Реформистски настроенные лидеры этих партий, воспользовавшись коротким пребыванием у власти, предприняли попытки осуществить ряд экономических и социальных преобразований, заложить фундамент политической демократии. Так, в результате борьбы радикалов в Аргентине во время первой мировой войны был принят закон, по которому право голоса получили все граждане, достигшие 18 лет. Такого не знало еще избирательное право передовых государств Запада. Для того чтобы преодолеть пассивность и абсентеизм избирателей, самому голосованию придавался обязательный характер. На выборах делалась отметка в паспорте голосующих. Эта мера на практике оказалась утопичной, но радикалы рассчитывали таким образом обеспечить участие более широких слоев населения на выборах и укрепить свои политические позиции. В Уругвае президент Батлье, пытаясь внести элементы демократизации в политическую жизнь, ввел тайное голосование, позволившее в какой-то мере ослабить характерное для страны, как и для всей Латинской Америки, неприкрытое давление государственных властей на избирателей. Было введено также пропорциональное представительство всех партий. Впервые на американском континенте в Уругвае было принято законодательство об отмене смертной казни.
Одновременно правительство Батлье осуществило ряд мероприятий по развитию государственного сектора в экономике страны. В 1911–1915 гг. в Уругвае были национализированы железные дороги, городской транспорт, некоторые банки, страховое дело, доки, предприятия по производству и продаже горючего. Правительство ввело систему протекционистских тарифов для защиты национальной промышленности, способствовало развитию народного образования, провело декрет об отделении церкви от государства.
Под влиянием рабочего движения в Уругвае было принято самое передовое для того времени социальное и рабочее законодательство (закон о 8-часовом рабочем дне, о пенсиях по старости, о минимуме заработной платы). Этот радикальный реформизм встретил яростное сопротивление традиционных правящих сил, а также и иностранного капитала. Именно они добились отмены указанного выше законодательства и отстранения от власти самих реформаторов.
Но в целом с началом XX в. в Латинской Америке усилились выступления широких масс населения против авторитарных режимов и продажных диктаторов.
Мексиканская Конституция 1917 г. и ее последующее развитие. Наиболее значительным событием в политической жизни Латинской Америки в начале XX в. явилась мексиканская революция 1910–1917 гг. Эта революция положила конец одному из самых антинародных и жестоких на континенте режимов П. Диаса, узурпировавшего президентскую власть, подчинившего себе практически все государственные органы. Он уничтожал своих конкурентов по выборам и политических противников без суда и следствия. В Мексике при Диасе говорили, что "желание стать президентом — это болезнь со смертельным исходом".
Правительство Диаса распродавало национальные ресурсы страны. Правящая политическая группировка так называемых сьентификос (ученых) исходила из того, что развитие Мексики должно идти не путем внутренних реформ, а в результате привлечения иностранного капитала. Законодательство этого времени предоставило полную свободу деятельности иностранным, особенно американским, компаниям.
На основе Закона "О колонизации пустошей" специальные межевые компании требовали от неграмотных крестьян-индейцев предъявления документов с указанием на "законные основания" владения. Таким образом, межевые компании конфисковывали крестьянские земли, переходившие затем в руки латифундистов и иностранных нефтяных компаний.
В 1910 г. в Мексике вспыхнула революция, в ходе которой была свергнута диктатура Диаса. Революция, начавшаяся как верхушечная, как обычный протест либералов против ненавистного авторитарного режима, по мере своего развития вылилась в широкое антифеодальное и антиимпериалистическое движение, направленное прежде всего против североамериканской экспансии.
В 1917 г. была принята новая Конституция Мексики. Она была разработана представителями национальной буржуазии вскоре после того, как было жестоко подавлено вооруженное крестьянское движение. Но она как продукт революции 1910–1917 гг. отразила, хотя и в измененной форме, ряд требований народных масс. Конституция Мексики на момент ее принятия была наиболее радикальным из всех существовавших тогда в мире конституционных документов.
