Ох, Кэт, это так мило! — парень распахнул руки и попытался меня обнять, но не тут-то было. Вмешался Тхэ Гён. Оттолкнул Джереми в сторону и застегнул ему кофту так, что и лица не видно. — А? Что? Хён, ты где? Кэт?
— Не забывай, что Джереми воспитывался в Англии, — холодно заметил Тхэ Гён, уводя меня от блондина в сторону, — и там он научился всем этим «обнимашкам».
— Но, Оппа, — буркнула я, — я тоже неместная, и «обнимашки» для меня обычная приятельская вещь. Это один из элементов проявления дружбы. Я же тебя обнимаю.
— Это совсем другое, Кэт! — парень быстро щёлкнул меня по носу. — Я тебе позволяю себя обнимать только из-за сделки, не более. И да, по совместительству мы «лучшие друзья», так что…
— Ты меня запутал… — всё ещё бубнила я, потирая кончик носа. — То есть, тебя просто так обнять можно, из-за сделки, а Джереми нельзя?
— Именно! — гордо заметил солист и усмехнулся. — Однако можешь соображать, когда хочешь.
После этого Тхэ Гён спокойно зашагал в отделение сладостей, где стояла Ми Нё, оставив меня в полном недоумении. Ну что за чурбан? Каждый раз, как с ним поговорю, остаётся какой-то осадок недосказанности. Словно разговаривала с юристом, у которого в каждом слове необходимо искать второе дно.
Дальше Джереми нашёл новое развлечение, а именно — наконец-то дошёл до мороженого и стал рассказывать, как группа, ещё будучи детьми, его рекламировала. Он надкусывал десерт, сжимал кулачки около лица и тоненьким голоском произносил: «Ай, как холодно!». Это сразу же смутило Шин У и Тхэ Гёна, но нас с Ми Нам позабавило.
— Джереми, прекрати! — фыркнул солист.
— До сих пор стыдно, — поддержал его Шин У, — хоть это и была наша первая реклама.
— Ха! — блондин обиженно надул губы, а потом продолжил. — Тогда у Тхэ Гёна из головы торчали сосульки, а Шин У был одет в снеговика.
— Пхе-хе-хе, — усмехнулась я, прикрыв рот ладошкой. — Смотрите-ка… годы-то идут, а сосульки, похоже, вытащить забыли.
— Тц! — услышала я над своим ухом. Предупреждающее цыканье Тхэ Гёна ни с чем не сравнить, но это только раззадорило меня и ещё больше — Джереми.
— Идёмте! Покажем всё, что мы рекламировали!
Блондин схватил меня и Ми Нам за руки и стал водить вдоль торговых рядов. Каждый раз, когда он находил что-то знакомое, хватал этот товар и показывал, как проходила реклама. Сначала «Би-Би лапша». У этой рекламы даже своеобразный танец был, который знал лучше всех Тхэ Гён. Он сначала смущался, но, видно, в голове что-то щёлкнуло, и он решил подыграть другу, станцевав замысловатый танец с лапшой. Боже мой! Да если бы у нашего родного «Доширака» была такая реклама, я бы только им и питалась!
Заметив наш с Ми Нам смех, Тхэ Гён засмущался снова, отшвырнув лапшу обратно на полку, сказав, что мы маемся ерундой. Шин У и Джереми последовали его примеру. Ми Нам хотела пойти за ребятами, но я её окрикнула, попросив сфоткать меня с этой лапшой. Вот, честно, каждый раз, как буду смотреть на эту фотку, сразу вспомню тот танец. Кстати, как он там делается?
— Крутим-вертим «Би-Би лапшу»! — повторила я песенку, также с ней станцевав. Ми Нам негромко хихикала и подпевала, поставив на запись.
— Эй! Идите сюда! — прозвучал голос Джереми.
Как оказалось, парень нашёл следующий товар, что они рекламировали, а именно — шоколад с громким названием «Ангел». В принципе, очень подходило их группе, но вот самим парням реклама не понравилась. Они встали перед нами, подняв шоколад на уровень глаз, и замерли. Взгляд каждого прожигал насквозь.
— Посласти губы… шоколадом «Ангел», — томно прошептал Джереми и в конце послал воздушный поцелуй.
— Ах, ну и гадость! — фыркнул Тхэ Гён вернув шоколад на полку.
— Пойду-ка я отсюда, — вторил Шин У, также избавившись от шоколада.
— «Лапша Би-Би» была лучше, — чуть ли не плача произнёс Джереми, также избавляясь от лакомства.
Мы с Ми Нам переглянулись. И было видно, что мыслили мы в одном и том же русле — реклама была классной. Что бы ни говорили парни.
— Почему? — вздохнула девушка. — Мне понравилось!
— Мне тоже, — отозвалась я, прихватывая пару плиток молочного шоколада.
— Кэт, мне порой кажется, что всё, что связано с едой, тебе будет нравиться, — грубо бросил Тхэ Гён, видя, как я бросаю шоколад в общую корзину с продуктами.
— Нет, ну, правда, хорошая реклама! — заверила я, парня, но, судя по его приподнятой брови, он не очень-то доверял моему мнению. Тогда пришлось доказать. Я взяла одну плитку шоколада «Ангел» и поднесла его к лицу, как и парни недавно. Прикрыла глаза и томным голосом произнесла: — Посласти губы… шоколадом «Ангел», — ну и коронное движение — воздушный поцелуй.
Парень завис на некоторое время. По его лицу вообще было непонятно, что произошло. Словно кто-то нажал на паузу. Просто стоял и смотрел на меня с этой плиткой шоколада. Блин, да что не так? Я вернула шоколадку в корзину.
— Тхэ Гён? — наконец-то парень очнулся.
— Глупая реклама, — настаивал на своём солист, однако почему-то вернулся в сладкий отдел за дополнительными плитками шоколада «Ангел». На мой вопросительный взгляд ответил: — Просто вспомнил, что к чаю у нас ничего не осталось.
— А ты пьёшь чай? — еле сдерживалась, чтобы не засмеяться.
— Теперь пью, — спокойно отозвался солист, прошагав вперёд.
Нам показывали одну рекламу за другой. Порой мне казалось, что не было ничего того, что эта группа не примерила своему «я». Начиная от мелких незначительных деталей, заканчивая вполне взрослыми вещами, такими, как пиво. Потом Джереми, как всегда, захотелось развлечься, и он умудрился уговорить Ми Нам залезть в продуктовую коляску. Более того, они стали гнать вдоль рядов, набирая скорость, словно находились на автотрассе.
— Тц! Что за ребячество?! — недовольно бросил Тхэ Гён, наблюдая за смеющимися Ми Нам и Джереми.
— Ну, им весело, — пожал плечами Шин У.
— Хех, вот влетят в какой-нибудь поворот с консервами — будет им веселье, — заметил солист.
— Тогда не веселись, — спокойно ответил Шин У, после чего подошёл ко мне и улыбнулся. — А мы присоединимся. Давай, Кэт! Устроим небольшие гонки.
Это
