• сверхсознательное (связанное с энергиями, выходящими за пределы собственного «Я»).
Не ограничивая спектр возможностей движения, мы можем заметить некоторые его модальности, которые появляются из этих источников: импульсы, идущие только из ощущений (такие, как потягивания или защита от травм), импульсы, основанные на переориентации нашего сознания (такие, как вращение, ходьба назад, повороты), импульсы движения как путешествия (такие, как раскрытие истории движения) или же основанные на эмоционально заряженных или духовно трансформирующих состояниях, доступных через тело (такие, как слушание или выражение внутренних голосов, ритуальные жесты, или архетипические характерные образы). Эти источники и модальности являются способами описания различных аспектов движения, и все они проявляются в Аутентичном движении.В опыте «переживания движения», когда бессознательное говорит прямо через тело, некоторые движения или положения не будут воплощены в форму, их трудно вспомнить, некоторые будут более развиты, а другие доступны ясному осознанию. «Доступные», «готовые» движения возвращаются вновь и вновь, их легко вспомнить, и они могут быть использованы, как говорит мой опыт, для творческого процесса.
Аутентичное движение заостряет внимание на процессе понимания между движущимся и наблюдателем. Когда мы чувствуем, что нас слышат, мы начинаем слушать других. Когда мы развиваем в себе тонкого и поддерживающего наблюдателя, то можем позволить другим следовать их собственному опыту движения и переживания движения. Процесс слушания историй движения нашего тела дает нам смелость познать самих себя.
Начиная работать в Аутентичном движении, мы можем встретиться с основными страхами: ненавистью к телу, страхом найти пустоту внутри, страхом неподвижности, страхом одиночества, страхом оказаться нелюбимым. «Я слишком толста, я слишком худой. Если я не двигаюсь, я не существую. Если меня не видят, я никто. Если я не сделаю чего-то хорошего, никто не будет любить меня». Хотя эти утверждения могут показаться утрированными, они появляются вновь и вновь во время сессий движения. Когда мы закрываем глаза и слушаем свое тело, появляется потенциал для принятия нас такими, какие мы есть.
Когда мы можем открыто встретить свой страх, мы учимся тому, насколько в действительности богат наш внутренний мир.
Движениям несформированным или развивающимся нужно некоторое время для раскрытия. Когда мы решаем посвятить себя танцу, то понимаем, что у нас есть время для развития нашего творческого и физического потенциала, поэтому мы не «охотимся» за нашим бессознательным (используя каждое появившееся движение для выступления) и не занимаемся истощением жизненных ресурсов своего тела (которые утрачиваются, если много лет заниматься только танцем). Наше тело и бессознательное ведут диалог с нашим сознательным «Я» – заключают договор о взаимном доверии, который постоянно подтверждается. Например, при травме позвоночника или колена мышечный спазм предохраняет нас от движений (если бы мы не испытывали боль, мы могли двигаться!). Поскольку тело доверяет тому, что мы будем отдыхать, спазм может пройти. Это взаимовыгодная сделка.
Можем ли мы доверять самим себе? В процессе личностного роста и развития мы узнаем, что процесс изменений может и будет поддержан. Например, если во время сессии появляются тяжелые детские воспоминания, движущийся нуждается в доверии к тому, что у него есть ресурсы и время, чтобы интегрировать этот опыт в сознание. Иначе этому переживанию лучше оставаться в бессознательном. Через интернализацию поддерживающего, неосуждающего, но децент-рированного внутреннего наблюдателя мы развиваем доверие к себе на глубоком уровне.
Отношения между движущимся и наблюдателем подобны отношениям выступающего и аудитории. Многообразие человеческого опыта живет в каждом из нас, и сцена обеспечивает возможность воплощения наших внутренних «Я» через движение, когда мы выступаем, и через эмпатию и проекцию, когда мы являемая зрителями. Это взаимоперенесение осознания между выступающим и аудиторией делает возможной трансформацию и тех, и других.
Во-первых, коллективное сознание аудитории поддерживает связь выступающего с бессознательными энергиями, но вскоре аудитория отдается осознанию своего «Я» и движется имеете с выступающим к трансформации. В этом контексте трансформация становится общедоступным опытом. Таким образом, практика1 Аутентичного движения частично является и групповой практикой. В такие мгновения движение становится средством перемещения энергий, выходящих за пределы собственного «Я», которые могут быть, приглашены или вызваны, но которых нельзя добиться усилиями. Этгот обмен существует как аспект «переживания движения», доступный каждому из нас.
