Бог вот-вот освободиться! Сделайте что-нибудь!".
(Кстати говоря, вы сказали, что сумели отделиться от сущности Тёмного Бога и запечатать его, верно? Каким образом?)
— Хороший вопрос. Лишь Богам под силу запечатать фрагмент Тёмного Бога.
— ? Значит, вам помог кто-то из Богов?
— Верно.
Хотя Фенрир и добрался до равнины, но особой причины отправляться именно туда у него не было. Всё, что он хотел — найти место, где живёт как можно меньше людей.
— Божественные звери не могут умереть естественной смертью. В их телах находится частичка Бога или Богини, так что они оказываются включены в саму систему функионирования мира.
Именно поэтому он искал место, где не будет угрожать миру.
— Впрочем, даже Богам было непросто достать из меня фрагмент Тёмного Бога и запечатать его. Однако тут объявился один человек.
(Человек?)
— Да. Кузнец божественного ранга, Эльмера. Создательница Херувима, бродящая по свету в поисках способа уничтожить своё творение.
Создатель Херувима. То есть, человек, создавший мою материальную оболочку. Уже некоторое время я осознаю себя, как меч. И, как бы это не было странно, но сейчас я чувствую себя в большей степени мечом, а не человеком, которым я был раньше.
Когда я только-только явился в этот мир, моё человеческое самосознание было всё ещё сильно. Но со временем, живя в облике меча, я привык к своей новой оболочке.
Именно поэтому у меня создался особый образ моей создательницы, Эльмеры. Я думал о ней может не как о родителе, но как о очень близком мне человеке.
— Эльмера…
— Верно.
Однако в словах Фенрира чувствовалась тревога.
— Ну, сперва мы чуть не убили друг друга.
(Что? Чуть не убили друг друга?)
— Вы сражались?
— Верно. Эльмера услышала о том, что я нахожусь на этой равнине, и пришла сюда.
Значит, пришла сюда чтобы встретиться с Фенриром?
— Судя по всему, она решила, что для уничтожения Херувима необходимо дестабилизировать силу божественного меча, а сделать это можно только в сражении с Фенриром.
(Но… Почему вы не решили договориться?)
— Увы, моё тело действовало само по себе, ей нанося встречные удары, как я не пытался себя сдержать. И, когда я был уже готов умереть от её руки, лишь бы закончить это безумие… Услышав мои мольбы, Богиня Серебряной Луны вместе с другими божествами пришли мне на помощь.
Значит, божества во главе с Богиней Серебряной Луны обратились к Эльмере, дабы спасти Фенрира. И Эльмера приняла их предложение.
— Пусть это и была просьба от самой Богини, но, с другой стороны, Эльмера была рада одному тому, что Херувим останется невредимым.
Наверно она отчасти похожа на Аристею — очень сильно страдает от необходимости уничтожать божественные мечи, и предпочла бы этого не делать.
Дабы спасти Фенрира, необходимо было отделить его душу от души Тёмного Бога. Для этого Боги решили, что следует отделить пока ещё незапятнанную душу Фенрира от его тела, что уже полностью слилось с фрагментом Тёмного Бога.
— Но необходимо было найти место, где моя душа могла бы оставаться в сохранности. Держать душу вне тела требует невероятных усилий.
Если не будет никакого сосуда, в который можно было бы уместить душу Фенрира, то сама по себе она быстро растворится. И этот сосуд был найден — божественный меч Херувим.
— Итак, моё тело вместе с Тёмным Богом было запечатано глубоко под равниной, в то время как я сам заснул внутри бракованного божественного меча.
Так зверь скверны Фенрир пропал с лица земли, и континент Гилбард был спасён.
(Но это ещё не был "Хэппи энд", верно?)
— Догадался?
(Ну, пока в вашей истории не было ни слова обо мне. Значит, должно быть продолжение)
— Правильно мыслишь. Как вы думаете, моли ли они просто так оставить моё тело тут произвол судьбы? Нет, запечатав его, они дополнительно окружили его барьером.
— Барьером?
(Вы говорите об Иссохшем Лесу?)
— Не только там, но и в небесах. Он выступит в качестве препятствия для Тёмного Бога, если однажды он пробудится. Кроме того, поглощая ману из окружающего пространства, барьер оказывает постоянное воздействие очищающим заклятием на спящего под этими руинами Тёмного Бога, понемногу делая его слабее.
Значит, именно работа этого барьера влияет на распределение зверей по Равнине Маоками. При этом Иссохший Лес обогащает землю равнины маной, что облегчает рождение новых демонических зверей. Кроме того, из магических камней этих зверей так же выкачивается сила, которая тоже идёт на работу заклинания очищения.
Хотя демонические звери могут размножаться при помощи спаривания, но также рождаются путём кристаллизации маны. Когда появляется участок, богатый маной, то сперва формируется магический камень, после чего, в ходе дальнейшего обволакивания энергией, становится демоническим зверем.
Так как из едва-едва сформированного камня сразу же начинает вытягиваться мана на работу божественного барьера, рождённые таким образом демонические звери оказываются слабее. Более того, так как чем ближе к руинам, тем выше сила барьера, то при приближении к центру звери становятся всё слабее и слабее.
Взрослые звери не любят руины, так как они забирают их силу, поэтому они держатся от них подальше. Так что там обитают лишь мелкие монстры, вроде гоблинов, которые практически не ощущают действия барьера.
— А с Уруши всё будет в порядке?
— Не волнуйтесь на его счёт. Хотя Иссохший Лес вытягивает ману без разбора, на равнине барьер действует более избирательно.
Похоже, так как в этом барьере "зарегистрирована" моя магическая энергия, то и на моего фамильяра, Уруши, он не оказывает влияния. Удобно, ничего не скажешь.
— Так как божественный барьер день за днём очищает моё тело от паразитирующего в нём фрагмента Тёмного Бога, на этот счёт можно вздохнуть спокойно. Но вот о чём стоит побеспокоиться — так это о моей душе.
— Что с ней?
— Ну, проще говоря, до конца изгнать Тёмного Бога из моей души не удалось.
Перевод — VsAl1en
Глава 492
Глава 492 — Почему именно он
(Так, мне не одному это кажется опасным?)
— Ты прав. На самом деле, для меня это тоже была непростая пора.
Судя по всему, Боги планировали, запечатав Фенрира внутри Херувима, медленно, шаг за шагом очистить его от скверны Тёмного Бога.
Однако его порча затронула его душу сильнее, чем они думали, и распространялась быстрее, чем удавалось её очищать.
— Изначальное предназначение божественных мечей состояло именно в противостоянии
