Вывело в настолько неподатливое окружение, что сначала оно показалось твердью. Но на самом деле это была жидкость, просто очень плотная и тяжелая. Давила с огромной силой — драконье тело прямо-таки сжало, и оно тут же перестроилось. Как будто сильно похудело. Разглядеть хоть что-то не удавалось даже магическим зрением, зато отлично ощущались волны, дрожь, очень четко слышались звуки. Эхо от самых тонких писков — вряд ли человеческое ухо способно их услышать, зато драконы могут даже издавать — воспринималось настолько подробно, что с натяжкой могло заменить зрение. Собратья-драконы выглядели размытыми, зато можно было любоваться тем, что у них внутри — скелетами, кишками, сердцами и прочими печенками. У многих на костях следы недавних переломов — неудивительно, в Великом Золоте драконы лечатся, и в основном от ран. Еще и повезло, что набрался целый отряд достаточно выздоровевших бойцов.
Снова выстроились в цепочку и поплыли, извиваясь особым способом. Вокруг — только жидкость, ни дна, ни поверхности разобрать нельзя. Леск спросила, как такое возможно, Укравший Кошку передал вопрос ближайшему дракону — Тяжелому Молоту — который ответил, что очень высоко вверху поверхность есть, кипящая, а дна и вправду нет, можно до противоположной поверхности донырнуть, если делать больше нечего. Рес понял так, что они сейчас плывут в чем-то вроде огромной капли. Иногда звук «высвечивал» гладкие комья, очень сложно устроенные внутри, драконы обплывали их по широкому кругу. Тяжелый Молот объяснил, что это местные жители, которых лучше не беспокоить, потому что они с перепугу могут умереть.
Драконы плыли медленно, не сравнить даже с бегом. Однако вскоре достигли течения и понеслись, как на крыльях — здесь проходила прямая тропа. И вынесло отряд прямо к переходу.
Следующий промежуток настолько отличался от только что покинутого, что вполне мог сойти за его противоположность — безвоздушная пустота. Свет, и тот почти отсутствовал, лишь благодаря остроте драконьих глаз удавалось различить на сплошь черном небе редкие тусклые звездочки. Волшебным зрением видно только собратьев-драконов. Мало того, Ресу показалось, что они снова падают, а Укравший Кошку успокоил: не падают, висят на одном месте, потому как и тяжести здесь тоже нет. А казалось, что падают. Зато еще одним чувством, которому в известных Ресу человеческих языках и названия не подберешь, воспринимаются изогнутые силовые линии, в Великом Золоте и мире свободного падения были такие же, но послабее и располагались реже. И драконы тоже тонкими силовыми линиями опутаны… ага, это они нарочно — линии взаимодействуют, так что можно перемещаться, если правильно настроишься. Быстрее всего выходит вдоль больших здешних линий, а поперек них приходится вилять вроде как галсами. Отряд поначалу двигался наискосок линий, потом добрался до нужной и ринулся вдоль нее. Скорость набрали огромную, за полвздоха пролетали расстояние, какое год пешком идти. Пронеслись мимо нескольких переходов — не то, чтобы их здесь было много, не больше, чем везде, просто драконы очень быстро перемещались. Чтобы не проскочить с разгону мимо нужного, стали замедляться заранее. Очень точно к нему вышли.
Нырнули — и снова ни воздуха, ни тяжести, ни света. Тусклых звезд, и тех не разглядеть. Зато волшебным зрением видна уйма всего — «комья», «клочья», «пузыри», прямые «струны», изогнутые «прутья». Все разного цвета, блеска, прозрачности, размера — вообще, разное. В расположении этих неоднородностей угадывался порядок — полосами выстраивались, и вроде как по очень широкой спирали.
«Укравший Кошку, пусти к рулю Реса, — приказал Обманщик. — Рес, держи наготове оружие».
«Это и есть источник миров?» — полюбопытствовал Рес, снимая мечи с перевязи.
«Это Запределье. Здесь расположены источники миров разных вселенных, в том числе и нашей».
Четверо бойцов отряда — Беглец среди них — оказались в Запределье первый раз в жизни, и дракон по прозвищу Адский Лучник, взялся их просвещать: «Видите там комья? Это истинная твердь, их невозможно разрушить, если врежешься на большой скорости, то можно убиться. А те облачка — злая пустота, все, что в них попадает, исчезает начисто. А это вихрь-обманщик, если в него попадешь, то очень трудно вырваться — куда бы не летел, все равно к середине заворачивает. А там далеко видите сгусток? Это застывшее время. Не смертельно, но тысячи лет там кажутся мгновениями. Отправить туда врага хороший способ победить, не убивая. А эти широкие лучи — едкий свет. Для нас неопасен, если не задерживаться в нем надолго». Адский Лучник показал, как здесь передвигаться — особым способом настроить крыло, и отталкиваться им от неощутимых для плоти и почти незаметных даже для волшебного зрения мелких неоднородностей, которых в здешнем пространстве было полно. Похоже на плавание и ходьбу одновременно.
Отряд выстроился «грушей» — Обманщик на верхушке, Беглец в середине, где у груш косточки. Понятно: лучший боец, он же главный, впереди, а самый ценный, он же самый неумелый, защищен отовсюду. Потом Обманщик приказал общаться только жестами, чтобы себя не выдать. И двинулись. Не к сердцу спирали, как ожидал Рес, а наискосок. Медленно и осторожно, прикрытые множеством заклинаний. Леск и сама хотела поколдовать, однако разглядев плетения драконьего волшебства, передумала — ее заклинания могли в нем что-то нарушить.
— Что ты знаешь о грифонах? — спросил Рес у Леск. — А то я почти ничего. И у драконов забыл спросить.
Действительно — забыл, давно следовало. Да и недавно можно было — того же Адского Лучника порасспрашивать. С драконьей памятью, и забыл. Может быть, Рес в глубине души не хотел ничего знать о врагах, боялся, что они окажутся слишком сильными, потому неосознанно тянул до последнего, а тут Обманщик запретил разговоры.
— Грифонов описывают по-разному, — припоминала Леск. — Это наполовину львы, наполовину птицы, но у одних птичьи головы, у других львиные, крылья то есть, то нету. И ноги тоже — то передние львиные, а задние орлиные, то наоборот. Всегда утверждают, что зверь очень редкий, потому что живет в недоступных местах или в дальних странах, или на небе. Или за небом. Очень часто они сторожат золото, но то же самое говорят почти про всех легендарных существ. Знаешь, лучше спросить драконов, я, кроме сомнительных легенд ничего не знаю.
— Да как их спросишь, если молчать надо.
— Хотя бы жестами.
Делать нечего, Рес прижал мечи мизинцами и задал вопрос на языке лжи. Ответил ближайший дракон — Тонкий Лед: «Драконы — множество в одном, грифоны — едины во множестве. В одной стае они настолько похожи между собой, что считают себя одним целым. Может быть так и есть. Одиночные грифоны слабоваты, но стаями действуют очень слажено. Колдовство простое, нам от него хватит естественной защиты, но и сами они неплохо защищаются от любых волшебных атак — прикрываются крыльями со всех сторон. Кроме того… нет, этого не объяснишь, особенно на языке лжи. Их невозможно правильно описать даже на «емком», нужно видеть. И лучше будет, если ты их так и не увидишь». Только тут Рес понял, что драконы и сами бы ему рассказали все про врагов, будь это нужно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
