Среди круга отношений, связывающих родственников, прежде всего выделяется семейное родство. Практически во всех обществах мы можем выделить то, что социологи и антропологи называют нуклеарной семьей, состоящей из двух взрослых, живущих вместе, ведущих свое домашнее хозяйство и имеющих собственных либо приемных детей. В большинстве обществ традиционного типа, даже при отсутствии кланов, нуклеарные семьи являются только частью обширной сети родственных отношений. Когда родственники, не являющиеся супружеской парой с детьми, живут вместе либо находятся в близком контакте, мы говорим о расширенной семье. Расширенную семью можно определить как группу людей, состоящую из трех или более поколений, живущих либо в одном и том же помещении, либо очень близко друг от друга. Она может включать бабушек, дедушек, братьев и их жен, сестер и их мужей, тетей, дядей, племянников и племянниц.
Семьи, как нуклеарные, так и сложные, по отношению к рассматриваемому индивиду могут подразделяться на родительские и репродуктивные семьи. К первому типу относится семья, в которой человек рождается, ко второму — семья, которую человек образует, став взрослым, и внутри которой воспитывается новое поколение детей. Еще одно важное различие связано с местом проживания. В Великобритании, как правило, ожидается, что вступившие в брак создадут отдельное домашнее хозяйство. Оно может находиться в том же районе, что и дом родителей жениха или невесты, но совершенно естественно может располагаться где-то еще. Однако во многих обществах вступившие в брак по традиции живут поблизости от родителей жениха или невесты, либо вместе с ними. Когда супружеская пара переезжает к родителям жены, семья называется матрилокальной, в случае переезда к родителям мужа — патрилокальной.
Моногамия и полигамия
В обществах западного типа брак и, следовательно, семья ассоциируются с моногамией. Считается незаконным состоять в браке более чем с одной женщиной или одним мужчиной одновременно. В мировом масштабе моногамия, вообще говоря, не является самой распространенной формой брака. Джордж Мердок, проведший сравнительное исследование 565 различных обществ, обнаружил, что полигамия допускается в 80 % из них[338]. Термин “полигамия” обозначает форму брака, при которой мужчина или женщина может иметь более одного супруга. Существуют два типа полигамии: полигиния, при которой мужчина может состоять в браке одновременно более чем с одной женщиной, и менее распространенная полиандрия, при которой женщина может состоять одновременно в двух и более брачных союзах с разными мужчинами.
Полиандрия
Мердок обнаружил, что только в четырех обществах из 565 проанализированных (менее чем в 1 %) встречалась полиандрия. Полиандрия порождает ситуацию, не встречающуюся при полигинии — биологический отец ребенка, как правило, неизвестен. Так, в южноиндийской культуре тодов мужья, видимо, не интересовались установлением биологического отцовства. Кто из мужей становился отцом ребенка, определялось в ходе обряда, когда один из мужей преподносил беременной жене игрушечные лук и стрелу. Если впоследствии другой муж проявлял желание стать отцом, ритуал повторялся во время следующей беременности. По-видимому, полиандрия существовала только в обществах с крайне низким жизненным уровнем, где практиковалось умерщвление девочек.
Полигиния
Большинство мужчин в обществах, где разрешена полигиния, в действительности имеют только одну жену. Часто правом иметь несколько жен пользуются только лица с высоким общественным положением. Там же, где таких ограничений нет, распространение полигинии сдерживают экономические факторы и соотношение полов. Очевидно, не существует обществ, в которых женщины по численности настолько превосходят мужчин, что большая часть мужского населения может позволить себе иметь более чем одну жену.
При полигинии несколько жен в семье иногда занимают одно и то же помещение, но чаще ведут раздельное хозяйство. Раз существуют различные домашние хозяйства, включающие детей одной жены, фактически имеется две или более семьи. У мужа обычно есть основное жилище, но он может проводить определенное количество ночей в неделю или в месяц с каждой женой по очереди. Жены в такой семье часто доброжелательны и готовы помочь друг другу, но их положение по вполне понятным причинам таково, что ведет к напряжению и вражде, они могут видеть друг в друге соперниц в борьбе за благорасположение мужа. В Руанде, например, слово, означающее “одну из жен”, означает также “ревность”. Разногласия, порождаемые полигинией, могут смягчаться благодаря установлению иерархии среди жен. Старшая жена (или жены) обладают большим влиянием при решении семейных вопросов, чем младшие.