Внутри спектра коллективных переживаний происходит огромное освобождение как движущегося, так и свидетеля, так как мы понимаем, что являемся участниками большего цело›го. Если мы внимательны к своему бессознательному, а другие внимательны к своему, присутствует неотъемлемый порядок, раскрытие, отношения. Групповая работа в Аутентичном движении включает в (себя опыт синхронности, одновременности, кросскультурные мотшвы, чудеса ловкости или силы, взаимодействия с другими людьми шли другими энергиями в комнате, экстраординарные прыжки и дин.амику, которые не могли быть запланированы и никогда не практиковались. Травмы случаются крайне редко; если тело и психика работакот как одно целое, что-то оказывается возможным, и уважаются наст-оящие границы.
Встреча с другим человеком во время групповой работы позволяет развить доверие на глубинном уровне. Базовзое «правило» при групповой работе с закрытыми глазами: вы следуете своим собственным импульсам. В момент контакта выбор совместнюго движения с другим человеком зависит от того, сумеете ли вы остаться честным по отношению к собственным импульсам, контактирую с другим человеком, или нет. Так как каждый следует своим собственным импульсам, то никто не «обязан» заботиться о других. Мы должнш! увидеть себя во всей тотальности, а не такими, какими мы представляем себя или какими другие хотят нас видеть. Групповая практика Аутентичного движения – это следование правде, собственной правде m присутствии других.
ДЖАЗ ТЕЛА
Эту танцевальную технику мы (Владимир Козлов и Александр Гир-шон) практикуем уже десять лет, она показала великолепные результаты, и поэтому мы хотим рассказать о ней.
Как известно, в пространстве телесно-двигательной активности человека (кинесфере), выделяются следующие зоны.
1. Три горизонтальных яруса:
• нижний – от бедер вниз до земли и все доступное в движении пространство вокруг ног; приседания, наклоны, переползания и т. д.;
• средний – корпус, руки и их движения ниже уровня плеч;
• верхний – голова, шея и руки в их движении выше уровня плеч; прыжки, «полеты» и т. д. (А. Гиршон, 1995).
2. Вертикальная симметрия «вперед/назад».
Рассмотрим эти зоны более подробно.
Верхний ярус традиционно относится к стихии воздуха. Стереотипы движений в этой области в основном связаны с «романтическими» клише балетной и эстрадной хореографии. Нестилизованные, аутентичные движения в этой области указывают на постоянную драму «жажды и страха полета» в человеческой жизни. Для многих людей в нашей культуре доступ к движениям в этой области связан с изменениями образа «Я», прорывом, воплощением нереализованного, идеального «Я», мечтами о свободе, полете и танце, идущими из детства, или же с расширением образа «Я», освоением нового и незнакомого. Отказ от движений в этой зоне иногда связан со страхом «оторваться от земли» (в основном у мужчин среднего возраста с устойчивым социальным положением), страхом потерять свой вес, разрушить сложившийся и достаточно эффективный образ «Я».
Наблюдения показывают, что для большинства людей основная зона движения и танца – средний ярус с ограниченной амплитудой движения. На первый взгляд его можно назвать ярусом «ординарных движений». Движения чаще всего клишированы и идут от бедер и плеч. Но простой эксперимент с исследованием возможностей движения показывает, что именно в этом ярусе доступная амплитуда движения максимальна (диаметр кинесферы). Таким образом, этот ярус можно назвать парадоксальным: сочетание максимума возможностей и максимума стереотипов (ограничений).
При анализе движений в этой зоне в первую очередь можно обратить внимание на ограниченность амплитуды движений, характер движений тазовой области (энергетического и сексуального центра) иналичие/отсутствие связи, «перетекания» между верхом и низом. Поэтому еще одна метафорическая система, помогающая исследованию и осознанию, – это система «первоэлементов, архетипических проекций стихий воды, огня, воздуха и земли. По ней этот ярус относится к стихиям воды и огня, женского и мужского и т. п.
