А он кого видел в ней? Тувелу?
Найл мысленно представила, как выглядит в его глазах: худющая, почти голая, да еще вымазанная с ног до головы грязными разводами… Да-а, что и говорить, видок еще тот… далеко не самый презентабельный! Но ничего не поделаешь, приходится смириться: ни вечернего туалета, ни парикмахерской, ни самой примитивной душевой кабинки на острове не найдешь! И все равно она была Хранительницей Федерации Ядра Звездного Скопления, Тувелой. И не только. Для Парагуана она была еще и громгорру. Таинственным, могущественным созданием, обладавшим источниками сведений, недоступных пониманию.
— Если не ошибаюсь, передо мной — Великий Палач Колл, — сказала Найл.
Истукан довольно долго не сводил с нее пристального взгляда. Наконец, голосовая щель пришла в движение.
— А передо мной, если я не ошибаюсь, — прозвучал раскатистый бархатный голос, — Гулонка, которую зовут Этланд.
Это был намеренный вызов, ибо Гулон — парагуанское слово для обозначения человека, то есть существа, примитивного по их меркам. В интонации инопланетянина не прозвучало даже намека на акцент. Да, эти твари, в самом деле, до мелочей изучили человечество.
— Кажется, для таких, как я, у вас припасено и другое название, — безразличным тоном произнесла Тувела. — Но можете называть меня Гулонкой, если вам так больше нравится. Это не суть важно. Важнее другое: где в настоящий момент доктор Кей?
— Недалеко отсюда. Почему вас так интересует доктор Кей?
— Доктор Кей интересует нас теперь, — подчеркнула Найл, — в гораздо меньшей степени, чем раньше. Он неважно справился со своим испытанием.
— Испытанием? — повысил голос Колл.
Найл со значением посмотрела на собеседника.
— Несомненно, вы должны были время от времени задаваться вопросом, — заметила она многозначительно, — почему никто не появляется, чтобы проверить, как идут дела у доктора Кея? Да просто потому, что для него это было индивидуальным испытанием. Хотя знать это вам, возможно, ни к чему, но, так и быть, я вас посвящу, Великий Палач. Доктор Кей являлся кандидатом на Истинную Жизнь. Я не уверена, сохранит ли он свои претензии на столь почетное звание. Когда мы обнаружили, что доктор у вас в руках, то стали выжидать. Мы наблюдали, насколько успешно он способен справиться с этой непредвиденной ситуацией. Если откровенно, то кандидат Тайкос меня разочаровал.
Голосовая щель Колла открылась и закрылась дважды, но не проронила ни звука. Тувела рассеянно нахмурилась, думая о чем-то своем.
— Однако Вечноживущими я разочарована еще в большей степени, — продолжала она. — Если доктор Кей не сумел убедить вас в достаточной степени, то при помощи самых элементарных рассуждений вы и сами должны были давно догадаться о том, что следует как можно скорее убраться отсюда… и радоваться, что вам предоставлена возможность сделать это! Вы что, разве не чувствуете, что эта планета — ловушка?! Неужто Священное Море вместо того, чтобы стать бессмертным, совсем одряхлело и выжило из ума?
Она пожала плечами, ведь, в конце концов, Тувел не интересовала продолжительность существования Порад-Анца.
— Вам будет велено убраться, — заявила она жестко. — Вы малость переусердствовали в своей бессмысленной жестокости по отношению к существам, называемым вами Гулонами. Это внушает отвращение. Видимо, физический облик людей внушает вам такой страх, что как только вы его видите, сразу возвращаетесь к своему прежнему животному состоянию. Мы не собираемся спокойно смотреть на бесчинства вашего авангарда. Кроме того, прошло достаточно времени, чтобы мы убедились в отсутствии у доктора Кея удовлетворительных способностей.
Молчание.
Долгое молчание.
Зашуршали кусты сестрана. Завыл ветер и почти сразу затих в отдалении. Быстро наступали сумерки. Сморщенный истукан молча таращил глаза.
Громгорру, подумала Найл.
Это понятие имело значение для обеих противодействующих сторон. Теперь его силу следовало полностью обрушить на плечи Парагуанов. Где-то рядом с ними обретается Тувела — невидимый призрак плавучего леса. Ему уже удалось сдернуть Великого Палача Колла с руководящей полки.
Необходимо, чтобы пленник пропитался этими суевериями… Да, такое может отлично сработать.
Неожиданно послышался бархатный голос:
— Я вижу и слышу существо, которое хитроумно и нагло лжет, ибо хочет скрыть свою беспомощность. Вы не можете сбежать с острова и не можете связаться со своими друзьями. Вы здесь появились вовсе не затем, чтобы передать Вечноживущим, что им следует покинуть этот плацдарм. Вы здесь, потому что попались на крючок.
Найл скривилась в презрительной усмешке.
— Вы про луч скена? Если технические специалисты, которые занимались моей машиной, способны разобраться в увиденном, они должны были понять, что мне не составило бы труда заблокировать ваши излучатели. Клянусь Истинной Жизнью, я могу сыграть в кошки-мышки хоть с целой оравой Оганунов — этих безмозглых скотов! Великий Палач Колл, оглянись вокруг! Глас Решимости, опомнись! Кто из нас здесь в ловушке? Кто беспомощен?
Она подалась вперед:
— Боже, до чего же скудоумен Порад-Анц! Сунулся на наши планеты и был вышвырнут вон с позором! Потом не придумал ничего лучшего, чем найти себе союзников для повторной попытки нападения. Но для того, чтобы осуществить Великий Замысел, вам потребуется гораздо большее их число, нежели вы оказались в состоянии отыскать. Но где же таких взять? Вы и без того завербовали в свои ряды слишком много соратников. Тайна стала известна слишком многим, чтобы остаться тайной. Естественно, что и Тувелы о ней прослышали…
Она оборвала патетику. Великого Палача Колла трясло. Из голосовой щели неслись злобные шипящие звуки.
— Раньше мы склонялись к тому, чтобы пощадить ваши жалкие жизни, — вновь завела свою пластинку Тувела, — однако ныне…
— Замолчи, Хранительница! — Колл издал сдавленный рык, больше похожий на всхлип. — Все это обман и надувательство! Вечноживущие не будут тебя слушать! Тувела расхохоталась:
— Да? Ну, ну. Я появлюсь с Великим Палачом, завернутым в тряпку и перевернутым вниз башкой, — и Вечноживущие меня не будут слушать?!
Колл дико заверещал — и превратился в целую серию мгновенных, отрывистых, упругих движений, которые человеческому глазу было трудно вычленить из общей картины, но, тем не менее, Найл смогла.
Итак, ноги Палача взметнулись вверх. Связанные ступни оказались у плеча. В тот же миг из плеча вырвалась огненная струйка длиной в сантиметр. Она коснулась шнура, которым были опутаны ступни, и тот лопнул. Парагуан обхватил перепончатыми пальцами правой ноги один из драгоценных камней на своей голове и вытащил из оправы, а левая нога уже согнулась и Колл, оттолкнувшись ею, стремительно прыгнул к Найл, отлично сохраняя равновесие. К глазу Найл стремительно приближалась торчащая из драгоценного камня-рукоятки, зажатой в пальцах ноги, острая игла…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
