Читаем без скачивания Звездный путь (сборник). Том 2 - Джеймс Блиш

Перед моим мысленным взором возникла худощавая, темная тень Джэймтона, противостоящая такому вот человеку. И сама мысль о возможности победы Джэймтона была невообразимой, совершенно невозможной.

Но всегда существовала опасность.

— Хорошо, я расскажу вам, зачем приехал сюда, — сказал я Кейси. — Я только что узнал, что Блэк связался с Голубым Фронтом, местной террористической политической группой с руководством в Блаувэйне. Трое из них посетили его прошлой ночью. Я видел их.

Кейси взял с кресла рубашку и засунул свою длинную руку в рукав.

— Я знаю, — ответил он. Я уставился на него.

— Разве вы не понимаете? — спросил я. — Это же убийцы. Это же их ремесло. И есть лишь один человек, которого они и Джэймтон с успехом могли бы убрать, — это вы, Кейси.

Он засунул руку в другой рукав.

— Я знаю это, — снова сказал он. — Они хотят снова сбросить существующее правительство на Святой Марии, и захватить власть — что невозможно в случае, если деньги Экзотики пойдут на оплату наших подразделений, поддерживающих мир на этой планете.

— Они не добились в прошлом помощи от Джэймтона.

— А сейчас они ее добились? — спросил он, застегивая пальцами рубашку.

— Содружество в отчаянии, — сказал я. — Даже если подкрепления и прибудут хоть завтра, Джэймтон реально оценивает свои шансы в случае начала вашего наступления против него. Быть может, убийцы и поставлены вне закона Военными Конвенциями и Кодексом Наемников, но и вы, и я знаем Содружество.

Кейси бросил на меня странный взгляд и поднял с кресла куртку.

— Разве? — спросил он. Я взглянул ему в глаза.

— А разве нет?

— Тэм. — Он надел куртку и застегнул ее на все пуговицы. — Я знаю людей, с которыми должен сражаться. Знать их — это мое дело. Но что вас заставляет думать, что вы их знаете?

— Это также и мое дело, — ответил я. — Может быть, вы позабыли. Я ведь журналист. И люди — мой бизнес, первый, последний и самый главный.

— Но вам не нравятся люди Содружества.

— А почему они должны мне нравиться? — спросил я. — Я побывал на всех мирах. Я видел правителя Цеты — и он страстно желает получить как можно больше прибыли, но все же — он человек. Я видел ньютониан и венериан, витающих в облаках, но если их хорошенько растормошить, то их можно привести обратно к реальности. Я видел экзотиканцев, вроде Падмы с их кабинетными чудесами психологии и фрилендера, по уши увязшего в своей канцелярщине. Я всех их видел с позиции своего собственного мира, мира Старой Земли, и с позиции Коби, или Венеры, или даже дорсайцев вроде вас. И скажу вам — им всем присуща одна общая деталь. Каждый из них — человек, они просто пошли по пути специализации одного важного направления.

— А Содружество — нет?

— Фанатизм, — ответил я. — Разве это ценно? Напротив. Что хорошего в слепой, глухой, тупой, бездумной вере, которая не позволяет человеку подумать о себе?

— А откуда вы знаете, что они не думают? — спросил Кейси.

Сейчас он стоял ко мне лицом и пристально наблюдал за мной.

— Быть может, некоторые из них так и поступают, — ответил я. — Быть может, наиболее молодые из них, пока яд не слишком еще пропитал их души. Но что хорошего в том, что до сих пор существует подобная культура?

В комнате воцарилась неожиданная тишина.

— О чем вы говорите? — спросил Кейси.

— Я имею в виду, что вам нужны эти убийцы, — сказал я. — Вам не нужны войска Содружества. Докажите, что Джэймтон Блэк нарушил Военные Конвенции, договорившись с ними о вашем убийстве. И вы победите на Святой Марии, не произведя ни единого выстрела.

— И как я это сделаю?

— Используйте меня, — предложил я. — У меня имеются ходы в группу, к которой принадлежат террористы. Позвольте мне войти с ними в контакт и перекупить их, предложив большую сумму, чем Джэймтон. Вы сможете предложить им признание их группы нынешним правительством. Падма и местное руководство только поддержали бы вас, если бы вам удалось очистить планету от войск Содружества столь легко.

Он посмотрел на меня совершенно беспристрастно.

— И что таким образом получил бы я? — спросил он.

— Клятвенные подтверждения, что они были наняты для вашего убийства. Их было бы столько, сколько нужно для доказательства.

— Ни один суд Межпланетного Арбитража не поверил бы таким людям, — заметил Кейси.

— О, — ответил я и не смог удержаться от улыбки. — Но они бы поверили мне как представителю Службы Новостей, когда я поручился бы за каждое произнесенное ими слово.

— Понятно, — произнес он.

