Сталин и Мао. На марке (1950 г.)…
…и в жизни
Последующие экономические и культурные отношения складывались самым благоприятным образом – в 1952 г. на долю Советского Союза приходилось более половины внешнего товарооборота Китая. На китайских предприятиях, в научно-исследовательских и конструкторских организациях, в вузах работали тысячи советских специалистов и преподавателей. Множество китайских студентов в одежде полувоенного покроя и неизменных кепках красноармейского образца прибывало на учебу в Советский Союз.
Вскоре произошел международный конфликт – еще более, пожалуй, чреватый глобальной катастрофой, чем возникший позже Карибский кризис.
По итогам Второй мировой войны Корейский полуостров был разделен по 38-й параллели на две зоны ответственности – советскую и американскую. Но в 1948 г. эта географическая координата превратилась в реальную границу между коммунистической Корейской Народно-Демократической республикой, возглавляемой вождем и учителем товарищем Ким Ир Сеном, и проамериканской Республикой Кореей – или, в просторечье, между Северной и Южной Кореей. В июне 1950 г. северокорейская армия неожиданно вторглась на Юг – для «воссоединения родины». Поначалу ей сопутствовал большой успех, но ООН осудила агрессию, и под ее флагом в Корею были посланы международные силы, ядром которых стали американские войска – в очень немалом количестве. В войне сразу же наступил перелом, армия КНДР понесла огромные потери, противнику даже удалось захватить северную столицу – Пхеньян и приблизиться к территории КНР.
И тогда китайское руководство решило оказать коммунистическому соседу полномасштабную военную поддержку: под наименованием добровольцев в Корею были направлены крупные воинские соединения (на этой войне, как уже говорилось, погиб сын Мао Цзэдуна – Мао Аньин). Поколебавшись, решило не оставаться в стороне и советское руководство. СССР оказывал друзьям помощь не только вооружением – в корейском небе доблестно воевали лучшие советские асы, пилотировавшие лучшие реактивные истребители того времени – МиГи (и усердно старавшиеся сойти за «местных» – мешая по рации наскоро заученные непонятные слова с отборным фронтовым матом).
Весы качнулись в противоположную сторону – причем не в последний раз. Погибли миллионы корейцев – солдат и мирных жителей, десятки тысяч американцев, около трехсот советских летчиков. Потери Китая были очень велики – около миллиона убитых и раненых. Китайские части применяли тактику живой волны, когда массы пехоты бросались под пулеметный и артиллерийский огонь, несли огромные потери – но продолжали бесстрашно, в полный рост надвигаться на врага. Американский командующий Макартур не раз предлагал нанести ядерные удары по войскам противника в Корее и на территории КНР – но это неизбежно привело бы к третьей мировой войне, и высшее американское руководство – президент Гарри Трумэн и его окружение решили, что лучше не надо. Янки больше хотят жить, чем азиаты и чем русские. В конце концов 27 июля 1953 г. было подписано действующее и по сей день перемирие. Разграничительная линия осталась там же, где была, – на 38-й параллели.
После Корейской войны разделение большей части мира на два враждующих лагеря утвердилось еще прочнее, а для Китая пути на Запад были практически закрыты. Зато ничто теперь не отвлекало от того, чтобы постараться занять ведущую позицию в авангарде борьбы с империализмом.
20 сентября 1954 г. 1-я сессия Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП) единогласно приняла Конституцию КНР. Китай провозглашался государством народной демократии, руководимым рабочим классом и основанном на союзе рабочих и крестьян. Говорилось также, что «Китайская Народная Республика, опираясь на государственные органы и общественные силы, путем социалистической индустриализации и социалистических преобразований обеспечивает постепенное уничтожение системы эксплуатации и построение социалистического общества». «Священной и неприкосновенной» объявлялась только общественная собственность – частная под эту категорию не подпадала.
Конституция вводила пост Председателя КНР, и его занял Мао Цзэдун. Председателем Постоянного комитета ВСНП, исполняющего функции этого органа власти между сессиями, стал Лю Шаоци. Правительство, именуемое в КНР Государственным советом, вновь возглавил Чжоу Эньлай.
