— Все будет хорошо, любимая. Со мной ничего не случится, — мягко проговорил Ракеш скользя губами по нежным бледным щекам, — Тебе необходим отдых, ты слишком много перенесла. Я сейчас дам тебе воды, а потом ты будешь спать, — продолжал он нежно, но настойчиво расцепляя на шее руки жены. Вика не хотела его выпускать, но сил противиться уже не осталось, и она опустилась на подушки, продолжая взглядом следить за мужем. Стоя к ней спиной в обернутом вокруг узких бедер и обтянувшем тугие ягодицы полотенце, он наливал воду из графина. — Пей, — протянул жене стакан воды с растворенным порошком снотворного. — Как тебе удалось сбежать от них? — снова забираясь на кровать и обнимая Вику, чтобы перестала нервничать, спросил Ракеш.
— Мне помогли, — не желая вдаваться в подробности и рассказывать о том, что пришлось сделать, ответила она.
— Неужели? И кто? — продолжал Ракеш задавать вопросы, задумчиво перебирая густые блестящие локоны, все еще не веря, что упрямица рядом. Что, не встречая сопротивления с ее стороны, может открыто говорить о любви и слышать ответные признания, видеть неподдельное беспокойство в колдовских глазах.
— Какой-то парень. Я не знаю как его зовут, но он сказал, что женщин нельзя впутывать в дела мужчин. Я хочу спать, не оставляй меня.
— Я здесь, — пробормотал Ракеш, целуя кудрявую макушку. — И когда ты проснешься, я буду рядом. Ты мне веришь? — он заглянул в лицо Вики, но она уже спала. Ракеш коснулся губами тонких, голубоватых, вздрагивающих век; глубоко вдохнул нежный аромат кожи и, взяв телефон, вышел из спальни. На переведенном в беззвучный режим аппарате мигало несколько пропущенных вызовов от Шетти. — Что у тебя, Дхавал, какие новости? — спросил Ракеш, когда друг принял звонок.
— Пикник прошел замечательно. Все довольны. Только часть закусок пришлось забрать с собой, потому что погода испортилась. Мы ждем тебя на ферме для продолжения.
— Мои любимые закуски? — уточнил Ракеш.
— Да. Те, что просил оставить для тебя, — заверил Дхавал.
— Скоро буду, — бросил Ракеш и осторожно вернулся к себе, чтобы одеться, не потревожив спящую жену.
Глава 108. Новый спектакль Чанды
Автомобиль неслышно подкатил к высоким резным дверям особняка Роев и мягко остановился.
— Я подожду тебя здесь, — Айрин обеими руками стиснула ладонь жениха. — Не хочу встречаться с дади.
— Трусишка, — глухо рассмеялся Санджей и обнял ее за плечи, а потом стал серьезным. — Нет, ты пойдешь со мной. Мы не сделали ничего предосудительного и не будем ни от кого прятаться. Дади должна увидеть, что ее интриги ни к чему не привели и не приведут. Пойдем, я с тобой, а значит, никто тебя не обидит.
Санджей помог Айрин выйти из машины, а потом, крепко сжав в ладони тонкие пальцы, повел в дом.
Едва молодой человек открыл дверь и переступил через порог, как увидел бабушку, которую, уходя из дома, оставил лежащей без сил в спальне. Сейчас же Чанда сидела в гостиной и напряженно смотрела на вход.
— Санджей, сынок! — вскочила она с дивана. — Как же ты долго! Я уже не знала, что и подумать! А где Ракеш? Почему ты его не привез?
— Дади, что ты здесь делаешь? — не очень удивился внук. — У тебя же постельный режим, — продолжил он, втягивая в дом и Айрин.
— Я так беспокоилась, что не могла оставаться в комнате. Я места себе не находила, пока тебя не было и с Ракешем неизвестно что. Почему он не приехал с тобой? Все от своей драгоценной жены отойти не может? Вот выбрал бы нашу девушку… — начала дади привычную песню и осеклась при виде входящей в комнату и крепко удерживаемой внуком за руку иностранки. Чанда сдержалась и не спросила, что делает противная девчонка в ее доме, только снова опустилась на подушки. Она не понимала, как они смогли встретиться и горько жалела, что отпустила одного внука повидаться с другим. Наверняка, коварные сестры караулили ее мальчика и подстроили все так, что Санджей, которого дади едва вырвала из их цепких рук, снова попался в ловушку, искусно расставленную желающими устроить себе безбедное будущее авантюристками. Но потеряв одного внука, Чанда не намерена была терять другого, да и за дорогого Ракеша еще поборется.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Выбрал бы нашу девушку и вполовину не был бы так счастлив, как сейчас с той, кого любит он, и кто любит его, — возразил Санджей, ближе притягивая к себе Айрин. — Дади, лучше расскажи мне, как так получилось, что я, сам того не зная, оказался женатым?
