19 сентября 1957 возле своего дома в Женеве был убит некий Марсель Леопольд. Неизвестный выстрелил ему в спину из оружия, напоминающего трубку, при помощи которой выпускают отравленные стрелы южно-американские индейцы. Леопольда убила отравленная маленькая металлическая стрелка. Он был приговорен за то, что продавал оружие алжирским боевикам из ФНО.
В 1959 году объектом тревоги полковника Мерсье стал некий врач из Камеруна Феликс Ролан Мумье, который мог нанести ущерб французским интересам в колонии.
Партия народов Камеруна (ЮПК) в течение нескольких лет вела вооруженную борьбу против французской колониальной администрации. В одном из боев погиб ее лидер – Ниобе. На посту руководителя его сменил врач Мумье, а тут как раз подоспела независимость. С 1 января 1960 года Камерун становится независимым, но Франция контролирует 55 % его экономики, в основном, главный экспортный товар – алюминий. Поэтому упускать Камерун из-под своего влияния метрополия не собирается. Президентом страны был избран А. Б. Агидьо, который готов дать бывшим хозяевам побольше, лишь бы сохранить власть. Однако влияние ЮПК было сильным и могло повлиять на расстановку сил после провозглашения независимости. Мумье решили убрать.
Операцию по его устранению запланировали провести в Европе, так как доктор Мумье находился в это время в Швейцарии, ведя в Женеве переговоры с некоторыми учреждениями ООН. Был ноябрь 1959 года. Расчет убийцы и его работодателей был прост. Они знали, что Феликс Ролан Мумье заказал билет на 12 ноября до Аккры. За два дня до отлета доктора пригласил на обед в ресторан «Плад Аржане» некий Вильям Бехтель, который выдавал себя за журналиста, аккредитованного при ООН. Его с Мумье познакомила подруга африканца, девушка по вызову Лилиана Ферреро.
В ресторане, судя по показаниям официанта, оба клиента вели дружеский разговор. Во время обеда не произошло ничего подозрительного. Всего-навсего оба пили лишь перно. Вот и все.
Но Бехтель пил обычное перно, а Мумье – отравленное. Для отравления был использован таллий. Убийцы знали, что это сильнодействующий яд (он используется для уничтожения крыс), но действие его замедленное. Если бы убийца в соответствующее время, в данном случае, во время обеда в ресторане, дал своей жертве нужную дозу яда, то первые признаки отравления камерунского политического деятеля проявились бы только в Африке и вряд ли кто-нибудь смог бы связать его смерть с Бехтелем и его приглашением на обед в Женеве.
План был простой и не предполагал никакого риска. Но доза таллия была рассчитана неправильно, она не учитывала веса жертвы. Доктор Феликс Ролан Мумье обнаружил признаки отравления раньше, чем предполагалось, хотя здоровый и тренированный организм молодого африканца был чрезвычайно выносливым. Еще находясь в сознании в санитарной машине, он поставил себе диагноз и назвал предполагаемого убийцу. Но доза была слишком велика, и врачи уже ничего не смогли сделать. Как, кстати, и женевская полиция. Бехтель к этому времени уже пересек швейцарскую границу. Правда, потом ему пришлось оправдываться перед Мерсье, почему доза не была рассчитана более точно, но это уже детали. Лишь через 14 лет швейцарские власти возбудили против Бехтеля дело по обвинению в убийстве и объявили его в международный розыск.
Коварные планы отравления экзотическими ядами могут разрабатывать только извращенные умы создателей детективов или сотрудников разведслужб. Обычный человек не додумается или же не поверит в отравление тем же таллием. Для подтверждения этого вывода можно привести случай, который произошел в конце 80-х годов прошлого столетия.
Это случилось в Лондоне. Полуторагодовалую девочку, прилетевшую с родителями из Катара, в аэропорту Хитроу сняли с самолета в полубессознательном состоянии. У ребенка наблюдались сильные конвульсии, обильный пот, было затруднено глотание. Врачи провели всевозможные клинические исследования, но даже через пять дней не смогли установить диагноз. На шестой день, когда светила медицины, собравшиеся на консилиум возле умирающего ребенка, признали свое бессилие, в разговор вмешалась няня, Марта Майтленд. Дежуря возле больного ребенка, она читала роман Агаты Кристи «Вилла “Белый конь"». В книге было описано расследование целой серии смертельных отравлений таллием. Майтленд заявила лондонским врачам, что симптомы болезни ребенка полностью совпадают с описанными в романе. Анализы действительно показали высокое содержание этого элемента в организме ребенка. После беседы с родителями выяснилось, что девочка, по-видимому, проглотила таблетку крысиного яда. Через три недели лечения малышку выписали из больницы здоровой. Случай был описан в журнале «Бритиш джорнэл оф хоспитэл медисин», где вспоминались с благодарностью писательница Агата Кристи и Марта Майтленд.
РАЗРАБОТКА ЯДОВ ЦРУ
По совместному проекту ЦРУ и армии в США долгие годы накапливались запасы химических и биологических веществ, которые надолго выводили из строя противника или были смертельными для него, а также разрабатывались способы их использования. Еще при предшественнике ЦРУ – Управлении специальных служб в годы Второй мировой войны в местечке Фор-Детрис был разработан яд рицин, получаемый из клещевины. Так что наработки уже имелись.
Эта совместная программа, которая продолжалась с 1951 по 1970 год, включала производство отравленных иголок и пистолетов для них не только для убийства, но и для временной нейтрализации объектов покушений. Один из таких пистолетов стрелял иголками, покрытыми химическим веществом, которое усыпляло бы сторожевую собаку для того, чтобы дать возможность ЦРУ, не поднимая шума, ее обезвредить и проникнуть в помещение. Затем, после окончания операции, собака приходила в сознание. В проект входило также отравление посевов.
Вероятно, наиболее сенсационным случаем был отказ сотрудника ЦРУ, который ведал приготовлением устричного (ракушечного) яда, уничтожить его (приблизительно 11 граммов– около одной трети всего мирового производства, которых было достаточно для десятков тысяч смертоносных иголок) по приказу президента Никсона в 1970 году. Ученый хранил яд в лаборатории ЦРУ, где тот и находился на протяжении 5 лет и мог быть использован бесконтрольно за пределами лаборатории.
Для испытаний препаратов использовались, кроме собак, и высшие приматы. В 1970-е годы на острове Калимантан была найдена представителем Общества охраны животных из Макао затерянная в джунглях база, где работали американские биохимики – отец и сын. Они экспериментировали с ядовитыми компонентами химического оружия и смертоносными гербицидами, используя местных животных. Обезьян также вывозили в США на базу ВВС Брукс и в научно-исследовательские центры. «Отработанный материал» затем сжигали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
