвечает он.

– Я серьезно, – говорю я. – Сколько будет стоить переснять все сцены с Лони с другой актрисой? Нам же не надо нанимать звезду первой величины – просто профессиональную, надежную…

– У кого еще есть такая сексапильность, как у Лони? – спрашивает Том, стараясь не говорить жестко. – Кто еще так хорошо выглядит в бикини? Это же роль роковой женщины.

– В Калифорнии полно девушек, прекрасно выглядящих в бикини, – законно возражаю я.

Том берет в руки планшет и начинает листать страницы текста.

– Если не считать гонорара Лони, пересъемка всех сцен будет стоить десять миллионов долларов.

Я гляжу на него с недоумением. Сцен с Лони было не так уж много.

– Десять миллионов долларов за…

– Большая часть – за сцену погони на скоростном катере, – отвечает Том.

О Боже, я и забыл о сцене погони на скоростном катере, по большей части потому, что еще не снялся в ней там, где должен фигурировать мой персонаж. Свою половину Лони уже отыграла, теперь мне надо отыграть свою, а потом их смонтируют вместе с множеством других очень, очень дорогих кадров, уже готовых, в том числе тех, где дублируют каскадеры, где есть взрывы, стрельба и прочее. Сюжетная линия предполагает, что моему герою едва удается спастись от погони и убийства, организованных героиней Лони и группой боевиков картеля, которые в конечном счете врезаются и красочно взрываются. На спецэффекты дикие деньги ушли.

– Слушай, если мы не станем снимать окончание погони на катере, сэкономим миллионы долларов, – говорю я. – Если эти миллионы вложить в другую актрису, соорудив достаточно дешевую замену для сцены погони, то можно все переснять.

Том удивленно глядит на меня.

– Я это предлагал. Треваньян сразу отказалась. Это никак не одобрят.

– Но ведь деньги уже в бюджет заложены!

– Уже нет, не заложены!

На шее у Тома выступают жилы, в его голосе отчаяние. Он уже не единожды спорил обо всем этом.

На мгновение мне приходит в голову отчаянная мысль – вложить свои деньги. Учитывая мои сбережения и вложения, а также наличные в сейфе на Каймановых островах, я бы мог такое потянуть.

Нет, это безумие. Фильмы – самое худшее в мире вложение денег. Хуже, чем вкладывать в только что созданные заводы по производству антенн для машин, салфеток на мебель и сеток для волос. В Голливуде деньги у людей постоянно в никуда пропадают.

Даже если никто не попытается напрямую спереть мои деньги, даже если все будут работать изо всех сил, достаточно прокола в одном из отделов, чтобы фильм провалился. На студии вдруг в последний момент решат все отредактировать заново или что-нибудь напортачат при конвертации в 3D, композитор попадется такой, что медведь на ухо наступил, сделают хреновые трейлеры, отдел по связям с общественностью разругается с продюсерами и саботирует рекламу. И все мои деньги исчезнут в никуда.