— Умер наш пес дней пять назад! — ответила старуха. — Злые люди отравили.
«Да, ребята перестарались с ядом», — подумал Бернардо.
— Сочувствую вам. — Он сделал кислую физиономию, затем спросил. — Профессор, скажите, а как вы относитесь к коммунистам?
— Молодой человек, я жил в коммунистической стране, — ответил Качибадзе. — Это глупость и такая бредятина, что даже и говорить не стоит. Под вывеской всеобщего равенства Москва грабила нашу родину, вытягивая из нее все жилы, кровь. Все стремления народа к свободе она подавляла железной рукой. Коммунизм кончился, и я этому чрезвычайно рад!
— Москва грабила вашу родину?! — искренне удивился Бернардо. — А я слышал, что русские наоборот вкладывали деньги в вашу экономику, строили здесь дороги, заводы и прочие дела? Где же правда?
— Правда, — в свободе, лейтенант, — заявил Качибадзе. — Я, между прочим, с воодушевлением приветствовал приход Америки в Грузию. Но никак не ожидал, что американские солдаты будут вести себя в моем доме так непочтительно!
— Увы, таков закон! — развел руками Бернардо. — А почему в вашем доме так много книг на русском языке?
— Но это же научные книги! Москва была центром советского образования и науки, а книги это уникальные! Сейчас таких днем с огнем не сыскать!
— Скажите, а вы в последние годы не контактировали с русскими? Местными, или приезжавшими с севера? Или с местными силами, сочувствующими русским?
— Да разве после двух войн, после того, как эти северные варвары уничтожили планету, есть такие?!
— Есть, можете не сомневаться!
К Бернардо подскочил сержант, сунул ему в руки пачку листов. Бернардо пробежал глазами по верхнему и невольно расплылся в улыбке.
— Скажите, профессор… Вам знакомы эти бумажки?
Старик, недоверчиво глядя на листки, взял один из них в руки, прочел серые печатные буквы:
«Товарищи! Американские империалисты начали самую разрушительную, самую преступную в истории человечества войну…» Что за бред?! Где вы это нашли?
— В одной из книг! — сиял как блин на скородке Бернардо. — Содержание листков одинаковое. Там еще написано про светлое социалистическое будущее и про свержение власти американских захватчиков. Неужели, это не ваше?!
— Нет! Не мое! Я в жизни бы такого бреда не написал! — Качибадзе тяжело задышал.
— Как же это попало в ваш дом?!
— Не знаю! Понятия не имею!
— Как интересно! — всплеснул руками Бернардо. — У вас в доме нашли вещь, но вы не знаете, откуда она?!
— Не понимаю, клянусь!
— Почему-то я вам не верю!
Зашел тот же самый гэннери сержант. На этот раз он протягивал своему начальнику что-то белое в грязном, дырявом целлофановом пакете. Он что-то шепнул Бернардо, и тот, на этот раз остался серьезен:
— Скажите, Качибадзе, вы всегда храните листы бумаги под крыльцом?!
— Что вы там еще нашли?! — задышал старик.
— Вот это, — Бернардо брезгливо развернул пакет, — нашли у вас под крыльцом. Еще лист бумаги. С виду чистый и хорошо сохранившийся… Но посмотрим повнимательнее…
Бернардо достал коробку спичек. Зажег одну из спичек, поднес пламя к листу, так, чтобы тепло подействовало на бумагу, не сжигая ее при этом. Остолбеневший Качибадзе увидел, как на этом листе появляются коричневые грузинские буквы, написанные, — о, горе, — его почерком!
— А это тоже сюда случайно попало? — усмехнулся Качибадзе в лицо его мучитель. — Знаете, профессор, я все меньше и меньше верю в вашу невиновность.
— Это какая-то страшная, чудовищная мистификация… — пролепетал старик. — Или провокация. Меня хотят погубить…
— Кто же? Уж не вы ли сами?!
— А ну прекратите издеваться над моим отцом! — Сын профессора попытался было вырвать лист из рук Бернардо. Тот жестко оттолкнул его. Парня оттащили солдаты. В тот же миг на парня смотрели дула нескольких винтовок.
— Сынок, не надо! — закричала старая женщина.
— Ты что, парень, хочешь воспрепятствовать властям?! — усмехнулся Бернардо. — Это чревато тяжелыми последствиями.
— Это — не правосудие! Это — подлог! — заявил сын профессора. Он захотел пройти к отцу, но американцы не пускали его.
Жена профессора и невестка с орущим младенцем на руках, плача, наблюдали за унижением отца семейства. А американцы продолжали хозяйничать в чужом доме. Двое солдат опрокинули книжный шкаф. Он с грохотом рухнул на пол, разломившись напополам. Старая женщина рыдала, видя, как громят ее дом.
— Эй, вы, осторожнее, идиоты! — крикнул Бернардо. Падающий шкаф чуть было не погладил его по колену.
Он достал из нагрудного кармана фотографию, положил на стол:
— Профессор Качибадзе, знаком ли вам этот человек?!
Потерявший интерес к жизни Качибадзе трясущимися пальцами взял фотографию.
— Нет…, то есть, да… Это торговец. Он приходил вчера, менял товары. Он еще с такой большой тележкой был, с деревянными колесами.
— Который был час?!
— Я не помню… Кажется, половина одиннадцатого…
— Отлично! Вы у него что-то покупали, или наоборот, что-то продавали?
— Патроны… Несколько обойм с пистолетными патронами, да один старый автомат.
— Еще оружие в вашем доме есть? — Бернардо посмотрел на Качибадзе так, что, казалось, прожжет в нем дырку.
— Да, конечно. Михо, принеси все…
Бернардо дал знак, чтобы парня пропустили. Тот направился во двор, гремя ключами, открыл сарай. Никого не удивило, что закрытый на замок сарай, где сам бог велел прятать что-то нечистое или запрещенное, американцы оставили без внимания.
Старый Качибадзе сидел скорчившись на одиноком стуле, не смея поднять глаза. Господи, какое бесчестие!
Вернувшись, сын выложил на стол два «Калашникова», один из них, — со спиленным деревянным прикладом, и горсть патронов советского образца, калибра 7, 62 мм.
— Это все оружие, имеющееся в доме?! — спросил Бернардо. — Вы подтверждаете?
— Теперь я уже ничего не могу подтверждать, — тихо сказал профессор.
— Так да или нет?! — рявкнул Бернардо. — Есть ли в доме, или во дворе еще образцы оружия, боеприпасов, взрывчатки, которые бы вы могли предъявить? Профессор, хоть на этот раз проявите благоразумие! Это точно все?!
— Это все, что было… — ответил Качибадзе. — Больше у меня ничего не было.
— В таком случае, не угодно ли вернуться во двор? — Бернардо встал со стула, отодвинул его ногой. — Ребята, здесь уже не будет ничего интересного, — сказал он солдатам.
Бойцы в единый миг потеряли интерес к дому Качибадзе и, вслед за командиром, двинулись к выходу. Проходя мимо старой хозяйки, один из солдат, увешанный оружием детина смачно высморкался на ковер в прихожей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
