Им даже удалось захватить нескольких самок, что явилось неожиданной удачей. Самки были заключены в подвалы, за исключением самой молодой и, по предположению Танкуоля, наиболее привлекательной, которую он собирался использовать для завлечения в ловушку Феликса Ягера и Готрека Гурниссона.
Благоприятным для него оказалось даже время прибытия воздушного корабля. Наступающие сумерки помогали скрыть размещённые в доме и погребах войска, поджидавшие гномов в засаде. При виде воздушного корабля Танкуолю пришло в голову, что Ларк мог выжить и, возможно, с ним можно будет связаться. «Во всяком случае, — подумал Танкуоль, — попытаться стоит. Может оказаться крайне полезным наличие на корабле агента, выполняющего мои задания».
У Ларка раскалывалась голова. Теперь это было обычным явлением. В недалёком прошлом он претерпел больше страданий, чем любой скавен с момента сотворения мира. Как несправедливо. Он не просил становиться незваным пассажиром проклятого воздушного корабля. Он не просил тех изменений, что произошли с его телом. «Это искривляющий камень, — думал Ларк, — и те разряды молний, что ударили по воздушному кораблю, казалось бы, лет сто назад. Они вызвали изменения». Он слышал, что похожие изменения происходят с серыми провидцами после продолжительного употребления искривляющего камня, а лишь одной Рогатой Крысе известно, сколько той пыли он вдохнул с момента, как тупые гномы завели свой дурацкий корабль в Пустоши.
Если бы он только оставался в гондоле, где было безопасно. Воздух там фильтровался сетками, было полно еды, а магия людей и гномов защищала от воздействия Хаоса. Увы, это оказалось невозможно. Его тринадцать — раз — проклятый хозяин, серый провидец Танкуоль, настаивал на ежедневных докладах, но его магия не могла связаться с прислужником, пока тот находился в защищённой зоне. И чтобы угодить проклятому хозяину, Ларк покинул защищённую гондолу. А теперь, когда гондола чуть не лопалась от коротышек, Ларку едва удавалось тут прятаться. Его обнаружение лишь вопрос времени, и Ларк сомневался, что столь многих воинов — гномов смог бы одолеть даже невероятной силы скавен вроде него.
И он не знал, что хуже — боль, раскалывающая голову, или голод, глодающий его внутренности. Ларк не мог припомнить, чтобы когда — либо был столь голоден, даже после сражения, когда каждый скавен наиболее нуждается в пище. Голод стал его одолевать после того, как изменилось его тело. Теперь он стал огромен и мускулист, как никогда ранее, с большими, как у крысоогра, мышцами и крупным, словно канат, хвостом. Тело увеличилось, наверное, раза в два против прежнего размера, а когти напоминали кинжалы. Выпячивающиеся рога, похожие на те, что находились на черепе серого провидца Танкуоля, выросли на его голове. «Неужели я становлюсь серым провидцем? — недоумевал Ларк. — Или это всего лишь знак какого — то иного благословения Рогатой Крысы?» Как раз сейчас Ларк не чувствовал себя особо благословлённым. Прямо сейчас он ощущал усталость, голод и жалость к самому себе. Ларк испытывал вполне позволительные опасения перед лицом врага, которые некоторые ошибочно называли „страхом“. А в голове раздавалось это странное жужжание. Жужжание, которое, казалось бы, начало обретать форму слов.
— Ларк! Вот болван! Это ты?
Ларк не понимал, то ли это галлюцинация, вызванная голоданием, то ли перенесённые ужасы, в конце концов, свели его с ума. Однако странно знакомым показался голос — раздражающее высокомерие и презрение ко всем остальным.
— Ларк! Отвечай мне! Я знаю, что ты тут! Я тебя чувствую!
Лапы Ларка нащупали амулет, который выдал ему серый провидец Танкуоль. «Неужели такое возможно? — вопрошал Ларк. — Неужели после долгого времени Танкуоль умудрился восстановить связь?»
— Я вижу воздушный корабль, олух ты эдакий! И могу ощущать твои ничтожные мысли. Если не ответишь мне — сожру твою жалкую душонку и скормлю твой разлагающийся труп Костодёру.
Первые слабые проблески возмущения вспыхнули в мозгу Ларка: «Кто такой этот серый провидец Танкуоль, чтобы обращаться к Ларку в подобной манере после того, что ему довелось вынести? Предпринимал ли когда — либо Танкуоль опасное путешествие в Пустоши Хаоса? Доводилось ли ему проделать столь длинный путь на опасном экспериментальном средстве передвижения? Подвергался ли Танкуоль когда — либо воздействию пыли искривляющего камня и мутировал ли в столь неудержимое создание? Пусть только попробует скормить меня Костодёру, — подумал охваченный яростью Ларк. — Я разорву это существо на куски, сожру его плоть, высосу мозг из разломанных костей, а хрящи выплюну на тебя, могучий серый провидец Танкуоль. Вот увидишь».
Однако Ларк потянулся и дотронулся до кристалла.
— Могущественнейший из хозяев, — прочирикал он. — Неужели это действительно ты? Неужели твоё всемогущее волшебство наконец — то преодолело ужасные препятствия, созданные на его пути мерзкими гномами, и ты восстановил связь со своим верным Ларком?
— Да, идиот, восстановил!
Угрожающая мысль пронеслась через эфир и засела в мозгу Ларка. Скавен был изумлён тем, как его рот и сознание могут излагать столь явную и лицемерную лесть, пока его подсознание и вся душа терзались от возмущения. Ларк понимал — представься ему возможность, он убьёт Танкуоля, и мир от этого станет только чище. Серый провидец некомпетентен и безумен. Он заслуживает смерти и замены на кого — нибудь получше. Кого — то вроде Ларка, если уж честно. Теперь Ларк понимал, что искривляющий камень изменил не только его тело, но и разум наряду с характером. Он стал умнее, и у него открылись глаза на многие вещи. Теперь ему было ясно, что он смышлёнее Танкуоля, и сможет руководить гораздо лучше, если выпадет шанс. Немного подумав, Ларк решил, что лучше всего придерживаться благоразумной осторожности скавенов.
— Где ты, могущественнейший из хозяев?
— Я в человеческой крепости под тобой, жду, когда захлопнется ловушка за этими глупцами коротышками. А теперь докладывай! Где ты был? Почему не отвечал на мои мощные магические вызовы на связь?
«Потому что до меня они не дошли, властолюбивый ты дурень», — подумал Ларк, но ответил:
— Возможно, мой слабый мозг не способен вобрать в себя столь мощное волшебство, искуснейший из чародеев.
— Докладывай! Сколько гномов на борту воздушного корабля? Имеет ли он повреждения? Где вы находились? Много ли сокровищ на борту?
«О чём говорит этот сумасшедший скавен? Сокровища? Какие тут могут быть сокровища? Серый провидец Танкуоль понятия не имеет о том, что происходит на корабле, это более чем очевидно. Он полагает, что я свободно перемещаюсь по воздушному кораблю? Что гномы радостно приветствуют меня и отвечают на все мои вопросы?» — презрение Ларка к Танкуолю росло с каждой проходящей минутой. А его рот произнёс:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
