– Господин эльф, не хватайтесь вы за свой меч и не мечите таких молний из глаз, – пророкотал жирдяй. – Это вам не Синие Эльфийские леса, господин эльф, и не долина Луиарры. Это Арроххон. Здесь торгуют чем хотят, когда хотят. Купите лучше корень мандрагора, господин эльф, кстати, из тех же мест и…
Торговец не договорил – эльф ударил его заклятием. Так, не очень сильно ударил, скорее отвесил пощечину. Вернее, хотел отвесить. Потому что вокруг толстяка немедленно образовалось голубоватое сияние, заклятие, срикошетив, багровой молнией ушло в сторону и раскололо один из булыжников мостовой. Брюхо торговца заколыхалось:
– Ха-ха-ха… Шли бы вы дальше, господин эльф, если не хотите ничего покупать. А то ведь кликну магическую стражу, за применение магии на торге мало вам не покажется…
– Да как ты смеешь, презренный смертный, – прошипел эльф. Но чем кончилась ссора, я так и не узнал, потому что кто-то дернул меня за край плаща.
– Эй, парень, хочешь сыграть или узнать свою судьбу? – услышал я голос откуда-то снизу. Под статуей, прямо на брусчатке мостовой сидел слепец. Откуда он тут появился – понятия не имею. Могу поклясться, еще минуту назад его здесь не было. Перед слепцом стоял небольшой деревянный бочонок, на котором белели игральные кости.
– Я бедный студент, у меня денег нет, – ответил я привычно.
– Тогда сыграем на часы, что у тебя в суме, – предложил слепец.
– Откуда ты знаешь, что у меня в суме? – удивился я.
– Я слеп, но не глух, – улыбнулся слепец. – Я даже слышу, как сыплются песчинки в колбах твоих часов.
– Ну, допустим, а что поставишь ты?
– А вот. – Слепец вытащил из-под плаща холщевый мешочек и вытряс из него кучку костей. Судя по виду – куриных.
– И эти кости – твоя ставка? – засомневался я.
– Кости? Ты сказал кости? – удивился слепец. – Это не совсем кости, вот смотри.
Слепец взял на ощупь одну из косточек, положил на ладонь, погладил ее и вдруг с хрустом переломил пополам.
– Уф-ф-ф, – вдруг громко выдохнул… истукан и опустил руку с фонарем. Другая рука продолжала указывать в сторону дома господина О. Раньи.
– Что, Сибба, тяжело быть чучелом? – участливо спроси слепец.
– Слов нет, как тяжело, – раздалось из щели, обозначающей рот истукана, – особо когда рука затекает.
– Так надо было думать о последствиях, когда поешь частушки о магах Арроххона и особо о мэтре О. Раньи. Я ведь предупреждал, – хихикнул слепец.
– Предупреждал, кто спорит. Надо было думать, – со скрипом кивнул головой истукан, вдруг резко поднял руку с фонарем над головой и замер. Косточка вспыхнула в ладони мага бенгальским огнем и исчезла.
Я стоял ошарашенный. Вот тебе и слухи…
– Но это так, мелочь, – пояснил слепец, показывая другую косточку, – а вот заклятие, которое заключено здесь, даст вам власть над любой статуей на целую минуту! А знаешь, что может произойти всего лишь за одну минуту?
Я знал, футбол, хоккей посматриваю, а уж баскетбол и подавно.
– Хорошо, давай сыграем, – согласился я, прикидывая, что часы мне в общем-то уже и не нужны. Слепец улыбнулся, быстро сгреб кости в ладонь и опустил их в глиняную чашку. Погремев костями, выбросил их на бочонок. Тройка и пятерка, не самый плохой бросок.
– Восемь! – сказал я громко и, собираясь сделать бросок, присел перед бочонком на корточки. Взвесил кости в руке. Тяжеленькие, гладкие. Положил их в чашку, покрутил, бросил. Выпало пять и единица. Причем кубик с единичкой подкатился прямо ко мне, к самому краю днища бочонка. Ткни его чуток пальчиком, он перевернется, и ты – победитель. Но я костей трогать не стал. Выпрямился и с горечью признал свое поражение:
– У меня шесть. Что ж, ты выиграл, часы твои, – сказал я и протянул слепцу спаянные стеклянные колбы в рамке.
