В течение этого периода множество мелких мусульманских организаций вели эпизодическую деятельность, часто вступая в столкновение между собой. Они не имели связей с массами и не играли важной политической роли, за исключением той, которую отводило им английское правительство. Главное их занятие заключалось в том, чтобы требовать предоставления мусульманам особых привилегий и преимуществ в законодательных собраниях и государственном аппарате. В этом смысле они действительно представляли определенную мусульманскую точку зрения, поскольку мусульмане испытывали возмущение и страх в связи с численным превосходством, более высоким образовательным уровнем и лучшим положением индусов на государственной службе и в промышленности. М. А. Джинна отошел от индийской политической жизни, выехал из Индии и поселился в Англии.
Во втором движении гражданского неповиновения 1930 года мусульмане приняли очень активное участие, хотя и меньшее, чем в 1920—1923 годах. Среди заключенных в тюрьмы участников этого движения б~шо не меньше десяти тысяч мусульман. Северо-западная пограничная провинция, население которой на 95 процентов состоит из мусульман, играла в этом движении весьма крупную, ведущую роль. В значительной мере это объяснялось деятельностью и личными качествами Абдул Гаф-фар-хана, общепризнанного и любимого вождя патанов этой провинции. Из всех замечательных событий последнего времени в Индии особенно поражает то, в какой мере удалось Абдул Гаффар-хану убедить свой беспокойный и воинственный народ принять мирные методы политической борьбы, сопряженной с огромными страданиями. Этим людям действительно пришлось перенести ужасающие страдания, оставившие самые тяжелые воспоминания. И все же дисциплина и выдержка были так велики, что патаны не прибегали к каким-либо насильственным действиям против правительственных войск и других своих противников. Если вспомнить, что патан любит свое ружье больше, чем брата, что он легко возбудим и издавна пользуется репутацией человека, способного на убийство по малейшему поводу, эта выдержка представляется прямо-таки чудом.
Под руководством Абдул Гаффар-хана Пограничная провинция твердо поддерживала Национальный конгресс; такую же позицию занимали многие политически сознательные мусульмане из средних классов в других районах. Влияние Конгресса па крестьян и рабочих, особенно в таких районах, как Соединенные провинции, где Конгресс выработал широкую программу по аграрному и рабочему вопросам, было значительным. Но верно и то, что в целом мусульманские массы постепенно снова попадали под влияние своих старых местных феодальных вождей, которые выступали перед ними в качестве защитников интересов мусульман против индусов и других.
Так называемая религиозно-общинная проблема заключалась в урегулировании отношений между меньшинствами и обеспечении достаточной защиты их от действий большинства. Следует помнить, что в Индии меньшинства являются не расовыми и не национальными, как в Европе, а религиозными. В расовом отношении Индия представляет пеструю картину, своеобразное смешение, но в Индии никогда не возникала и не может возникнуть расовая проблема. Религиозные чувства значительно сильнее национальных противоречий, которые стираются и часто трудно различимы. Религиозные барьеры, конечно, не являются непреодолимыми, ибо возможен переход из одной религии в другую, и человек, меняющий религию, не лишается своего национального окружения или своего культурного наследия и языка. За последнее время религия в подлинном смысле этого слова не играла в Индии значительной роли в политической борьбе, хотя само слово «религия» часто применяется и используется. Различия в религии как таковые не имеют значения, так как проявляется большая взаимная терпимость. В политических вопросах место религии заняла так называемая общинность — узкогрупповая психология, опирающаяся на религиозную общину, но в действительности заинтересованная в том, чтобы получить политическую власть и привилегии для заинтересованных групп.