Западные миссионеры всегда проявляли крайнюю враждебность по отношению к полигинии, и до сих пор не оставляют надежды искоренить ее. Полигиния по-прежнему существует во многих уголках света, но там, где сильно западное влияние, отношение к ней зачастую двойственное. Антрополог Джон Битти приводит в качестве примера случай с молодым школьным учителем, с которым он познакомился в Баньоро (Западная Уганда). У учителя была жена, с которой он сочетался браком в христианской церкви, и с которой он жил, когда работал в школе. Кроме того, в родной деревне у него было двое детей и жена, которая вышла за него замуж по традиционным обычаям. Он скрывал существование второй жены от своих школьных начальников и просил Битти, чтобы тот хранил это дело в строгой тайне[339].
Семья и брак в истории Европы
До начала индустриализации большинство семей являлись производственными ячейками, они обрабатывали землю или занимались ремеслом. До создания собственных репродуктивных семей люди, как правило, входили в состав других семей, с членами которых вместе жили и работали. Выбор будущего супруга обычно определяли не любовь и романтические увлечения, а социальные и экономические интересы, диктовавшие необходимость бесперебойного функционирования семейного производства и заботы об иждивенцах. Лендлорды часто прямо вмешивались в выбор брачных партнеров своих арендаторов, поскольку были заинтересованы в том, чтобы работы на их земельных владениях велись эффективно. Для Центральной Европы было типичным, что человек, обнаруживший желание вступить в брак, должен был получить разрешение у лендлорда. Безземельным беднякам, имевшим мало шансов приобрести дом или ферму, иногда запрещалось вступать в брак.
Сексуальные отношения до и вне брака в средневековой Европе были весьма распространенным явлением, как среди бедных, так и среди зажиточных слоев населения. В некоторых районах мужчине считалось позволительным до женитьбы проверить способность своей будущей жены к деторождению. Если беременность наступала, браку ничто не препятствовало, в противном случае невеста могла так и не выйти замуж. Количество незаконнорожденных детей во многих частях Европы (особенно в Центральной) было, по современным нормам, исключительно большим. Законности появления ребенка на свет придавалось сравнительно малое значение, и дети от внебрачных союзов часто принимались в семью и воспитывались наравне с законным потомством. Как указывалось в главе 1 (“Социология: проблемы и перспективы”), любовные страсти в браке были редки среди большинства населения. Среди аристократии и сельского дворянства любовные связи принимались как должное, но почти всегда возникали вне брака.
Многие социологи обычно полагали, что в средневековой Европе господствующей формой была расширенная семья, но последние исследования показали, что обычной формой была все-таки нуклеарная семья, по крайней мере, в западной части континента. Домашние хозяйства были крупнее, чем сейчас, но это различие объясняется скорее наличием слуг, а не родственников. В Англии XVII–XIX веков средний размер семьи составлял 4,75 человека[340]. В настоящее время этот показатель равен 3,04. Расширенные семьи, по-видимому, имели гораздо более важное значение в Восточной Европе и в России.
В современной семье дети растут дома и продолжают жить в нем, пока посещают школу. Получение работы является признаком получения статуса взрослого и, как правило, ведет в ближайшем будущем к заключению брака и образованию отдельного домашнего хозяйства. Такой порядок вещей не был типичным для средневековой Европы. Дети обычно начинали помогать родителям с семи-восьмилетнего возраста. Те же, кто не участвовал в домашнем производстве, часто покидали родительский дом в раннем возрасте: занимались домашним трудом в других семьях или отдавались в подмастерья. Те, кто уходил работать в чужие дома, могли уже никогда вновь не увидеть своих родителей.
