все огромным количеством энергии, и постоянно находись там, где хочешь именно ты. С Пустотой же любому живому существу нужно быть осторожней. Стереть тебя с лица мира куда проще, чем ты представляешь».
— Значит настолько силен…Тогда расскажешь ли о каких-нибудь еще очень сильных фруктах? Что-то, что действительно может показать разрушительный потенциал, как Землетрясение или что-то на уровне силы Клонирования и Увеличения? Полезно правда сверху было бы еще знать, владеет ли ими кто-нибудь.
— «Известно ли тебе, что для каждого человека будет свой сильный фрукт? Многие не раскроют потенциал и Клонирования с Увеличением, кто-то разрушит свое тело от силы Землетрясения, а кто-то сотрет сам себя пустотой. Сильных фруктов огромное множество, Король, и заметно большая часть сохранилась даже до вашего времени, но я не буду говорить о всех сильных фруктах, ведь тебе достаточно подумать о желаниях людей. Практически все намерения чем-то владеть и управлять, могут быть воплощены в силу. Подумай о смерти, и поймешь, что и такой фрукт может существовать».
— Есть фрукт смерти? — Брови сразу же выгнулись дугой, но в качестве ответа Голос лишь без каких-либо эмоций угукнул в голову, заставив меня зависнуть в мыслях…честно, это стремно, ведь желаний у людей куча, и могущественных фруктов может быть множество. Хотя есть и проблема… — Ты сможешь указать, где лежат подобные могущественные фрукты?
— «В мире, повсюду. Исследуй острова и ныряй на дно океана, в поисках клада. Задохнись и принеси собой жертву, ведь в противном случае ты не получишь ответа. Ты желаешь стать сильнее, хотя могущественен и так, но пусть и так. Набирай могущества сколько влезет, но чтобы узнать, что-то подобное, потребуется жертва. Это же касается и местоположения других, можешь не ждать. Я знаю, что ты можешь похищать силы».
— … Неприятно. — Прошептала Робин, тихо поджимая губы.
— Не очень. — Слабо улыбнувшись, я тут же привлек странный взгляд, но пока что лишь махнул на это рукой, и со все еще достаточно хорошим настроением уставился снова в море. — Так понимаю, что бесполезно спрашивать что-то, что может вынести мне сейчас выгоду? Хорошо, тогда мне просто один из множества обычных вопросов.
— «Нх-х-х-х».
— … Почему конкретно, созданные тобой фрукты, которые являются кажется воплощением твоей воли, имеют слабость в виде моря, кайросеки и красных молний? Ты хотел, чтобы люди были могущественнее для уничтожения мира, но при этом сделал эту огромную слабость. Для чего?
Глава 473
Одна из немногих вещей, которые могут меня действительно сдержать даже на моем нынешнем этапе развития — проклятое Кайросеки. Использовать конечно против меня этот морской камень в твердом виде будет трудно. Попросту мое мастерство в ками-э, совмещенное с логией света, позволяет игнорировать большую часть атак, но вот…звук кайросеки и королевские молнии так просто не заблокировать. И если первое мог создавать лишь Вегапанк, который правда изучают уже и Лотара, и вероятно само Правительство, то с молниями куда опаснее. И Шанкс показал на что способен тот, у кого невероятный талант в воле.
Но что если талант совместить с продолжительностью тренировок? Насколько сильно молнии уже у Има будут опасными, и что потребуется, чтобы обходить уже их? Этот вопрос набил на желание обойти эту слабость. Создать что-то, что хотя бы собьет влияние Королевских молний на мою логию, позволив нормально менять форму, но…откровенно, это достаточно трудно, особенно имея столь мало времени и воли. А воли то для этого нужно…невероятное количество.
Поэтому, обдумывая про себя план, который я хотел осуществить с Голосом, непроизвольно стал постукивать ручкой по блокноту, ожидая хоть какого-то ответа от дьявола.
— «Помню, интерес к этому вопросу закладывался в каждом Короле, что приходили ко мне, но ответ весьма сложен. Сила фрукта, которую вы все съедаете, отправляться всегда к сердцу, и потом в стороне создает источник, откуда может подпитывать силу. При этом же…сила сидит не физически в сердце, а на своем уровне. Даже не на уровне воли, для силы фрукта есть отдельное место, и из-за этого сила может раскрыться максимально сильно, особенно, когда не сдерживается ни волей, ни физическим планом. Ты должен это понимать, Король, ты ведь очень немало фруктов своровал».
— Ну… да. К силе фрукта практически не подобраться какими-либо способами, кроме использования тьмы. Хотя я знаю об Артефакте, что позволяет все же почувствовать ту самую силу в сердце.
— «Тайна демона, Серого Короля. Обратиться буквально к силе самого фрукта, а не источника, почти невозможно, лишь этот Артефакт на это способен. Но это же место является и вашей слабостью. Находясь значительно ближе к нашему миру, воля во фрукте старается тянуться ко мне. Любая вода, которая способна поглотить, отправляет волю обратно ко мне, и соответственно вы не можете этому сопротивляться. Так же действует и кайросеки, которое является твёрдой силой моря. В силу особенностей он точно так же заставляет силу фрукта вернуться, хотя в этом случае никто уже и не утонет. Красные молнии же вообще подавляют абсолютно все. Удивитесь, но если бы ваша воля хранилась так же близко, как и сила фрукта, вы бы тонули точно так же. Но конечно, вопрос обстоит уже совершенно другой, да? Зачем именно я создал пространство для фрукта так близко к миру, ведь я мог поместить ее так же глубоко, как и волю. И проблем бы не было…Нх-х-х-х».
Пришлось в очередной раз скривить лицо от крайне неприятно смеха Голоса, и наконец потереть уже лоб. Удивительно насколько неприятные ощущения он может доставлять, особенно раз от него никак нельзя защитить свой разум, он в несколько раз более навязчив, чем Артефакты. Однако удивительно, но Мессинг реагировал уже более активно, хватаясь за голову уже от боли. Его лицо заметно кривилось, прямо как и в моменты, когда я что-то подавлял.
— Он давит на твой разум? — Подойдя ближе к мужчине, я вопросительно уставился ему в лицо, кладя при это руку ему на плечо. В ответ же, убрав руку с лица, он показал красные глаза, в которых собрались слезы. — Воу, что с тобой?
— Голова болит от одного его смеха. Давление подскочило наверно, ухх… — Устало выдохнув, Мессинг с явно страдальческим лицом протер слезы, и подавленно уставился в сторону моря. — Трудно его слушать.
— «У тебя хорошие способности к взаимодействию с природой, трехглазый. Большая активность проявляется лишь у немногих членов вашей расы, н-х. Согласись бы ты мне помочь,
