Кешеми кивнул и повернулся к улетавшему 212-му. Как плохо они умеют прятать свои секреты, подумал он, этот старый пилот и этот юный дуралей. Так легко читать мысли людей, если ты терпелив и знаешь, на что обращать внимание. Очень опасно улетать без официального разрешения. Чистое безумие! Люди – очень странные создания. На все воля Аллаха.
Один из «зеленых повязок» с АК-47 на плече, юноша с едва пробившейся бородкой, подошел ближе, подчеркнуто посмотрел на канистры с бензином на заднем сиденье. Кешеми не сказал ничего, просто кивнул ему. Юноша кивнул в ответ, с нахальным видом повернулся и присоединился к остальным.
Сержант сел за руль. Прокаженные сыновья собаки, сардонически подумал он, вы пока еще не закон в Ленге, хвала Аллаху.
– Поехали, Ахмед, пора. – Пока капрал усаживался рядом, Кешеми проводил глазами вертолет, который перевалил за гору и исчез. Мне все еще так легко поймать тебя, старик, говорил он себе, раздумывая в нерешительности. Так просто дать информацию по сети, наши телефоны работают, и у нас есть прямая связь с базой истребителей на Кише. Являются ли несколько галлонов бензина достаточным пешкешем за твою свободу, я еще не решил. – Я подброшу тебя до участка, Ахмед, потом возьму выходной до завтра. Машину я сегодня оставлю у себя.
Кешеми отпустил сцепление. Может быть, нам следовало бы улететь вместе с чужеземцами – заставить их взять нас, семью и меня, нетрудно, но это означало бы жизнь на неправильной стороне Персидского залива, жизнь среди арабов. Я никогда не любил арабов, никогда не доверял им. Нет, мой план лучше. Мы тихо отправимся по старой прибрежной дороге и будем ехать весь сегодняшний день и всю ночь, потом на лодке моего двоюродного брата – в Пакистан, у меня останется еще достаточно бензина для пешкеша. Многие из наших людей уже там. Я обеспечу хорошую жизнь моей жене и сыну и маленькой Соусан, пока, с помощью Аллаха, мы не сможем снова вернуться домой. Слишком много здесь сейчас ненависти, слишком много лет службы шаху за плечами. Хороших лет. Если уж говорить о шахах, то этот нас вполне устраивал. Платили нам исправно.
К северу от Ленге. 09.23. «Капустная грядка» лежала в десяти километрах к северо-востоку от базы – пустынная, бесплодная каменистая местность у подножия гор, и оба вертолета стояли рядом друг с другом, двигатели урчали на малых оборотах. Эд Восси пристроился у окна кабины пилота Вилли.
– Меня сейчас вырвет, Вилли.
– Меня тоже. – Вилли поправил головные телефоны; ВЧ-связь была включена, но по плану пользоваться ею на передачу можно было только в случае крайней необходимости, только слушать.
– Ты что-то услышал, Вилли?
– Нет, просто помехи.
– Черт. У него, должно быть, очень серьезные неприятности. Еще минута, и я слетаю посмотрю, Вилли.
– Вместе слетаем посмотрим. – Вилли наблюдал, как молния сверкает в горах; видимость менее двух километров, тучи темные и густеют на глазах. – Неподходящий денек для веселой прогулки, Эд.
– Да уж.
Тут лицо Вилли осветилось, словно сигнальная ракета, и он вытянул руку:
– Вон он! – 212-й Скраггера, никуда не спеша, приближался на высоте чуть больше двухсот метров. Восси бросился к своему вертолету и запрыгнул в кабину. Теперь он услышал в наушниках:
– Ну, как там твой датчик крутящего момента, Вилли?
– Не слишком хорошо, Скрэг, – радостно ответил Вилли, следуя их плану на случай, если их слушают. – Я попросил Эдда взглянуть на него, но он тоже не уверен, что с ним такое. И рация у него вышла из строя.
– Я сяду, и мы вместе всё обсудим. Скраггер вызывает базу, как слышите меня? – Молчание. – Скраггер вызывает базу, мы некоторое время пробудем на земле. – Никакого ответа.
Вилли показал большой палец Восси. Оба прибавили газу, сосредоточенно глядя на Скраггера, который неторопливо снижался, как для посадки.
Над самой землей Скраггер завис и потом повел их в стремительный бросок к побережью. Теперь их переполняло ликование: Восси кричал от радости, и даже Вилли улыбался:
– Разрази меня гром…
Скраггер перевалил через гребень и начал спускаться вдоль противоположного склона; теперь он мог видеть берег и их фургончик, стоявший на каменистом берегу у самой воды. Его сердце глухо стукнуло и провалилось куда-то. Там, где он собирался садиться, чернели мелкие точки: стадо коз под присмотром трех пастухов. В пятидесяти метрах дальше по пляжу стояла машина, возле которой играли какие-то взрослые и дети; раньше они никого и никогда там не встречали. В море, недалеко от берега, двигался небольшой катер с мотором. Может быть, рыбаки, а может быть, один из регулярных патрулей, высматривавший контрабандистов или беженцев: здесь, в такой близости от Омана и пиратского побережья, бдительность береговой охраны столетиями была очень высокой.
Изменить уже ничего нельзя, подумал он, чувствуя, как колотится сердце. Он увидел, что Бенсон и два других механика заметили его, попрыгали в фургончик и покатили к посадочной площадке. Позади него Вилли и Восси сбросили скорость, чтобы дать ему время. Не колеблясь, он быстро повел вертолет на посадку, козы разбежались в разные стороны, пастухи и отдыхающие остолбенело смотрели на него, разинув рты. Едва полозья его шасси коснулись земли, он крикнул:
– Давай!
Механиков подгонять не пришлось. Бенсон бросился к дверце салона и распахнул ее, потом побежал назад, чтобы помочь остальным, которые открыли заднюю дверцу фургончика. Втроем они вытащили из машины чемоданы, сумки, коробки и, спотыкаясь, подтащили их к вертолету и принялись загружать – пассажирский отсек был уже забит запчастями. Скраггер оглянулся и увидел, что Вилли и Восси зависли, наблюдая за местностью. «Пока все нормально», – громко произнес он вслух и сосредоточил внимание на зеваках, которые оправились от изумления и решили подойти поближе. Реальной опасности пока не было. Тем не менее он убедился, что пистолет Вери под рукой на всякий случай, мысленно поторапливая механиков и опасаясь, что в любой момент можно увидеть на дороге несущуюся полицейскую машину. Вторая порция багажа. Потом еще одна, и за ней – последняя; все три механика обливались потом. Двое из них забрались в пассажирский отсек, захлопнули дверцу. Бенсон рухнул на сиденье рядом с ним, выругался и потянулся к дверце, чтобы выйти.
– Забыл выключить мотор в машине.
– Черт с ним, поехали. – Скраггер дал полный газ и поднялся в воздух, Бенсон захлопнул дверцу, застегнул ремень безопасности, и в следующий миг они уже скользили над волнами в туманную дымку залива. Скраггер посмотрел налево и направо. Вилли и Восси плотно обступили его с боков, и он пожалел, что у него нет ВЧ-связи, чтобы передать Гаваллану «Лима Три». Ладно, он и оглянуться не успеет, как мы уже будем на месте!