Кейси прошел мимо меня в прихожую. Я последовал за ним. Он подошел к своему видеофону, нажал пальцем на клавишу и проговорил в пустой серый экран.

— Джэнол, — позвал он.

Он отвернулся от экрана, пересек комнату, направляясь к оружейному шкафу, и достал оттуда свое боевое снаряжение. Он действовал размеренно и больше не посмотрел на меня и не произнес ни слова. Спустя несколько тягостных минут открылась дверь, и вошел Джэнол.

— Сэр? — спросил фрилендский офицер.

— Мистер Олин находится здесь до моих дальнейших приказаний.

— Да, сэр, — ответил Джэнол. Грин вышел.

Я стоял в оцепенении, уставившись на дверь, через которую он вышел. Я не мог поверить, что он сам нарушит Конвенции до такой степени, что не только проигнорирует меня, но и арестует, чтобы я уже никоим образом не повлиял на ситуацию.

Я повернулся к Джэнолу. Тот смотрел на меня с какой-то грустной симпатией.

— Связующий здесь, в лагере? — спросил я.

— Нет. — он подошел ко мне. — Он вернулся в посольство Экзотики в Блаувэйне. А теперь будь пай-мальчиком и присядь, отдохни. Думаю, мы могли бы вполне приятно провести пару — другую часов.

Мы стояли лицом к лицу. И я нанес ему неожиданный удар в солнечное сплетение.

Еще студентом я немного занимался боксом. Я упоминаю об этом не потому, что хочу представить себя чем-то вроде мускулистого героя, но объясняю почему я решил не бить его по лицу. Грин, наверняка бы без раздумий нашел необходимую точку, но я не был дорсайцем. А площадь под грудной клеткой человека относительно большая, мягкая и удобная и, в общем, весьма привлекательна для любителей. И еще я немного помнил о том, куда лучше всего наносить удар.

И несмотря на все это, Джэнол не потерял сознание. Он упал на пол и, скрючившись, лежал там, однако глаза его остались открыты. Но подняться он какое-то время не мог. Я повернулся и быстро вышел из здания.

Весь лагерь кипел активностью. Меня никто не остановил. Я забрался в свою машину и пятью минутами позже уже направлялся по темнеющему шоссе в Блаувэйн.

Глава 26

От Нового Сан-Маркоса до Блаувэйна и Посольства Падмы было примерно тысяча четыреста километров. Я должен был добраться до него за шесть часов, но мост оказался смыт, и поэтому у меня ушло четырнадцать.

Лишь после восьми утра на следующее утро я ворвался в полуздание, полупарк, являющееся Посольством.

— Падма, — выдохнул я, — он еще…

— Да, мистер Олин, — ответил девушка-секретарь. — Он вас ждет.

Она улыбнулась мне, но я не обратил на это внимания. Я был слишком озабочен, чтобы обрадоваться тому, что Падма еще не улетел к границам назревающего конфликта.

Она провела меня вниз и, свернув за угол, передала меня молодому экзотиканцу, который представился мне одним из помощников Падмы. Тот провел меня коротким путем и передал другому помощнику, который был чуть постарше. Он провел меня через несколько комнат и затем указал направление по длинному коридору, в конце которого, как он сказал, был вход в другой коридор, а затем и в рабочий кабинет Падмы, где тот и находился в данный момент. Затем он покинул меня.

Я последовал по указанному направлению. Пройдя этот вход, я очутился в другом, на этот раз более коротком коридоре. И я замер от неожиданности, ибо навстречу мне приближался Кейси Грин. Кейси Грин с убийством на уме.

Однако человек, выглядевший как Кейси, лишь бросил на меня короткий взгляд и больше не обращал на меня внимания, продолжая идти. Тогда я понял.

Конечно же, это был не Кейси. Он был братом-близнецом Кейси. Это был Йан, командующий гарнизоном Экзотики здесь, в Блаувэйне. Он прошел мимо, и я снова смог двинуться дальше, хотя состояние шока еще не совсем прошло.

Я не думаю, что кто-либо иной, столкнувшийся с ним в подобной ситуации, не был бы так же потрясен. От Джэнола я несколько раз слышал, насколько Йан был полной противоположностью Кейси. Не в смысле военного искусства — они оба являлись выдающимися представителями дорсайского офицерства, — но в том, что касалось их индивидуальных натур.

С первого же момента нашей встречи Кейси оказал на меня очевидное воздействие своей веселой натурой и человеческим теплом, которые временами даже затеняли тот факт, что он был дорсайцем. Когда давление всех его военных задач практически отсутствовало, он представлял собой чистый солнечный свет. И вы могли греться в его присутствии с таким же успехом, как если бы делали это на солнце. Йан, его физический двойник, шествовавший навстречу мне подобно двуглазому Одину, был его тенью.