Вместо «ругера» он пойдёт — тот без фонаря и универсального крепления под него, и тем более без толстой трубы «сапрессора»[62]. К радости моей, добавилось неплохо патронов сорок пятого — в «дэй-паке» толстуна лежали аж пять коробок.
Второй «зиг», с Марка, оказался точно таким же, только двухцветным, поэтому сам я претензий на него не предъявлял — тоже в мешок. Ещё одной винтовкой оказалась американская версия израильского «галила». Эта компания «Вулкан Армамент» закупает ремкомплекты для старых «галилов» в Израиле, делает под них свою собственную фрезерованную ствольную коробку, ну и продаёт потом. К винтовке было четыре странно удлинённых магазина на тридцать пять патронов, причём верх каждого магазина имел следы трения с движущимися частями оружия. Так себе подгонка, оказывается. На обмен пойдёт, случись чего, вместе с пистолетом Марка.
Было ещё два пистолета — «глок» тридцать первой модели под новый патрон «.357 зиг», запасы которого пополнить в дороге было крайне маловероятно, и добротный «Хеклер-Кох Ю-Эс-Пи», тоже под сорок пятый.
Убили Джеффа из новенькой винтовки «Спрингфилд М25» — самозарядной снайперки. Она так и стояла на сошках на вершине насыпи, и кто конкретно пристраивался глазом к её прицелу, так неясным и осталось. Думаю, что Марк: он хорошо стрелял. Но я с ним посчитался, и это здорово. Не надо стрелять в людей тогда, когда их и так мало осталось, и тем более в моих друзей.
Раскидали то оружие, что осталось от Джеффа: три винтовки, включая добытый мной «ремингтон» в камуфляжной раскраске, два пистолета, один из которых я забрал на память, и дробовик. Ещё взял себе картонную коробку с тысячей патронов в пластиковых пакетах.
Затем Паблито притащил бутылку вискаря, предложил помянуть. Разлили по пластиковым стаканчикам, выпили. Мария занималась детьми, Хосе и Алехандро пошли на берег купаться, Дрика легла спать в трейлере. Рентген обнаружил у неё трещины в двух рёбрах, и к вечеру боль усилилась, поэтому она решила отдохнуть, наглотавшись анальгетиков. А мы остались за столом мужской компанией.
— Когда ты собираешься уезжать? — спросил Майк.
— Недели через две, — ответил я. — Когда ходить смогу более или менее нормально.
— А две недели хватит?
— Так доктор сказал, — пожал я плечами. — Должно хватить.
— Дрика едет?
Ага, вот он о чём. Ну, это я заметил: Майк к ней не совсем ровно дышит. А она к нему? Не знаю, на мой не слишком внимательный взгляд — как и ко всем остальным, не больше и не меньше.
— Едет вроде бы. По крайней мере, собиралась. А что?
— Опасно, — сказал он после короткой паузы. — Мир развалился, а те люди, что остались, будут делиться на выживающих любыми средствами и просто любителей этих самых «любых средств».
— И?..
— Путешествовать с молодой красивой блондинкой будет опасно.
Об этом я думал, хоть красивой в прямом смысле этого слова её не считаю: у меня критерии отличаются от американской провинции. Но симпатичная, в качестве чьей-то добычи вдвойне привлекательна. Но есть и другой момент.
— Это её желание, если быть честным, — сказал я в ответ. — Я ни на чём не настаиваю.
— Я знаю, — осторожно ответил Майк. — Но ты взрослый и разумный человек — мог бы просто намекнуть ей, что такая дорога не для неё.
— Намекнуть мог бы, — согласился я. — Но не факт, что она этот намёк поймёт, а если поймёт, то последует совету. И я, собственно говоря, заинтересован в её присутствии.
— Этого я не заметил, — усмехнулся он. — Ты на неё как на стену смотришь.
— Не совсем так, — возразил я. — Я смотрю на неё как на человека, который способен подержать руль, например, перевязать, поддержать огнём, как вчера. Если бы она не выстрелила, то меня бы просто убили. Одному трудно ехать, и не думаю, что кто-то из вас согласился бы отправиться со мной в роли напарника. Верно?
Он помялся, но кивнул:
— Верно. Я твою позицию понимаю.
— Я вот что обещаю сделать… — посмотрел я ему в глаза. — Я с ней поговорю. Серьёзно. Объясню, что нас может ждать по пути. Объясню, что здесь она уж наверняка выживет, а в пути никто ничего не гарантирует. И дальше пусть решает сама. Это предел того, что я могу сделать.
— Этого достаточно, — ответил Майк. — Кстати, завтра с утра в мэрии нас распределят по работам. Пока ты был у врача, подходила женщина оттуда.
— По каким?
— Точно не знаю, но есть вероятность, что Паблито будет автомехаником, а меня направят на монтаж солнечных панелей. Только их сначала добывать придётся.
— Грабить склады?
— Именно, — кивнул он. — В городе должны быть ещё большие запасы. Кстати, не хочешь смонтировать себе панель на крышу фургона?
— Зачем? — не понял я.
— Поставишь второй аккумулятор, а панель присоединишь к зарядному устройству. И пока будешь ехать, батарея будет заряжаться.
— От одной панели? — усомнился я.
— Большая панель спокойно обеспечивает работу обогревателя для воды на целый дом. На аккумулятор хватит за глаза. А если ты на привал где-то остановишься, то можешь запитать от неё что угодно.
Я озадачился: никогда об этом не думал. Но вспомнил, что Майк всё же работал долго электриком, как он сам мне говорил, а потом заочно окончил Аризона Стэйт как раз по этой специальности, так что доверять можно.
— На крышу? Она какая по размерам и весу?
— Если ставить большую из монокристаллического кремния, то шесть с половиной футов на три. И весит фунтов сорок. Даже не заметишь дополнительного веса, — ответил Майк.
Вообще-то более чем неплохое предложение. Остановиться где-то с севшим или испорченным аккумулятором грустно, тем более что завести машину с автоматической коробкой с толкача… И в брошенном транспорте аккумуляторы начнут разряжаться уже… А тут свой свет, своя зарядка для раций даже на привале, без расхода топлива в генераторе… Солнца много — что в Аризоне, что в Нью-Мексико, который мне пересекать, что в самом Техасе. Сплошное солнце.
— Точно сделаешь?
— Никаких проблем, — усмехнулся он. — Сам всё смонтирую, если с Дрикой обещаешь поговорить.
— Договорились.
Точно, влюбился. При этом напрашиваться явно избегает — стеснительный. Ну да ладно. Правда, отправляться в дорогу одному точно не с руки, но и насильно тащить никого не стану. Если по совести, то поговорить ещё раз нужно. Тем более, как я слышал, ей работу в местном «госпитале» предложили, медсестрой, точнее, ученицей медсестры. Безопасность, охрана, процветание общины, захватившей всю воду в пустыне. Но у неё мама в Амстердаме.
Какое-то плохое предчувствие у меня насчёт Амстердама. Ничего конкретного, но пока Интернет ещё более или менее работал и можно было читать новости со всего мира, из Европы они шли особенно плохие. Мало оружия, много либералов у власти, теснота… Даже в швейцарцев я не очень верю, если честно, хоть и говорят, что там у каждого дома по автомату с боекомплектом. Для этого ещё и характер нужен, и менталитет особый, в противном случае реальная ценность автоматов резко приближается к ценности анальных вибраторов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
