Для своего наврайтара принц Гарендир выбрал, как он считал, единственно возможный наряд, клановую тунику Мерков Антальских и никто даже и не подумал о том, что это было лишнее, ведь он, можно сказать, был без пяти минут король Галана. Даже император, который сидел напротив подиума вместе с леди Ритой и их дочерью Мэрион на коленях. В ратане находились и все остальные его дети и внуки, но они сидели поодаль. Рядом с подиумом находились только члены семьи принца Гарендира. Все они также были одеты в клановые туники и такие кимоны, которые носили женщины клана Мерков Антальских. Принц Гарендир молча прошел через ратан, поднялся на подиум, подошел к своему раломану и, сбросив с ног сапожки, сел на этом невысоком, широком кресле в позе лотоса. Его жена тотчас убрала сапожки, взяла в руки варкенскую флейту-финель и заиграла негромкую, спокойную мелодию. Её муж слегка наклонился вперёд, опёрся руками о колени и, качнувшись пару раз, вдруг, громко воскликнул:
– Дети мои, милые мальчики и девочки, почаще читайте "Хроники Варкена", если не хотите меня огорчить! Не жалейте розог, чтобы приучить к этому ваших сыновей и внуков. Всячески понуждайте к этому жен. – Выпалив это, он с опаской взглянул на свою жену, видимо, ожидая от нее взбучки, но принцесса Сильвия слегка кивнула и улыбнулась ему в ответ, а звуки флейты тотчас сделались пронзительными и требовательными. Принц Гарендир сурово сдвинул брови и продолжил строгим голосом – Сегодня я на своем собственном примере хочу показать вам, сколь важны для нас всех наставления предков, великих архо клана Мерков Антальских. Всем вам прекрасно известно о том, какое испытание было ниспослано мне Великой Матерью Льдов, как известно вам и то, как сильно я ненавидел когда-то Кируфского Отравителя, будучи навспираго Гаром Салри. Возможно, что ведомо вам и то, что вновь став самим собой и будучи не в силах смириться с этим, я чуть было не отправился в ад и только ваша мать удержала меня от этого гибельного шага. Моя прекрасная Сильвия заставила меня вспомнить о том, кто я есть на самом деле и о тех, кто сделал меня Кируфским Отравителем. Великая Мать Льдов дала мне возможность доказать самому себе, что человек способен возродиться из пепла, словно мифическая птица Феникс, способен осознать, что ничто не может полностью подавить его волю и отказаться от жизни даже тогда, когда он не видит в ней никакого смысла. В жизни всегда есть смысл, дети мои. Даже тогда, когда тебя сделали преступником помимо твоей воли, когда ты сам себя ненавидишь хотя бы потому, что ты должен воздать врагам своим по их деяниям. Мои враги не были пойманы моими братьями, благородными черными рыцарями, духовными детьми великого клана Мерков из Горного Антала. И в этом я также склонен видеть волю Великой Матери Льдов. Поэтому я не мог исполнить волю нашего императора и стать королём Галана до тех пор, пока Латон Квинтерус и его приспешники оставались на свободе и продолжали вынашивать черные замыслы против Галана. Что бы я ни делал, каждую минуту я думал о том, где спрятался этот негодяй и как мне его найти. Никаких ниточек, ведущих к нему, не было ни у меня, ни у тех людей, которые искали его все эти годы с ничуть не меньшим усердием, но меня подстёгивало то, что я был Кируфским Отравителем. – При этих словах принц Гарендир наклонился и его руки легли на рукоять и ножны меча. Выхватив меч, он сделал им несколько быстрых движений и с силой воткнул справа от своего раломана, после чего, слегка улыбнувшись, продолжил под громкие трели финели – Душа моя жаждала справедливости и я очень хотел поквитаться с этими мерзавцами, но чем больше времени проходило с момента воссоединения моей души и сознания, тем больше я понимал, что это практически невозможно. Как сказал бы мой добрый друг Хальрик, – след давно остыл. Когда я совсем отчаялся, мне на помощь пришли "Хроники клана Мерков Антальских". Перечитывая их четыре дня назад, я снова открыл тот раздел, который называется "Предтечи". В нем собраны самые древние наврайтары Мерков Антальских и среди них меня особенно поразил тот, в котором Веридор Невинный очень подробно рассказывает о вендетте с родственным его клану кланом Моринов из Северного Антала, произошедшей из-за пустякового спора, который привел к гибели его младшего брата, коротко упоминает о своем великом ледовом исцелении и снова весьма подробно о последовавшей за этим исцелением битве с Моринами. Для ещё одного моего старого друга Ронбальда Зайнура это всего лишь древний литературный памятник, стихотворное изложение вендетты, разыгравшейся на острове Большой Антал более восьмидесяти четырёх тысяч лет тому назад. Признаюсь, лично я так никогда не считал уже только потому, что это был наврайтар, назидание потомкам, сделанное в присутствие айята, а потому любой наврайтар "Хроник Варкена" абсолютно правдив и достоверен. Наврайтар Веридора Невинного, в котором этот великий человек почти ничего не рассказывает о том, как именно он вошел в состояние ледовой медитации, для меня стал особенно интересен начиная с сорок четвертого стиха, в котором сказано буквально следующее:
Лютый холод, сковавший Антала торосы,
Скрыл меня от сверхзренья врага.
Лишь метель замела следы ног моих босых,
Стал невиден я Кунгу в бескрайних снегах.
Вдумайтесь в эти строки, дети мои. Клан Мерков разгромлен коварными соседями. Все мужчины убиты, а его отец хранитель, весь израненный и зверски избитый, брошен у ворот своего хольда на верную смерть. Это была зима одного Золотого Лорда, когда морозы на острове Большой Антал достигают минус девяноста градусов. У Веридора Невинного не было ни одного шанса выжить и враг уже праздновал победу. Кунг Морин восседал во главе пиршественного стола зная, что никто не сможет придти на помощь Веридору Невинному, а сам он никогда не сможет совершить телепорт в какое-нибудь убежище, где для него найдется суманойран полный чистой воды, чтобы он смог во время водной медитации исцелить свои раны. Кунг хорошо знал своего соседа и родича. К тому же, дети мои, насколько нам это известно, рядом с Веридорлангом нет ледника, а Веридор Невинный в своем наврайтаре говорит о ледовых торосах. В предыдущем, сорок третьем стихе он уже прощался с жизнью, а в сорок четвертом говорит о том, что лютый холод скрывает его от телепатической локации Кунга, который и во время пира наблюдал за ним. От того-то Веридор Невинный так подробно и описывает в семнадцати следующих стихах то, что так напугало Кунга Морина, его внезапный телепорт от ворот своего хольда на ледник Тианар. Кунг ошеломлён, он не знает что ему делать, но ему прекрасно ведомо о том, как страшен гнев Веридора Невинного. Что же делает, дети мои, величайший герой Варкена впав в транс ледовой медитации после того, как он исцелил все свои раны и увечья? А вот что:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
