же время полностью изолировать от Франции его самого.
Пруссаки и русские считали, что этот план удаляет коалицию с прямой дороги в Париж, обрекает ее на долгий обходной путь через Базель и влечет за собой слишком сильное разделение действующих войск, ибо невозможно было обойтись без армии в Нидерландах и у Кобленца и Майнца. Вследствие чего получалось три армии, что могло позволить Наполеону совершить его излюбленный маневр и разбить все три по очереди. Разногласия по этому вопросу были столь серьезными, что внушили членам коалиции опасения за сохранение союза. Англичане высказались за план Австрии, и он получил перевес.
С 10 по 20 декабря были согласованы все детали движения за Рейн. Прежде всего, решили, что военные операции продолжатся, что Блюхер с корпусами Йорка, Сакена и Ланжерона, вюртембержцами и баденцами, включавшими 60 тысяч человек, подготовится к переходу через Рейн между Кобленцем и Майнцем и затем выдвинется вперед между французскими крепостями; что в то же время армия Шварценберга, состоявшая из австрийцев, баварцев и русских, а также прусской и русской гвардии, включавшая около 160 тысяч человек, выдвинется к Базелю, перейдет через Рейн в его окрестностях или в самом Базеле, если Швейцария, отбросив всякую щепетильность, сама откроет ворота; что оборонительные рубежи Франции будут обойдены через Гюнинген, Бельфор и Лангр.
В соответствии с принятым планом действий начали выдвижение. Блюхер сконцентрировался между Майнцем и Кобленцем; Шварценберг направился к Швейцарии, повернув от Страсбурга к Базелю. Государи и дипломаты выехали из Страсбурга в Фрайбург. Шварценберг 21 декабря подошел к Базельскому мосту, и командующий швейцарскими войсками, сочтя невозможным противостоять вооруженной Европе и заявив формальный протест, без единого выстрела освободил проход. Союзники выступили с заявлением, что будут неизменно уважать швейцарский нейтралитет в будущем, то есть тогда, когда не будут испытывать нужды в его нарушении, а наоборот, будут нуждаться в его соблюдении. Армии союзников двинулись вперед и вскоре заполонили Швейцарию и Франш-Конте. Баварцы направились на Бельфор, а австрийцы – на Берн и Женеву, чтобы передвинуться, перейдя через Юрские горы, на Безансон и Доль. Блюхер у Майнца ожидал, когда австрийцы завершат свой длинный обход, чтобы самому перейти через Рейн. Так, 21 декабря 1813 года, в навеки памятный роковой день, после двадцати лет невиданных триумфов, Империя подверглась вторжению.
Известие о переходе союзников через Рейн у Базеля не потрясло и не поколебало Наполеона, но весьма его огорчило, ибо он тотчас разгадал замысел врагов. Он понял, что с ним более не хотят вести переговоры; что из-за промедления с ответом франкфуртские предложения стали тем, чем поначалу не были, то есть отвлекавшим маневром; что союзники решили воевать зимой и пытаться закончить войну теми силами, какие остались у них после сражений в Дрездене, Лейпциге и Ганау. Теперь Наполеону оставалось только обороняться с помощью сил, которые еще оставались в его распоряжении, добавив к ним тех, кого он успеет собрать за один-два месяца.
Он должен был срочно использовать людей, которых префекты успели набрать в опустошенных краях в ноябре и декабре, но количество их, к сожалению, было весьма незначительно. Обращение к наборам 1811, 1812 и 1813 годов, которое должно было доставить 140 тысяч человек, доставило только 80 тысяч конскриптов, правда, хорошего качества, а обращение к более давним годам – не более 30 тысяч. Наполеон распорядился тотчас зачислить их в сборные пункты бывшего корпуса Даву, расположенные в Бельгии, и в корпуса Макдональда, Мармона и Виктора, расположенные вдоль Рейна. Мармону он предписал не оставаться взаперти в Майнце, выйти из него, перейти через Вогезы и подобрать по пути конскриптов, которые поначалу должны были присоединиться к нему в Майнце. Виктору он приказал покинуть Страсбург, оставив в нем, помимо национальных гвардейцев, некоторое количество батальонных кадров и часть конскриптов, и зачислить остальных в ряды 2-го корпуса, которым он командовал. Конскрипты, предназначавшиеся Италии, были остановлены в Гренобле и в Шамбери и собраны в Лионе, где Наполеон хотел с помощью сборных пунктов Дофине, Прованса и Оверни составить армию, которая преградит неприятелю выходы из Швейцарии и Савойи. Наконец, конскрипты Бургундии, Оверни, Бурбонне, Берри, Нормандии и ОрлеанJ[10]. были направлены на Париж, чтобы пополнить гвардию и сборные пункты, которые должны были отходить на столицу при приближении армий захватчиков. Конскриптам Юга предписывалось продолжить движение на Бордо, Тулузу, Монпелье и Ним, где формировались резервы двух испанских армий.
Первое направление движения, заданное 110 тысячам солдат, которых успели призвать, указывало, каким способом намеревался использовать их Наполеон. Корпуса Макдональда, Мармона и Виктора должны были принять как можно больше конскриптов, вооружить, обмундировать и обучить их во время медленного отступления на Париж. Однако эти войска могли сдержать продвижение вторгшихся армий лишь на несколько дней. Наполеон занялся созданием резервных войск под Парижем, которые должны были присоединяться к основным силам постепенно, по мере формирования. Они формировались из новых батальонов гвардии, часть которых организовывалась в Париже, и сборных пунктов, которые сдвигались к столице, заполняясь конскриптами из центральных провинций. Не ограничившись объединением в Париже сборных пунктов с берегов Рейна, перенесли в Париж и внутренние сборные пункты, в которых не было нужды на восточной и южной границе. Старый герцог Вальми, долгое время занимавшийся надзором за сборными пунктами Рейна, продолжал выполнять эту миссию и между Рейном и Сеной. Так Наполеон надеялся сформировать две резервных дивизии, предназначенных для знаменитого генерала Жерара, столь отличившегося в последних кампаниях. Тотчас после прибытия, зачисления, вооружения и обмундирования конскриптов эти две дивизии должны были выдвинуться на соединение с действующей армией, организуя и обучая новобранцев по дороге.
Как бы ни ускорялось формирование этих войск, они не отвечали масштабу опасности. Двенадцать – пятнадцать тысяч конскриптов, поспешно зачисленных в кадры гвардии, и двадцать – двадцать пять тысяч в сборных пунктах, сосредоточенных в Париже, представляли собой слабую помощь маршалам, которым предстояло отступать на Шампань и Бургундию с войсками, оставшимися у них после Лейпцига и Ганау. Наполеон решился, хотя поначалу ему это претило, воспользоваться Национальной гвардией. Он поручил префектам Бургундии, Пикардии, Нормандии, Турени и Бретани обратиться к коммунам, где недовольство не заглушило патриотизм, и затребовать у них элитные роты Национальной гвардии. Местами сбора гвардейцев Наполеон назначил Париж, Мо, Монтро и Труа. Эльзас и Франш-Конте также должны были предоставить Национальную гвардию, чтобы занять проходы Вогезов.
К несчастью, недоставало ружей, ибо, несмотря на создание мастерских в Париже и Версале, огнестрельное оружие не поступало в достаточном количестве, и у нас было больше солдат, чем ружей.
Оставался ресурс, к которому Наполеон был готов обратиться, не беспокоясь о жертвах, которые он повлечет.