Наиболее новаторскими были статьи Конституции, посвященные основным принципам государства. Центральное место занимала ст. 27, которая предусматривала, что "первоначальная собственность на земли и воды принадлежит Государству, которое имело и имеет право передать их частным лицам, создавая тем самым частную собственность".
В Конституции нашло свое отражение стремление мексиканской национальной буржуазии восстановить государственный контроль над расхищаемыми иностранцами национальными ресурсами. Все полезные ископаемые, а также территориальные воды объявлялись "безусловной и неотчуждаемой" собственностью государства. Федеральное правительство могло уступать разработку этих богатств (за исключением нефти и некоторых других полезных ископаемых) в виде концессии частным лицам или обществам "в соответствии с правилами и условиями, предусмотренными законами" Мексики.
Устанавливалось, что только мексиканцы и мексиканские компании имеют право приобретать в собственность землю и воду, получать концессии на шахты, на добычу минерального топлива и т. д. Государство могло предоставлять такое же право иностранцам при условии, что они заявят в Министерство иностранных дел о своем согласии считать их в отношении соответствующего имущества в качестве мексиканцев. Таким образом, становилась несостоятельной "правовая" аргументация, которую неоднократно использовали правящие круги США для того, чтобы оправдать вооруженные вмешательства в латиноамериканские республики под предлогом "защиты жизни и собственности американских граждан".
Мексиканская Конституция впервые в Латинской Америке прямо предусмотрела проведение аграрной реформы. Провозглашалось, что в целях "более справедливого распределения государственного имущества" должны осуществляться "необходимые меры" для раздробления латифундий, развития мелкой земельной собственности, образования новых сельскохозяйственных общин. Были объявлены недействительными произведенные при П. Диасе конфискации общинных индейских земель.
Общины, не имевшие достаточного количества земли, могли наделяться ею из государственного земельного фонда. Специальные комиссии должны были изымать в этот фонд присвоенную крупными латифундистами крестьянскую и государственную землю.
Конституция предписывала в целях "справедливого распределения общественных богатств" принятие необходимых законодательных мер по раздроблению латифундий, развитию мелкой земельной собственности, образованию новых сельскохозяйственных общин ("эхидос").
Федеральный конгресс и законодательные органы в штатах должны были в соответствии с Конституцией определить максимальную норму частного земельного владения. Нельзя было посягать лишь на мелкую земельную собственность, таковой, по Конституции, объявлялось владение, не превышающее 100 га орошаемой земли. В ст. 27 содержалось также указание на то, что религиозные организации не могут приобретать недвижимое имущество, владеть таковым или принимать его в залог.
На основе ст. 27 была осуществлена, хотя и растянувшаяся на долгие годы и во многих отношениях непоследовательная, аграрная реформа, способствовавшая перераспределению земли в пользу общинного сектора, но при доминировании хозяйства капиталистического типа.
Отражая антимонополистические настроения пришедшей к власти национальной буржуазии, Конституция впервые в практике мирового конституционализма запретила (ст. 28) монополии и "монополистическую практику ограничения торговли". Здесь же с учетом негативной практики применения антитрестовских законов в США прямо указывалось, что "не являются монополиями объединения рабочих, организованные для защиты их собственных интересов".
Конституция Мексики раньше, чем это имело место даже в развитых странах Запада, признала важные социальные права трудящихся. Специальный раздел "О труде и социальном обеспечении", состоявший из одной, но детализированной статьи (ст. 123), стал основой для принятия специального кодекса законов о труде. В этом разделе предусматривались 8-часовой рабочий день, особые условия труда для женщин и подростков, еженедельный день отдыха и ежегодный отпуск, послеродовой отпуск для женщин и т. д. Зарплата не должна была впредь выплачиваться товарами, чеками и расписками. Впервые в перечень прав, провозглашаемых конституциями, включались право рабочих объединяться в профсоюзы и право на забастовку, хотя последнее и ослаблялось рядом оговорок: забастовки не должны сопровождаться "актами насилия" или иметь иные цели, кроме как достижение "равновесия между различными факторами производства" и т. п.
