Читаем без скачивания Седьмая чаша - К. Сэнсом

— В распоряжении Кантрелла был целый день для того, чтобы проникнуть в дом леди Парр, — шепнул мне Барак. — И я уверен, что он уже давно успел тайком обследовать все окрестности.

— Леди Кэтрин наверняка хорошо охраняют. Особенно учитывая то, какое значение имеет ее персона сейчас.

Секретарь архиепископа выполнил полученные указания безупречно: возле причала нас уже ждала лодка, а на лондонском берегу — отменные лошади. Мы с трудом передвигались по раскисшей от дождей дороге, по обеим сторонам которой меланхолично паслись коровы. От тряски моя несчастная спина горела словно в огне. Миновав Смитфилд, наш отряд оказался на Чартерхаус-сквер. Двери и окна стоявшего на углу трактира «Зеленый человек» были заколочены досками. Мы проехали по заросшей травой площади и остановились у ворот бывшего монастыря. Небольшая группа нищих толклась у открытых дверей заброшенной часовни. При нашем появлении они даже не пошевелились. У попрошаек не было желания приближаться к отряду вооруженных людей.

Сэр Томас натянул поводья.

— Думаю, сначала нам стоит обыскать окрестности, — сказал он. — Если мы направимся прямиком в дом, а убийца находится где-то рядом, он может сбежать, я же хочу, чтобы на сей раз он оказался пойман.

Сэр Томас посмотрел на меня тяжелым взглядом и направил лошадь в открытые ворота Чартерхауса. Мы последовали за ним.

Из водопроводной будки вышел Рассел, управляющий сэра Томаса.

— Я предлагаю послать трех или четырех людей из охраны архиепископа, чтобы они пешими осмотрели окрестности, — предложил сэр Томас. — А вы, Шардлейк и Барак, должны теперь оставаться в тени. Преступник вас знает.

И вновь его способности стратега сослужили хорошую службу. Троих из людей Кранмера отправили на разведку, мы же остались на монастырском дворе. Из двери водопроводной будки появился мужчина в заляпанной рабочей одежде и подошел к нам, вытирая руки тряпицей.

— Я сделал все, что мог, сэр Томас, — доложил он. — Кроме того, я отправил человека в Ислингтон. Тамошние реки и ручьи переполнены, поэтому за сливными воротами скопилось чересчур много воды.

— Но мы не можем оставить все как есть, мастер инженер, — сказал Харснет.

— Если дождей больше не будет, вода на полях Ислингтона начнет впитываться в землю, и давление на ворота уменьшится. В таком случае через несколько дней мы сумеем их открыть. Остается надеяться на то, что дождливая погода позади.

— Мне хочется поскорее убраться отсюда, — проворчал сэр Томас. — А вдруг сюда неожиданно заявится кто-нибудь из придворных и увидит, что на Чартерхаус, прямо напротив дома Кэтрин Парр, полным-полно моих людей? Это немедленно дойдет до Ричарда Рича, а тот сообщит королю. Пойдемте, мастер инженер, поглядим, что можно сделать.

Он прошествовал в водопроводную будку, инженер и Рассел — следом за ним.

— Сэр Томас намерен учить специалиста, как тот должен делать свою работу, — не скрывая сарказма, проговорил я.

Коронер вздохнул.

— Он прав. Нам совершенно ни к чему, чтобы Рич пронюхал о том, что здесь что-то не так, и в конце концов узнал бы, что сливные ворота были заблокированы трупом распятого мойщика посуды.

— Согласен с вами.

Я посмотрел на водопроводную будку, приоткрытая дверь которой была очерчена светом горевшей внутри свечи.

— Мне приходилось сталкиваться с Ричем. Ради продвижения по службе он готов на все. Как, впрочем, большинство придворных.

— К счастью, архиепископ не из этой породы. Он порядочный человек, человек принципов. На него вся надежда тех, кто радеет за реформу.

Я с любопытством взглянул на Харснета.

— Но при этом он верит в то, что Господь избрал нашего короля в качестве своего наместника на земле. А ваш образ мысли не допускает существования посредников между человеком и Богом.

— Он — все, что у нас есть. Не считая лорда Хартфорда, конечно. — Харснет улыбнулся каким-то своим мыслям. — Если настанет время, когда лорд Хартфорд станет править этой страной… Впрочем, на сегодняшний день нашим рулем и ветрилами является архиепископ. Ради того, чтобы защитить его, я готов пойти на все, абсолютно на все.

Последнюю фразу он проговорил со злой решимостью.

Мы услышали приближающиеся шаги и обернулись. Трое охранников из стражи архиепископа вернулись из дозора. Они вошли в водопроводную будку, а уже через несколько секунд оттуда выскочили сэр Томас и Рассел и поспешили к нам.

