Криминальная хроника
Полиция задержала двоих сообщников заключенного из Вологодской области Алексея Шестакова, которые организовали его побег из колонии на вертолете. Сообщников Шестакова — женщину 1976 и мужчину 1980 года рождения — поймали в районе станции «Дикая» Вологодского района. Ранее в розыск полиция объявила мужчину (предположительно брата Шестакова) и женщину, в которой опознали Татьяну Важалину. У задержанных изъяли рюкзак с едой, воздушными картами и личными вещами. Ни единого выстрела при задержании не было произведено. Самого сбежавшего заключенного задержали еще вечером 22 марта в Вологде. Шестаков сбежал из исправительной колонии номер 17, расположенной в Шексне, утром 22 марта. Мужчина и женщина, угрожая пилоту пистолетом, угнали вертолет частной фирмы и прилетели в колонию. Там по веревочной лестнице Шестаков поднялся на вертолет, после чего они улетели. Затем сообщники приказали пилоту высадить их на шоссе и скрылись. Шестакова задержали через несколько часов на дороге — он ехал в сторону города Грязовец. Водителя, который вез сбежавшего заключенного, проверяют — следствие подозревает, что он может быть сообщником Шестакова. Сам Шестаков находится в шоке и пока что не дает показаний.
Следственный комитет России, расследующий уголовное дело о побеге с использованием вертолета из колонии в Вологодской области, установил, что к этому преступлению могут быть причастны сотрудники ФСИН. В отношении заместителя начальника колонии уже возбуждено уголовное дело. Как сообщил официальный представитель СКР Владимир Маркин, следственными органами ведомства по Вологодской области установлен факт получения взятки заместителем начальника исправительной колонии № 17 УФСИН России Александром Белоликовым. Являясь заместителем начальника колонии по безопасности и оперативной работе, господин Белоликов был обязан осуществлять изучение осужденных, участвовать в оценке степени их исправления, осуществлять контроль за деятельностью служб по надзору за лицами, состоящими на профилактическом учете. По версии следствия, с 1 апреля по 30 мая 2011 года к нему через посредника обратился осужденный на 24-летний срок за тройное убийство Алексей Шестаков с просьбой способствовать в снятии его с профилактического учета лиц, склонных к побегу. За свое согласие и предстоящее содействие подозреваемый получил через того же посредника 10 тыс. рублей в качестве взятки, после чего на заседании административной комиссии указал ее членам на необходимость снятия с профилактического учета осужденного Шестакова, настояв на данном решении, заведомо зная о том, что законные основания для этого отсутствуют. В результате действий чиновника ФСИН, считают в СКР, 30 мая 2011 года осужденный Шестаков был снят со спецучета лиц, склонных к побегу.
Кроме того, по данным следствия, Александр Белоликов осуществлял прямое руководство сотрудниками отдела безопасности, оперативного отдела, отдела специального учета и в числе прочего был обязан выявлять каналы проникновения к осужденным запрещенных предметов и принимать меры к их перекрытию, организовывать обыскную работу в учреждении. Данное направление его служебной деятельности также является предметом проверки следователей СКР по Вологодской области. Алексей Шестаков совершил побег 22 марта. За ним прилетел захваченный сообщниками заключенного Татьяной Важалиной и Александром Русаковым вертолет. «Ми-2» завис над территорией колонии, спустил веревку и улетел вместе с заключенным. Как сообщили в СКР, обвиняемые Важалина и Русаков были опознаны свидетелями как лица, севшие в вертолет на базе отдыха «Ирма» и захватившие транспортное средство под угрозой применения «предметов, используемых в качестве оружия». Татьяну Важалину уверенно опознал продавец магазина оружия в Санкт-Петербурге, сообщив, что она 15 марта прибрела пневматический пистолет — по внешнему виду аналог пистолета Макарова, а также макеты гранат (две гранаты для игры в пейнтбол и две дымовые гранаты).
Пытки в полиции
Скандал в Казани продолжает набирать обороты. Всеобщее внимание к теме пыток в республиканской полиции было привлечено после того, как 11 марта 52-летний Сергей Назаров скончался в казанской больнице, куда был доставлен из ОВД «Дальний». Выяснилось, что к задержанному применяли пытки, чтобы заставить его признаться в краже. Теперь уже экс-заместителя начальника уголовного розыска отдела полиции «Дальний» 24-летнего Алмаза Василова. Обвинение все то же — «превышение должностных полномочий, совершенное с применением насилия». Будучи простым «опером», молодой сотрудник полиции пытал задержанных, выбивая таким образом из них нужные показания… Сперва дела замяли, но сейчас о них снова стало известно. Но самое страшное, что, как только стало известно о произволе полицейских ОП «Дальний», посыпался целый вал подобных разоблачений! После этого от местных жителей республики поступило множество сообщений о других случаях пыток в ОВД Татарстана. Несколько полицейских были уволены и стали фигурантами уголовных дел, была назначена крупномасштабная проверка всего состава МВД Татарстана, а также жалоб, поступивших на полицейских региона за последние два года. Между тем министр МВД Татарстана Асгат Сафаров опроверг обвинения в том, что в своей книге фактически оправдал применение пыток, хотя ранее с таким заявлением выступил член Общественной палаты РФ адвокат А. Кучерена. Министр заявил, что его оппоненты вырвали фразы из общего контекста его мемуарной книги «Закат казанского феномена», вышедшей в 2012 году. Однако в прессе, в частности, цитировали слова Сафарова: «…мое глубоко внутреннее убеждение: забрав чужую жизнь, преступник должен расплачиваться своей… Средневековая жестокость имела логичное объяснение — если нельзя казнить душегуба несколько раз, то можно отнять жизнь максимально мучительным способом — в назидание всем остальным». Сафаров заявил, что он не за пытки, но за справедливость и «жесткие бескомпромиссные методы», с помощью которых в Татарстане «удалось сломать хребет организованным преступным группировкам» (истории этой борьбы посвящена книга). «Именно из-за непримиримости к организованной преступности в Татарстане невозможно повторение трагедий ни Кущевки, ни Сагры», — отметил министр. По его мнению, фраза о расплате жизнью за жизнь означает, что даже в условиях моратория на смертную казнь убийца все равно платит своей жизнью, «находясь до гробовой доски за решеткой».
На днях стало известно о зверствах в полицейских участках в Кирове и Уфе и сразу два случая в Кемерове. Следственный комитет России возбудил несколько уголовных дел в отношении полицейских из других городов за подобные преступления.
