Ссудный процент был необходимым условием циркуляции, обращения денег, именно от него и зависела занятость. Ведь даже Рейхсбанк не эмитировал деньги без процента самому себе, даже тогда, когда рынок настоятельно требовал больше и больше денег – и всё это несмотря на тот факт, что именно Рейхсбанк и должен (его основная функция в этом и заключается!) поддерживать монетарную систему в таком виде, чтобы она максимально хорошо подходила к существующей ситуации на рынке. (Я не упрекаю Рейхсбанк; даже сам Господь был бы бессилен, если бы он был повязан в своей деятельности, такими ограниченными инструкциями и уложениями).
Сегодня обращение денег прекратило своё зависимое от чего бы то ни было существование. Деньги обозначают продажи товаров, и не важно, каков результат этих продаж. Деньги – то бишь продажи – занятость – деньги. При любых обстоятельствах этот круг неизменен.
Разумеется, торговец, по привычке, ещё обсчитывает свою прибыль; он покупает оптом по одной цене, а продаёт в розницу по цене высшей. И это лишь естественное, не могущее быть никем и никак оспоренное, более того, полностью оправданное условие любой коммерческой деятельности. Причём, заметьте, что та цена, по которой торговый человек покупал товар для его дальнейшей продажи была, в принципе, величиной всегда известной и до некоторой степени неизменной (кроме продаж на комиссионной основе), тогда как цена, по которой он уже продавал этот товар, была в большей степени лотереей, а весь процесс напоминал игру в рулетку где-нибудь в Монте-Карло. Потому что между закупкой товара и его продажей проходило некоторое время за которое рынок менялся или мог измениться.
Прежде чем закупить товары торговец, разумеется, оценивал состояние рынка, прикидывал, как оно там сложится, анализировал внутреннюю и внешнюю политику своего государства, смотрел, что происходит в мире. Если он полагал, что другие, так же, как и он, положительно оценивают грядущий рост цен, а также то, что нет никаких видимых причин, что цены будут падать, то он закупал товар, потому что лишь предполагаемый рост цен давал в перспективе рост его бизнесу, причём, чем больше он закупал товара, тем выше могли бы быть его прибыли в будущем, если рост цен не останавливался. В таком случае, если он не ошибался, то вместе с ним не ошибались в своих оценках множество его конкурентов и коллег, тоже торговцев, поэтому они все стремились закупать, ведь заставляло их так делать только одно, а именно грядущее повышение цен – и им было наплевать, по какой причине это происходило, и на чём основывалось их убеждение. Ибо ясно, что если все верят, что цены повысятся, то каждый обладатель денег немного откладывает, чтобы купить сейчас побольше и подешевле, а затем продать подороже. Здесь важный момент: когда все резервы денег вступают в игру, то цены неминуемо ПОВЫШАЮТСЯ.
Этот случай подтверждает известную библейскую доктрину: тот, кто верит, тот и спасён будет.
Обратной стороной такой вот веры является уверенность большинства в грядущее падение цен. Когда торговец убеждён, что его коллеги торговцы полагают так же, как и он, что скоро цены упадут, то что он пытается сделать? Правильно – избавиться от закупленного товара побыстрее; т. е. с одной стороны, он форсирует продажи, а нет лучшего способа увеличить продажи чем через СНИЖЕНИЕ цен, а с другой – откладывает закупку новых партий товаров до наступления более благоприятных условий. Но ведь его коллеги ведут себя точно так же, и всё это уже само по себе является достаточным основанием для ВСЕОБЩЕГО снижения цен. Именно того, что они и побаивались. Их вера делает их дураками. Потому что при золотом стандарте именно так всё и происходило: верили во что-то и так и случалось. Вера рулила рынком. Одна только вера в то, что скоро цены опустятся или поднимутся, заставляла эти самые цены подниматься или опускаться.
Вера, настроения, погодные сводки определяли, сколько денег будет выброшено на рынок и сколько будет куплено товара, никого не интересовало, будут ли работники производств играть в футбол в свои рабочие смены или будут трудится так, что аж искры летят. Сначала шла вера, затем под этой верой приходили в движение денежные массы, затем денежные массы запускали производство, затем приходили товары. В общем, всё зависело от веры!
Свободные Деньги поменяли весь этот нонсенс. Деньги более никогда не ждут слухов и уверенности их обладателей, что их можно запускать в дело. Деньги командуют своему обладателю, давай, запускай нас, покупай. И именно потому, что в этой сфере деньги убрали веру из коммерции, а также надежду и стремление к прибыли, и вся эта связка более не влияет на обращение денег, спрос на товары стал постоянным. Надежды и страхи одного единого коммерсанта есть по сути его личные проблемы, которые не оказывают более никакого влияния на рынок. Труд и спрос на товары тоже более не зависят от воли денег; нет никакого влияния от владельцев денег на рынок, потому что деньги превратились в сам спрос.
Ранее и работник ходил на поклон к деньгам, т. е. искал работу, и это было в порядке вещей. А вот деньги вовсе не всегда искали работников, работу и товар. Деньги всегда предпочитали, чтобы товары, работа приходили к ним с нижайшей просьбой. Никто не протестовал против такого вопиющего нарушения принципа равенства; каждый человек терпеливо сносил высокомерие и превосходство денег – может быть из-за того, что сама финансовая система и положение денег в ней было неотличимо друг от друга. Никто не мог и предполагать, что может быть по-другому. Работник и владелец товаров добровольно возлагали на себя ношу ежедневного унижения перед деньгами через откладывание продаж, тогда как деньги наслаждались другой ролью. И так было всегда, все полагали, что таков порядок вещей: покупатели сидят дома с деньгами, а продавцы приходят к ним с просьбами – купи, купи.
С тех пор всё изменилось. Владелец денег теперь носит в кармане "горячие" бумажки, которые "жгут" его карманы. Ему надо постоянно одно: избавиться от них как можно скорее. Точно так же, как и раньше работник был вынужден в силу исчезающей со временем природы своего труда (который возможен лишь сейчас, труд невозможно сохранить в законсервированном виде) искать ПОКУПАТЕЛЯ на свой труд. Поэтому сейчас владелец денег больше не ждёт терпеливо, когда обладатель труда и товаров придёт к нему и обратится с просьбой. Теперь они оба идут навстречу друг другу: продавец и покупатель.
Но ведь когда они оба ищут друг друга, то рано или поздно они встретятся. И ситуация в этом случае гораздо с большей долей вероятностью разрешиться в пользу обоих сторон, чем, когда только один искал встречи с другим. Весь животный мир был бы в трауре и скорби, если бы все самки стали прятаться от самцов. Как жаба-самец в пруду найдёт себе подругу-жабу, если в ответ на его призывное кваканье та не откликнется?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