— О чем это ты, сынок? — отводя глаза и неторопливо поправляя закрепленное на голове и укрывающее седые волосы расшитое серебряными листьями сари цвета чайной розы, ответила Чанда. — Канти, дорогая, принеси чаю.
— Присаживайся, Айрин, — Санджей указал на одно из стоящих у столика кресел. — Да вот, представляешь, моя невеста отказывалась выходить за меня замуж, аргументируя это тем, что, как ты ей сказала, я уже женат. Ничего не хочешь мне объяснить? Я думал, что моя бабушка больна, и делал для нее все, что мог, а тем временем ты за моей спиной плела интриги, чтобы разлучить с любимым человеком? Такого я от тебя не ожидал. Пожалуй, Ракеш был не так уж и неправ, решив жить отдельно, и мне стоит последовать его примеру, — с каждым произнесенным словом, его голос становился все жестче. — Я сейчас пойду собирать вещи, и если ты хочешь сохранить родственные отношения, то не скажешь Айрин ни одного плохого слова. Мы достаточно ждали и женимся, как можно скорее. Этого не изменить ни тебе, ни кому бы то ни было еще! — Санджей решительно повернулся в намерении отправиться в свою комнату, но его остановило восклицание дади.
— Сынок, о чем ты говоришь?! — Санджей обернулся, ожидая увидеть очередной акт разыгрываемого бабушкой спектакля, а она, поняв, что вслед за старшим внуком, теряет и среднего, продолжала: — Я себя очень плохо чувствовала, ты задремал, и тут начал звонить телефон. Чтобы он тебя не разбудил, я ответила. Там, какая-то девица, просила тебя, и я сказала, что у тебя есть невеста — ты, дочка, — повернулась старушка к Айрин и смахнула несуществующие слезинки. — Сказала, что некрасиво звонить чужим женихам. Неужели это была ты, дорогая? — Чанда прижала к груди сухой кулачок. — Не узнала, в голове все шумело, а перед глазами плыло. Прости меня, дочка. Я, всего лишь была на защите ваших отношений. Ведь так много непорядочных девушек, готовых увести завидного жениха чуть ли от не от священного огня. Санджей, сынок, останься дома. Скоро твой день рождения, у меня были на него такие планы. Я хотела организовать грандиозный праздник. Может, и Ракеш с женой придут. Отметим его и приступим к ритуалам. Не покидай свою старенькую бабушку. Без тебя дом станет совсем пустым. Анила и Лалит почти не вижу — они или на работе, или у себя в комнате. Сына тоже практически не вижу. Ты хочешь оставить нас вдвоем с Канти? А я так мечтала о большой дружной семье, о доме, наполненном юными голосами и смехом. Дочка, — женщина обратилась уже к Айрин, сложив сухие ладони. Ее дряблые морщинистые щеки подрагивали, а глаза наполнились слезами. — Не забирай у меня моего мальчика. Я хочу видеть, как он женится, хочу покачать на руках его детей, — на этих словах рука Айрин непроизвольно легла на живот, но пожилая Чанда, увлеченно играя свою роль, ничего не заметила. — Переезжай к нам, примешь непосредственное участие в подготовке к обрядам, все сделаешь по своему вкусу. Выберете себе другую комнату для семейной жизни. Та, что сейчас у Санджея, безусловно хороша, но слишком мала для семьи. Сделаете там ремонт, устроив все так, как вам нравится. Если я вызываю у тебя неприязнь, то могу не показываться вам на глаза. Я согласна готовить для вас и подавать вам еду, только не отбирай у меня внука, — дади все больше входила во вкус, но Айрин, став с беременностью очень сентиментальной и чувствительной, не могла смотреть на страдания пожилой женщины.
— Госпожа Рой, я и в мыслях не имела отбирать у вас внука. Мы всего лишь любим друг друга и хотим быть вместе.
