– А я к тебе вчера наведывался… Дрыхнуть ты здоров!
Боксерский бобрик на круглой сулаевской голове отрос и был зачесан на правую сторону.
– Слыхал новость? – поправил зачес капитан. – В Москву поедешь… На учебу.
Еремеев ошеломленно молчал. Ожидал всего, только не такого оборота…
– Учись. Может, и впрямь из тебя что выйдет… Насчет сифона, это ты здорово раскусил… Будешь в Москве, съезди в Мытищи. Там семья Лозоходова живет. Адрес я дам. Скажи, мол, так и так: пал смертью храбрых, и все такое… Вещички сыну передай: часы, медали, портсигар… Помоги, чем сможешь, ясно?
– Куда ясней…
– И второе. Это уж моя личная просьба. Сходи в Главное управление погранвойск. Разыщи там полковника Бай-Курдыева, передай письмецо от меня. Скажи, мол, от старшины Сулая. Он вспомнит.
Медсестра в белом халате и белых гетрах прокатила тележку с кипой шинелей – на выписку! Она подошла поближе.
– Кто Еремеев из седьмой палаты? Вам записка!
Орест развернул тетрадный листок, пробежал немецкие строчки: «Господин лейтенант! Если Вы сможете, спуститесь, пожалуйста, в приемный холл. Лотта Гекман».
Еремеев сбежал по лестнице в вестибюль приемного отделения. Библиотекарша в длинном осеннем пальто прижимала к груди два свертка. Она застенчиво улыбалась:
– Добрый день, господин лейтенант! Как вы себя чувствуете?
– Спасибо, Лотта! Дела идут на поправку.
Фрейлейн Гекман протянула пакет, из которого выпирали розовые альтхафенские яблоки.
– Это вам, господин лейтенант. От меня. Здесь много витаминов. А это… – Лотта вручила Оресту второй сверток, весьма увесистый. – Это просил вам передать мой отец.
В палате, присев на койку, Еремеев развернул оберточную бумагу. Старинный сифонный барометр на дощечке из красного дерева – тот самый, что висел некогда в читальном зале.
Прибор этот с изящной U-образной трубкой обещал не только предсказывать погоду, но и напоминать Еремееву до самой старости о городе ночных дождей, врагов и друзей, объятых знаком Вишну, столь похожим на счастливую подкову.
Лагерь дождевого червя
О чем молчат бетонные сфинксы?
Зрелище не для слабонервных, когда в лесных сумерках из смотровых щелей старых дотов и бронеколпаков выбираются, копошась и попискивая, летучие мыши. Рукокрылые твари решили, что эти многоэтажные подземелья люди построили для них, и обосновались там давно и надежно. Здесь неподалеку от польского города Мендзыжеч обитает самая большая в Европе колония нетопырей – десятки тысяч. Но речь не о них, хотя военная разведка и выбрала в виде своей эмблемы силуэт летучей мыши… Речь о другом всеевропейском, а может быть, и всемирном рекорде: здесь, в бассейне трех рек – Одера, Варты и Обры, – расположено самое обширное подземное фортификационное сооружение – Reigenwurmlager – «Лагерь дождевого червя»…
Об этой местности ходили, ходят и долго еще будут ходить легенды, одна мрачнее другой.
«Начнем с того, – рассказывает один из первопроходцев здешних катакомб полковник Александр Лискин, – что вблизи лесного озера, в железобетонном коробе был обнаружен заизолированный выход подземного силового кабеля, приборные замеры на жилах которого показали наличие промышленного тока напряжением в 380 вольт. Вскоре внимание саперов привлек бетонный колодец, который проглатывал воду, низвергавшуюся с высоты. Тогда же разведка доложила, что, возможно, подземная силовая коммуникация идет со стороны Мендзижеча. Однако здесь не исключалось и наличие скрытой автономной электростанции, и еще то, что ее турбины вращала вода, падающая в колодец. Говорили, что озеро каким-то образом соединено с окружающими водоемами, а их здесь немало…
Саперы выявили замаскированный под холм вход в тоннель. Уже в первом приближении стало ясно, что это серьезное сооружение, к тому же, вероятно, с разного рода ловушками, включая минные. Говорили, что как-то подвыпивший старшина на своем мотоцикле решил на спор проехаться по таинственному тоннелю. Больше лихача не видели…»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})* * *
Что бы там ни говорили, бесспорно одно: в мире нет более обширного и более разветвленного подземного укрепрайона, чем тот, который был прорыт в речном треугольнике Варта – Обра – Одер более полувека назад. До 1945 года эти земли входили в состав Германии. После крушения Третьего рейха вернулись к Польше. Только тогда в сверхсекретное подземелье спустились советские специалисты. Спустились, поразились протяженности тоннелей и ушли. Никому не хотелось затеряться, взорваться, исчезнуть в гигантских бетонных катакомбах, уходивших на десятки (!) километров к северу, югу и западу. Никто не мог сказать, с какой целью были проложены в них двупутные узкоколейки, куда и зачем убегали электропоезда по бесконечным тоннелям с бесчисленными ответвлениями, тупиками, что перевозили они на своих платформах, кто был пассажирами. Однако доподлинно известно, что Гитлер по меньшей мере, дважды побывал в этом подземном железобетонном царстве, закодированном под названием «RL» – «Reigenwurmlager» – «Лагерь дождевого червя».