— Мастер Шардлейк, — заговорил сэр Томас, — вы сказали, что у лошади Кантрелла была характерная отметина в виде треугольника под носом?

— Да, так сказала нам старуха, его соседка. Гнедая лошадь с белой треугольной отметиной под носом.

— На общинном выгоне позади домов привязана именно такая лошадь, и никаких следов ее хозяина.

Харснет судорожно выдохнул.

— Вы снова оказались правы, — сказал он мне. — А я сомневался в вас. Простите.

Он повернулся к сэру Томасу.

— Нужно собрать людей архиепископа вместе. Время таиться прошло. Мы должны теперь же войти в дом Кэтрин Парр.

— Я поведу их, — вызвался сэр Томас.

— А вот этого я бы не советовал делать, — сказал Харснет. — Вас там не должны видеть.

— Коронер прав, сэр, — тихо проговорил Рассел.

Поколебавшись, сэр Томас все же кивнул и при этом обжег взглядом Харснета и меня.

— Постарайтесь, чтобы все прошло без осложнений, — предупредил он. — Если с леди Кэтрин что-нибудь случится, вы оба поплатитесь головами, это я вам обещаю.

Он повернулся и зашагал прочь.

— Скотина! — пробормотал Барак, когда Сеймур отошел достаточно далеко.

— Не обращайте внимания, господа, — успокоил нас Рассел, — это всего лишь пустые угрозы. Он не может сделать ничего без дозволения брата.

Мы быстрым шагом пересекли заросшую деревьями площадь и вышли к большим домам, стоявшим на ее восточной стороне. Особняк лорда Латимера представлял собой внушительное трехэтажное здание, отделенное от дороги обширным садом. В нескольких окнах горел свет, и они напоминали большие серебряные подносы. Когда мы подходили к дому по усыпанной гравием дорожке, дверь открылась и на пороге показался человек с лампой в руке. Он приблизился к Харснету. Это был мужчина средних лет, с окладистой бородой и взволнованным выражением на лице. На его дублете я увидел герб лорда Латимера — серый щит с красным крестом.

— Мастер коронер? — спросил он.

— Да, это я. У вас тут все спокойно?

Мужчина утвердительно кивнул.

— Мы обыскали дом, но не нашли никого из посторонних. Леди Кэтрин мы сказали, что вокруг дома рыщет шайка грабителей, и попросили ее оставаться в своих покоях, но она настаивает на том, чтобы самой всем распоряжаться.

— Она просто не знает, с кем имеет дело, — мрачно сказал я.

— Этот гад где-то здесь, поблизости, — пробормотал Барак. — Я кожей чувствую.

Он окинул взглядом глубокие тени, которые отбрасывал дом. Вдоль внутренней стены росли деревья и густой кустарник — прячься, не хочу. Возможно, где-то там и затаился Кантрелл.

— Что вы имеете в виду? — озабоченно спросил управляющий с тревогой во взгляде. — Я полагал, мы имеем дело с бандой воров.

— Мы охотимся за одним-единственным человеком. — Харснет посмотрел ему прямо в глаза. — Он сумасшедший, убийца. Леди Кэтрин следует сообщить о том, что ей грозит нешуточная опасность. Сколько входов имеется в доме?

— Два, — ответил мужчина, глаза которого округлились от страха. — Этот, главный, и задний, для торговцев и челяди.

— Приходил ли к вам сегодня кто-нибудь?

— Приезжал гонец от короля с посланием для леди Кэтрин.

Управляющий замешкался, но потом добавил:

— С того времени она сама не своя.

— Где она сейчас? — спокойным тоном осведомился Харснет.

— В своих комнатах, на втором этаже.

— Хорошо. Отправляйтесь к ней и скажите, что ей следует оставаться там. С вами пойдут двое наших людей и будут охранять ее.

Двое охранников и слуга бегом направились в дом. Харснет повернулся к остальным.

— Я хочу, чтобы шесть человек патрулировали снаружи, все остальные идут вместе со мной внутрь.

Охранники разошлись, чтобы выполнить приказ, а я мысленно восхитился способностью Харснета выступать в роли командира и его решительностью. Он, мы с Бараком и четверо оставшихся охранников вошли в дом.

Мы оказались в просторном зале, стены которого были увешаны дорогими гобеленами с изображениями древнегреческих и древнеримских богов на фоне зеленых кущ. Широкая лестница прямо перед нами вела наверх, у ее основания два деревянных льва, выкрашенных светлой краской, держали в лапах герб Латимера. В зал выходило несколько дверей. Одна из них была открыта, и из нее выглядывали перепуганные лица двух служанок.