чем простое повторение ошибок тысячелетней давности.Я устал от этого круговорота однообразия, вместо того, чтобы позволить будущим поколениям продолжать повторять тр эры своих предшественников, давайте покончим с этим раз и навсегда.
Корфа слегка приподняла тонкие брови. Она не ожидала растянуть многословие этого старика, но тут же спросила со свойственной ей проницательностью: – Я слышу, ты говоришь с великой праведностью, но нетрудно услышать обиду в твоих словах, человек.
Я никогда не поступал с великой праведностью, я просто слежу за тем, чтобы то, что я делаю, было правильным. Ты прав, мной движет личное негодование, но это моя личная тайна, и нет нужды рассказывать об этом посторонним. — равнодушно ответил Аррек, качая головой, словно не желая продолжать эту тему.
Команда медленно продвигалась по темному проходу. Пройдя через узкую арку, перед ними внезапно появилось открытое пространство. Это был сферический зал с такими же арками со всех сторон зала, и каждая дорога шла от арочного прохода, образуя длинный мост, который спиралевидно соединял центр зала, где стояла гигантская платформа. Но платформа была не пуста, там стоял каменный трон с парящим над ним фиолетовым кристаллом. Когда члены Все За Одного вошли в зал, они увидели высокую призрачную синюю фигуру, сидящую на троне, вставшем им навстречу.
Люди, это не то место, куда вам следует приходить, отойдите сейчас же, вам еще есть о чем сожалеть. Когда синяя фигура заговорила, весь зал загудел.
Ведьма и раньше рассказывала им о магии на этом языке, но только тогда, когда члены Все За Одного по-настоящему поняли правду легенды. Слова другой стороны не были чрезмерными, но голос был подобен ударной волне, каждое слово было подобно грому. Очевидно, это было просто короткое предупреждение, но они, включая Аррека, чувствовали себя так, будто попали в нескончаемую бурю, пробираясь сквозь пронизывающий холодный ветер, в то время как вершина горы, где буря остановилась, появилась перед ними, и во всех направлениях были бесконечные ледники, и в мгновение ока они были полностью погребены подо льдом.
Этот громоподобный голос сразу сделал его личность известной.
Милош – бог ледяных великанов.
Даже Корфа наклонился и поклонился, приветствуя его ясным голосом: – Лорд Милондаль, давно не виделись.
Голос вздохнул: – Маленький Корфа, я думал, ты далеко ушел от войны, но, похоже, все идет не так, как ты хочешь.
Как только слова слетели с его губ, иллюзия перед Арреком и остальными исчезла.
Спиральный зал
Голос вздохнул: – Маленький Корфа, я думал, ты далеко ушел от войны, но, похоже, все идет не так, как ты хочешь.
— Это зависит не от меня, лорд Милондал.
Голубая иллюзия кивнула головой и перестала разговаривать с Корфой, но вместо этого повернулась к Арреку и остальным: – Я знаю, почему вы здесь, но вы можете не знать правду о том, что делаете. Вы все Чёрные Гномы, согласно моему соглашению с кристаллом, я не буду усложнять вам жизнь. Пробуждающийся Бог находится под этим троном, и вы сами можете определить будущее этого мира.
Сказав это, он еще раз взглянул на Корфу и постепенно исчез, оставив Аррека и его людей в холле.
— Значит, соглашение было верным. Аррек сказал тихим голосом: – Хрустальный Дракон подписал соглашение с богами, что следующее поколение черных гномов может определить свою судьбу. Боги отойдут от Вонте и больше не будут вмешиваться ни во что на земле. Лазурный рыцарь, сокрушивший Небеса, был всего лишь поводом для начала этой истории, и мне любопытно, что произошло до и после битвы при Эбабеле. –
Он посмотрел на Корфу, но на этот раз старшая дочь Хати крепко сжала губы и не ответила.
Должно быть, это большой секрет.
Аррек подумал про себя. Но этой тайне суждено было быть погребено под прахом, потому что, как только Милош проснется, эта темная душа воспользуется ситуацией, и Милош, Бог Гигантов, будет уже не хранителем Порядка, а настоящим темным великаном. В его силе Ауин откроет настоящие Сумерки. В то время так называемые секреты были бы бесполезны, потому что мертвым секреты не нужны.
Он посмотрел на остальных: – Делайте это, откройте портал к Серной реке рядом с троном.
У всех членов Один за всехсветился азарт в глазах, когда они шли по длинному спиральному мосту к центральной платформе. Аррек спокойно наблюдал за этой сценой, затем снова повернулся к Корфе и сказал: – Как только эта душа получит тело Милоса, согласно соглашению, вы будете свободны, что также является соглашением между вами и лордом Хати, и у нас нет намерение оскорбить.
Корфа кивнул и, казалось, не заботился об этих мелких обидах.
Она посмотрела в определенном направлении в зале и тихо ответила: – Кажется, пришел твой гость, человек.
Аррек был слегка ошеломлен, затем посмотрел в том направлении, и через несколько мгновений появилась очередь людей.
Это была Вероника и ее группа.
И также, как Аррек заметил другую группу, Вероника, по-видимому, также заметила присутствие Все За Одного.
Аррек! – Это был голос Вероники: – Я никогда не думала, что ты падешь так низко. Ты потомок знати мудрецов, и теперь ты стоишь в одном ряду с врагами цивилизации. В тот момент, когда вы окажетесь на возвышенности, знамя Волка перестанет стоять высоко, и семья развалится из-за своих недостойных потомков. И это то, что вы делаете.
Аррек поднял брови, не ожидая, что Вероника приедет так быстро. Но он не паниковал, а вместо этого пренебрежительно ответил: – Клише, Вероника, высокое положение заставило тебя привыкнуть к такой высокопарной риторике. холодно сказать, что так называемая слава для них менее значима, чем медная тарелка. То же самое и для меня, потому что я не забочусь о таких вещах. Смертных всегда тяготит тщеславие, и поэтому они делают эти дешевые ошибки снова и снова.
Вероника, скажи, что такое семья и слава? – Он холодно хмыкнул, отказываясь от слов Вероники.
Просто невероятно. Вероника пробормотала: – Этот парень просто сумасшедший.
Брендель слушал разговор между ними сзади и не мог сдержать горького смеха. Вероятно, это было связано с разницей в идентичностях, а значит, с разными взглядами на проблему. Хотя Аррек тоже был дворянином, он явно с большим энтузиазмом относился к тому, чтобы быть культистом, для тех, кто казался маньяками в глазах нормальных людей, семья и слава были бессмысленны.
На самом деле, похоже, он признал, что Аррек был прав. Действительно, во многих случаях лори были на самом деле бесполезны. Дворянам нравилось использовать
