— Привет, милая, — весело поприветствовала ее Пегги. — Ты сегодня рано!
Пегги было далеко за сорок, но у нее было тело двадцатилетней девушки и пышные крашеные светлые волосы. Несмотря на неряшливость, она очень гордилась своей внешностью. Сегодня она была в узких розовых брюках и коротком топе, который выгодно подчеркивал ее талию и узкие бедра. Жаль только, что лицо Пегги не соответствовало телу — вокруг глаз залегли глубокие морщины, а розовый тональный крем еще больше их подчеркивал. Мэл несколько раз видела, как дальнобойщики щипали или хлопали Пегги по заднице, но с ужасом смотрели на ее лицо, когда она поворачивалась.
— Я сегодня полна энергии, — улыбнулась Мэл, проскользнула под прилавком, повесила пальто и повязала фартук поверх джинсов.
Для нее было делом чести никогда не показывать Артуру и Пегги того, как она расстроена и одинока. Из-за того, что Камелия была уверена в себе, умела хорошо говорить и знала рецепты шикарных блюд, они решили, что она принадлежит к знатному роду. Мэл охотно им подыгрывала. Пегги насмехалась над каждым, кто, по ее мнению, относится к высшим слоям общества, но, тем не менее, не задавала вопросов. Если она думала, что Мэл таскается по трущобам в знак протеста, пусть так и будет. Лучше слушать саркастические замечания, чем слова сочувствия или нескромные вопросы.
— Какое сегодня дежурное блюдо? — спросила Мэл, становясь за прилавок.
— Как насчет гуляша? — предложила Пегги, наливая себе чашку чая. Как всегда, играло радио, доносился голос Слейда «Послушаем, как шумно».
— Его долго готовить, — задумчиво произнесла Мэл. — Я лучше сделаю его завтра. Как насчет лазаньи?
— Не знаю, что покупатели делали бы без тебя, — ухмыльнулась Пегги. — Ты изменила наш имидж, милая.
Мэл улыбнулась. Пегги разочаровалась бы, узнав, что изысканный вкус у Камелии выработался не во время обедов в шикарных ресторанах и учебы в элитной школе, она просто помогала Антони и заглядывала в его рецепты. Полгода назад Пегги и Артуш неодобрительно фыркнули, когда Мэл стала использовать травы, специи и чеснок, но интерес покупателей к ее запеканкам и специальным блюдам из лапши смягчил хозяев.
— Как пошло вчера карри? — поинтересовалась Мэл, усаживаясь за столик. Сейчас было только два посетителя, которые поглощали гигантские сэндвичи с беконом и пили чай, не отрываясь от газеты «Дейли миррор».
— Была только одна жалоба на то, что блюдо слишком горячее, но всем остальным понравилось, — ответила Пегги, протирая грязной тряпкой стекло витрины для пирогов. — Арт съел вчера на ужин последний кусочек.
Мэл заметила, что стекло стало грязнее, чем раньше. Она забылась и предложила Пегги взять чистую тряпку.
— Придираешься? — огрызнулась Пегги.
Мэл многое здесь не нравилось: сырые отбивные лежали целый день в душной кухне, жареное и нежареное мясо складывалось вместе в холодильник. Всю ночь на полу лежали объедки, привлекая мышей. Но Мэл приходилось быть терпеливой и дипломатичной, потому что веселая добродушная Пегги, какой она в основном и бывала, могла наброситься на нее, словно змея, брызгая ядом и дрожа от ярости.
Пегги и Артура сложно было понять. Они тратили огромные суммы на одежду, их квартира над кафе была обставлена шикарной мебелью. Но они не хотели покупать новый холодильник или постелить новый пол, который было бы легче мыть. Им нравилось, что за блюдами Мэл в обеденное время выстраивается очередь, но, несмотря на это, они не повышали ей зарплату. Чем больше Мэл брала на себя, тем меньше они работали. Они смеялись над новым меню и никогда ее не хвалили. Мэл несколько раз слышала, как Пегги спрашивала у покупателей:
— Вы хотите изысканный навоз или вам поджарить мясо?
Кафе быстро наполнялось. Сюда приходили позавтракать рабочие, водители и студенты.
— Рад, что ты вернулась, Мэл, — крикнул в окошко кухни Тони, один из постоянных посетителей. — Вчера мой завтрак плавал в жиру!
Только после обеда Мэл смогла присесть. Она налила себе кофе и взяла кусочек лазаньи. Камелия ела и лениво просматривала объявления. Одна вакансия ее заинтересовала. «Требуются шеф-повар, повар и посудомойка для нового ресторана «Конрадз Саппер Румз» на Фулхем. Обязательные требования: сообразительность, работоспособность и умение адаптироваться к любой ситуации. Если необходимо, предоставляется жилье. Хорошая зарплата и премиальные».
Мэл записала номер и сунула бумажку в карман. Стоило попробовать. Она могла бы обойтись без рекомендаций, если они пришлют кого-нибудь, чтобы попробовать ее стряпню.
Было уже довольно поздно. Вот-вот повалит народ. Камелия сказала, что ей нужно купить колготки, и пошла позвонить из телефона-автомата.
— Вы можете подойти сегодня вечером? — спросил мужской голос, когда Камелия объяснила ему, где работает. — Я знаю кафе «У Пегги». Я был там несколько раз, и мне очень понравились некоторые блюда. Вы и есть та темноволосая девушка?
Мужчина назвался Конрадом Дили. Мэл было приятно с ним разговаривать. У него был почти такой же низкий голос, как у Магнуса, и ирландский акцент. Если его заведение приличное (не важно, в какой степени) и он возьмет ее поваром, Мэл согласится. Не могло быть ничего хуже, чем кафе «У Пегги».
— Да, это я, — ответила она. — Меня зовут Камелия Нортон, но вы, наверное, знаете меня как Мэл. — Она не знала, почему вдруг назвалась своим прежним именем. Возможно, ей просто надоело притворяться. — Я могу прийти прямо отсюда, — проговорила она быстро, испугавшись, что кто-то может ее опередить. — Но должна вас предупредить, что не одета для собеседования и от меня пахнет жареной картошкой.
— Здесь вы будете пахнуть чесноком, — рассмеялся Конрад. — Просто нажмите на кнопку звонка у входной двери. Мы еще не готовы к открытию.
В автобусе Мэл представляла Конрада Дили шестидесятилетним мужчиной, большим и лысеющим. Она думала, что его ресторан находится в подвале. Но она ошиблась.
Окна и двери высокого узкого здания были чем-то завешены, и Мэл не смогла рассмотреть, что находилось внутри, но фасад и вывеска были выкрашены в темно-зеленый цвет. Здание кафе было зажато между бакалейной лавкой и аптекой. Мэл догадалась, что, как и у соседей, там была одна длинная комната, а кухня располагалась в конце и направо. Сверху было еще два этажа, верхний — мансарда с маленькими окнами. Камелии понравилось бы здесь жить. Фулхем-Бродвей был шумным районом, здесь целый день работал рынок и жили разные люди: рабочие с семьями, иммигранты и молодые работники исполнительной власти, которые купили здесь дома во время бума 1972 года.