– Ой, какие мы честные! – восхитился слепец. – А чего ж единичку не перевернул? Хотел ведь? Знаю, хотел! Только не стал.
– Ну хотел, но не стал, – признал я, сразу засомневавшись, что слепец настоящий.
– И правильно, что не стал. Кости эти заговоренные, обмана в игре не терпят. За обман можно и в истуканы попасть на долгий срок, – и слепец показал большим пальцем себе за спину. – Ладно, будем считать, что игры не было, а был торг. Вот, возьми заклятие, а часы поставь на сюда, на бочонок. И переверни, пусть песок сыплется. Поверь мне, нет ничего лучше, как слушать течение времени.
Я кивнул, осторожно поставил часы на бочонок, косточку положил в кошель и снова повернулся на звук заигравшей шарманки. Оказалось, старик-шарманщик теперь на бис показал мастерство дрессуры: заставлял дракона выполнять команды «сидеть», «лежать», «голос», прикидываться мертвым, выть на луну. Дракончик работал добросовестно, я бы сказал – со рвением. Что ж, признаю, свою похлебку, или чем там кормят прирученных драконов, он заработал. Тут кто-то дернул меня за край плаща. Я обернулся, передо мной стоял мальчик, тот самый, что изображал рыцаря в бою с драконом. Он сурово смотрел на меня, сжимая в руках шляпу шарманщика, на дне которой позвякивала мелочь.
– Ты – чужеземец, – то ли спросил, то ли объявил малец.
– Ну да, – ответил я удивленно.
– Тогда ты должен заплатить. В Арроххоне принято платить, если смотришь представления!
– Но у меня ничего нет, – признался я.
– А ты посмотри получше, – приказал пацан сурово.
Я снял с пояса кошель, вытащил оттуда косточку и демонстративно вывернул его наизнанку. Желудь сухо щелкнул по брусчатке.
– А говоришь, что нет, – сказал парень с явным презрением, быстро нагнулся, поднял орех с мостовой и, воровато оглянувшись в сторону шарманщика, сунул его за щеку. Во дела! Желудь для платы сгодился.
А дракон на площади уже ходил на задних лапах. Не знаю, сколько бы я еще наслаждался этим зрелищем, но тут на ратуше гулко ударил колокол. Половина двенадцатого. Мне пора к магу…
Ворота дома господина О. Раньи охраняли два истукана с алебардами. Они сурово смотрели прямо перед собой, хмуря каменные брови. Словно намекая, что стоит трижды подумать, прежде чем сюда войти. Я подумал, но вошел, благо ворота были открыты. И тут же увидел новых истуканов. Их было много, очень много. Они стояли в две шеренги вдоль широкой дороги, вымощенной зеленоватого цвета камнем, одной каменной рукой держа фонари над головой, другой указывали на двери дома. Вот спасибо, а то бы без вас не догадался, куда идти. Подойдя к фонтану, в центре которого огромный бронзовый кит выбрасывал вверх водяные струи, я все-таки остановился, чтобы рассмотреть дом великого мага. И было на что посмотреть!
Я и до этого знал, что великий маг, господин О. Раньи, очень богат. Но теперь мне стало ясно, что он очень, очень, очень богат. Безумно богат! Только очень, очень, очень богатый человек мог иметь такой дом в Арроххоне. Даже не дом, дворец! Огромный дворец с садом и фонтанами. Подобную роскошь здесь мог позволить себе разве что сам герцог. Только больно уж мрачным показался мне этот дворец снаружи. Эти колонны, эти нависающие балконы и узкие окна-бойницы просто давили. По краям дворца возвышались башни с круглыми крышами-куполами. Да, на мой взгляд – весьма спорное архитектурное решение, хотя, возможно, у великого мага там обсерватория, или еще что.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