Зачем?
Под знаком этого вопроса проходит любое исследование загадочного объекта. Зачем было сооружено гигантское подземелье? Зачем проложены в нем сотни километров электрифицированных железных дорог, и еще добрая дюжина всевозможных «зачем?» и «почему?».
«Мы нашли подземный крематорий…»
Лишь в восьмидесятые годы была проведена углубленная инженерно-саперная разведка «Лагеря» силами тех советских войск, которые располагались тогда в этом районе Польши. Вот что рассказывал потом один из участников той подземной экспедиции техник-капитан Черепанов:
«В одном из дотов мы по стальным винтовым лестницам спустились глубоко под землю. При свете кислотных фонарей вошли в подземное метро. Это было именно метро, так как по дну тоннеля проходила железнодорожная колея. Потолок был без признаков копоти. По стенам – аккуратная расшивка кабелей. Вероятно, локомотив здесь двигала электроэнергия.
Группа вошла в тоннель не в начале. Вход в него находился где-то под лесным озером. Вся трасса устремлялась на запад – к реке Одер. Почти сразу обнаружили подземный крематорий. Возможно, именно в его печах сгорели останки строителей подземелья.
Медленно, с соблюдением мер предосторожности, поисковая группа двигалась по тоннелю в направлении современной Германии. Вскоре бросили считать тоннельные ответвления – их обнаружили десятки. И вправо, и влево. Но большая часть ответвлений была аккуратно замурована. Возможно, это были подходы к неизвестным объектам, в том числе к частям подземного города…
В тоннеле было сухо – признак хорошей гидроизоляции. Казалось, с другой, неведомой стороны, вот-вот покажутся огни поезда или большого грузового автомобиля (автотранспорт тоже мог там двигаться) …
Группа двигалась медленно и через несколько часов пребывания под землей стала терять ощущение реально пройденного…
Исследование законсервированного подземного города, проложенного под лесами, полями и речками, – задача для специалистов иного уровня. Этот иной уровень требовал больших сил, средств и времени. По нашим оценкам, подземка могла тянуться на десятки километров и «нырять» под Одер. Куда дальше и где ее конечная станция – трудно было даже предположить. Вскоре старший группы принял решение возвратиться…»
Разумеется, без плана-схемы раскрыть тайны «Лагеря дождевого червя» невозможно. Что же касается замурованных тупиков, то специалисты считают, что там под охраной минных ловушек могут храниться как образцы секретной по тому времени военной техники, так и ценности, вывезенные из музеев оккупированных стран.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
В рассказе техника-капитана Черепанова вызывает сомнение только одно – «подземный крематорий, в котором сжигали тела строителей». Дело в том, что строили это фортификационное чудо не пленные рабы, а профессионалы высокого класса из строительной армии Тодта: инженеры-маркшейдеры, гидротехники, железнодорожники, бетонщики, электрики… Каждый отвечал за свой объект или небольшой участок работ, и никто из них не мог даже вообразить общие масштабы укрепрайона. Люди Тодта применили все технические новинки ХХ века, дополнив их опытом зодчих средневековых замков по части всевозможных ловушек и смертельных сюрпризов для непрошеных визитеров. Не зря фамилия их шефа была созвучна слову «смерть». Помимо полов-перевертышей, лазутчиков поджидали здесь и шнуровые заряды, взрывы которых заваливали тоннели, заживо погребая под тоннами песка вражеских диверсантов.
