трап. Ничего больше не говоря, он подошёл к холодильному шкафу, взял упаковку с едой и тоник и шагнул к образовавшемуся дверному проёму.
Оказавшись снаружи, Адам жестом приказал Силистере поднять трап и подождав, когда он поднимется, разбросил своё поле далеко по сторонам и убедившись, что вокруг нет ничего, вызывающего тревогу, быстрым шагом направился в сторону города, который с поверхности планеты казался уже не таким большим и величественным.
9
Красновато-коричневая поверхность планеты была достаточно плотной и идти было не трудно, лишь приходилось обходить торчащую из почвы жёсткую зелёную траву, ткнувшись несколько раз в которую и чувствительно уколовшись, Адам решил больше не выяснять с ней отношения, благо она росла не часто, хотя и большими пучками.
Он был уверен, что если город имеет защитный периметр, то есть и брешь в нём и он обязательно её найдёт.
Идти пришлось долго. Когда Адам подошёл к какому-то рву, идущему со стороны города, который был достаточно глубоким, гораздо выше его роста то увидел, что по его одной стороне стоит башня, весьма похожая на сторожевую, но он не чувствовал вокруг себя никаких сканирующих лучей и потому шел без опаски. Скорее всего ров был связан или с вентиляцией или со стоками. Он показался Адаму не достаточно защищенным. Башня над ним стояла не совсем удачно и по его прикидке не могла полностью контролировать ближнюю к себе часть рва, и если по нему идти пригнувшись, то можно было остаться незамеченным.
Хотя уже был вечер, но местное солнце ещё не ушло за горизонт и было жарко.
Ещё в начале пути у Адама на лбу вскоре выступила первая капля пота и противно повисла на брови. Намереваясь её смахнуть, он ткнул зажатым в руке пакетом себе в лицо. Мысленно выругавшись, он расстегнул пакет и заглянув в него, увидел десятка полтора круглых коричневатых предметов, напоминающих печенье цивилизации землян, называемое кракенами. Он тут же почувствовал жажду и голод.
Достав один кракен, он поднес его к носу и втянул его запах. Запах был несколько резковат, но не отталкивающь. Адам сунул кракен в рот и попытался откусить кусочек, но он оказался твердым. Он сильнее сжал зубы, но тот не поддался. Мысленно отправив в свой адрес нелестный эпитет, он открыл баночку с тоником и сделав глоток, отправил кракен в рот целиком, благо он был не слишком большим. Проведя по нему языком, Адам вдруг почувствовал, что поверхность кракена начала будто испаряться. Тогда он увлажнил язык тоником и повозил им по кракену — его рот наполнился приятной прохладой.
Кракен растворился достаточно быстро, утолив не только голод и жажду, но даже заставив спину покрыться будто инеем прохлады. Адам приободрился и ускорил шаги. Но, или кракен был слишком маленьким для его быстрого хода или было ещё очень жарко, но через какое-то время пот опять выступил на лбу Адама и он достал еще один кракен и запил его тоником, затем ещё и ещё и когда он дошёл до видимого рва, пакет и баночка были пустыми.
Блеснув последним лучом, скрылось бело-оранжевое местное солнце. Сумерки начали быстро сгущаться. Отшвырнув пустые пакет и баночку, Адам спрыгнул в ров около его стенки и тут же почувствовал, как по его телу скользнул луч сканера. Он мгновенно присел, никакой реакции со стороны башни не последовало и насколько он чувствовал, следующие лучи уже скользили где-то над его головой. Его догадка подтвердилась — ров, действительно, имел неконтролируемую зону около своей нижней части стенки. Привстав и найдя безопасное положение для своего тела, Адам двинулся дальше.
* * *
Полусогнутому идти было не совсем удобно. Приходилось быть в постоянном напряжении, потому что дно рва было не твердым и дышало, грозя провалиться под ногами, было неровным, часто поднимаясь и тогда Адаму приходилось сгибаться, практически вдвое, к тому же оно излучало и чем ближе к городу тем сильней, вызывая в голове Адама неприятное покалывание, будто кто-то тыкал в неё сломанной иглой. К тому же, чем становилось темнее, тем больше появлялось каких-то шныряющих под ногами зверьков, в которых то и дело тыкались носки обуви, заставляя Адама дёргаться и по земному мысленно чертыхаться. Вскоре стемнело настолько, что идти пришлось, практически, на ощупь, контролируя пространство перед собой полем, что держало Адама в ещё большем напряжении.
Вдруг, он почувствовал над собой пронёсшееся мощное энергополе и понял, что пересёк черту города — такой энергопоток мог принадлежать лишь какому-то транспортному средству. Адам осторожно выпрямился. Лучей сканера больше не было. Он поднял руку — она упёрлась в твёрдый потолок. Да и под ногами сейчас была не дышащая почва, а прочная поверхность. Фон излучения от пола стал гораздо ниже. Все эти изменения ввели Адама в некоторое смятение, потому что было совершенно непонятно, для чего городу было нужно это сооружение в виде какого-то тоннеля, так как в нём не чувствовалось, ни потока воздуха, ни гнилого запаха стока, ни какого-либо излучения. Не было и лучей сканеров, видимо шхерты считали излишним контролировать свои тоннели внутри города. Так же исчезли и зверьки из под ног, озадачивая ещё больше.
Полный напряжения, Адам двинулся дальше, тщательно сканируя пространство перед собой. С одной стороны — идти было легче, не нужно было нагибаться и шарахаться от попавшего под ногу зверька, с другой — встреча с неизвестностью держала в сильном напряжении, грозя неконтролируемым срывом.
Сколько Адам шёл по этому тоннелю, он мог лишь гадать, казалось ему и конца не было. Ничего подозрительного вокруг не ощущалось, лишь иногда над головой проскакивало энергополе, в котором Адам однозначно узнавал транспортное средство. Чувства отчаяния не было, но досада уже прочно держала его в своих объятиях.
Тоннель, шедший по кривой, хотя и с большим радиусом, вдруг очень резко свернул, заставив Адама остановиться — перед ним была стена. Мысленно выругавшись, он осторожно разбросил своё поле по стене и тут же почувствовал поле, генерирующее завесу дверного проёма. Он осторожно коснулся поля завесы — оно завибрировало, его нити в месте контакта начали истончаться, грозя оборваться. Опасаясь, срабатывания контролирующей нити защиты, Адам отдернул своё поле и принялся искать энергетический ток, питающий завесу. Он нашелся без труда, но кроме энергетической составляющей, Адам почувствовал в нем и информационную, рассоединить которые было совершенно невозможно и несомненно, об их обрывах тут же станет где-то, кому-то, известно.
Оставив энергопоток, Адам занялся изучением генератора завесы. Структурное устройство генератора шхертов в корне отличалось от