Конгресс, так же как и другие организации, неоднократно пытался разрешить религиозно-общинную проблему согласованно с различными заинтересованными группами. Были достигнуты отдельные, частичные успехи, но на пути разрешения этой проблемы вечно стояло одно препятствие — английское правительство с его политикой. Разумеется, англичане не стремились к подлинному разрешению данной проблемы, ибо это усилило бы политическое движение, направленное против них и принявшее массовый характер. Создался своего рода треугольник, причем правительство могло сталкивать одну сторону с другой путем предоставления особых привилегий. Если бы другие стороны были достаточно разумны, они преодолели бы и это препятствие, но им нехватало мудрости и дальновидности. Всякий раз, когда вопрос приближался к разрешению, правительство принимало меры для нарушения равновесия.
Речь шла не об обычных мерах по охране интересов меньшинства, подобных тем, которые намечала Лига наций. По всем таким и многим другим вопросам уже имелась договоренность. Основные положения демократической конституции, распространяющейся в равной мере на всех, должны были защищать и охранять религию, культуру, язык, основные права личности и группы. Помимо этого, вся история Индии свидетельствовала не только о терпимости по отношению к меньшинствам и различным национальным группам, но даже и о поощрении их. В индийской истории мы не найдем ничего похожего на яростные религиозные распри и преследования, имевшие место в Европе. Поэтому нам не приходилось заимствовать за рубежом идеи религиозной и культурной терпимости: они были присущи индийскому образу жизни. Что же касается прав личности, политических прав и гражданских свобод, то мы находились под влиянием идей французской и американской революций, а также истории образования английского парламента. Социалистические идеи и влияние советской революции пришли позднее и дали нашему мышлению мощный толчок, направив его в сторону экономики.
Помимо полной защиты всех прав личности и группы, было общепризнано, что государство, а также частные организации должны приложить максимум усилий для устранения всех ненавистных социальных и основанных на обычаях преград, препятствующих полному развитию как личности, так и группы, и что классы, отсталые по образованию и материальному положению, должны получить помощь для скорейшего преодоления своей отсталости. Это особенно относится к угнетенным классам. Было также признано, что женщины должны пользоваться всеми гражданскими правами наравне с мужчинами.
Что же оставалось? Страх перед тем, что большинство может политически подавить меньшинство. Но, попросту говоря, этим большинством были крестьяне и рабочие массы, исповедующие различные религии, которые издавна подвергаются эксплуатации не только со стороны иностранцев, но и со стороны собственных высших классов. При условии обеспечения защиты религии, культуры и т. д. главными проблемами, естественно, становятся экономические проблемы, не имеющие ничего общего с религией, которую исповедует тот или иной человек. Следовательно, возможна классовая, но не религиозная борьба, если не считать, что религия сама представляет некую материально заинтересованную силу. Однако люди настолько привыкли в своих мыслях исходить из факта религиозных противоречий и их так долго приучали к этому общинные религиозные организации и действия властей, что многие мусульмане попрежнему боялись, как бы более многочисленная религиозная община, то есть индусская, не поглотила остальные. Было неясно, каким образом могло бы даже большинство нарушить интересы такого крупного меньшинства, как мусульманское, сконцентрированного в основном в определенных районах страны, которым была бы предоставлена автономия. По страху недоступен голос рассудка.
Была введена система отдельных религиозно-общинных избирательных курий для мусульман (а позднее и для других, меньших по численности групп) и им было предоставлено больше мест в законодательных собраниях, чем они получили бы на основе пропорциональных выборов. Но даже дополнительное представительство в законодательном собрании не могло превратить меньшинство в большинство. Введение отдельных избирательных курий несколько ухудшало положение группы, для которой вводились эти защитные меры, так как большинство избирателей теряло интерес к ней, и не оставалось оснований для взаимных переговоров и компромиссов.которые всегда имеют место при общих избирательных куриях, где кандидату приходится обращаться к каждой группе. Конгресс пошел еще дальше, заявив, что в случае возникновения разногласий между большинством и религиозным меньшинством по вопросу, затрагивающему специальные интересы этого меньшинства, вопрос не должен решаться большинством голосов, а должен быть передан на рассмотрение нейтрального арбитражного суда или даже международного трибунала, решение которого должно быть окончательным.