Вскоре по советскому примеру был принят пятилетний план развития народного хозяйства. По своей сути, он конкретизировал курс, указанный Конституцией, – на построение социализма. Ставилась задача создания около семисот так называемых «сверхлимитных объектов» – ведущих предприятий, преимущественно тяжелой индустрии и энергетики. Промышленное производство должно было удвоиться, доходы рабочих и служащих – возрасти на треть. К концу пятилетки кооперацией должны были быть охвачены треть крестьянских дворов и два миллиона работающих на рынок кустарей-ремесленников. Большинство частных предприятий как в промышленности, так и в торговле должны были тем или иным образом войти в государственно-капиталистический сектор.
Н. С. Хрущев, возглавивший Советский Союз после смерти Сталина, в еще большей степени, чем предшественник, был настроен на развитие дружественных отношений с Китаем (Сталин испытывал по адресу Мао Цзэдуна некоторые сомнения – хотя тот всегда выражал ему глубокое уважение, возможно, достаточно искренне). По заключенным новым соглашениям о сотрудничестве СССР передал КНР 1 400 проектов промышленных предприятий и 24 000 комплектов технической документации на различные виды продукции. В Советский Союз прибыли из Китая еще многие тысячи студентов и специалистов для обучения и стажировки. Помощь Китаю оказывали и другие социалистические страны.
Китайская промышленность делала большие успехи: в 1957 г. уровень производства превысил показатель 1952 г. почти в 2,5 раза. Впервые было освоено производство самолетов, автомобилей, тракторов.
Но эти же годы ознаменовались расправами Мао Цзэдуна со своими явными и мнимыми противниками в партийном руководстве и новыми громогласными идеологическими кампаниями.
Осенью 1954 г. происходило вроде бы вполне безобидное научное обсуждение знаменитого романа «Сон в красном тереме», написанного еще в XVIII в. Но неожиданно на известного исследователя этого романа Юй Пинбо обрушилась далеко не научная критика: его стали обвинять в том, что он является проводником буржуазной идеологии и поддерживает отношения со сбежавшим на Тайвань философом и публицистом Ху Ши. В ему подобные зачислили многих других деятелей китайской культуры. Параллельно по той же схеме превратили в травлю «скрытых контрреволюционеров от культуры» литературную дискуссию вокруг творчества современного поэта и литературоведа Ху Фэна, одного из руководителей Союза китайских писателей. Многие были обвинены в намерении восстановить гоминьдановский режим и подверглись арестам.
Летом 1955 г. состоялось разбирательство по делу одного из создателей КПК, члена политбюро Гао Гана и другого высокопоставленного партийного деятеля – Жао Шуши. Их обвинили в заговоре, подрывающем единство рядов партии, в создании «антипартийной группировки». Официально объявленное наказание было достаточно мягким: виновным сделали «серьезное предупреждение» и оставили в рядах партии. Но Гао Ган, находясь под арестом, погиб – как было заявлено, «покончил жизнь самоубийством».
В 1955 г. была проведена массовая кампания по выявлению «контрреволюционеров». Репрессиям подвергалось около 80 тысяч человек: от ответственных работников госучреждений до «затаившихся помещиков».
Как вскоре оказалось, все это было необходимо Мао Цзэдуну для того, чтобы подготовить общество к реализации его революционных идей об ускоренных социалистических преобразованиях, в первую очередь в деревне. В предыдущие годы умеренным руководителям партии удавалось, вопреки его намерениям, проводить намеченную ранее программу постепенного кооперирования деревни. Было даже распущено 200 тысяч скороспелых кооперативов «социалистического типа». Но в июле 1955 г. Мао Цзэдун собрал совещание работников среднего партийного звена, и в их лице напрямую, через голову высшего руководства КПК, обратился к массе партийных активистов на местах с призывом: решительно изменить облик деревни, так как без этого невозможна успешная индустриализация страны.
Призыв харизматического вождя китайской революции был услышан. Была проведена пропагандистская кампания, во время которой широко распространялись «идеи Мао». Например, жителям деревни старались польстить (и небезуспешно) утверждением, что «китайские крестьяне лучше, чем английские и американские рабочие», – то есть трудолюбивее, сознательнее, а соответственно революционней. Одновременно на партийных пленумах были поставлены на место умеренные оппоненты. И уже в июне 1956 г. 92 % крестьянских хозяйств входило в кооперативы «социалистического типа» – с коллективной собственностью на землю и на средства производства.
