Такое разноречие и поставило меня в необходимость в депеше от 3 июля за № 507 настоятельно рекомендовать Вам на будущее время, при донесениях столь исключительной важности, неукоснительно всякий раз указывать источник и степень достоверности передаваемых Вам агентурных сведений, безотлагательно принимать меры к проверке таковых и вообще относиться осторожнее к сообщениям подобного рода.
По поводу этого разъяснения Ваше Высокоблагородие сочли нужным в ответной телеграмме от 4 июля № 145 высказать личный Ваш взгляд по данному предмету, причем, ссылаясь на возможность выступлений автономных боевых групп и упомянув о сношениях Гольденберга с Верой Фигнер, Тепловым и др., заявил и что, ввиду важности агентурного сообщения, Вы не находили возможным умалять его значение характеристикой источника, тем более что если заявитель и не заслуживает доверия, то получение им сведений от Гольденберга, с которым он сносился в Лондоне, представляется вполне допустимым.
Усматривая из такового Вашего отзыва, что преподанные мною в телеграмме за № 507 указания не совсем правильно усвоены Вами, я, в устранение всяких превратных толкований, считаю нужным еще раз подтвердить к неуклонному исполнению изложенное в помянутой депеше распоряжение и при этом пояснить, что на Вашей обязанности лежит осведомлять Департамент о всех [более выдающихся] сообщениях агентуры, что какое бы то ни было умаление подобных сведений признается Департаментом совершенно недопустимым и что требования Департамента исключительно клонятся к получению от Вас агентурных сведений во всей их точности, т. е. в том именно виде, в каком они поступают в Ваше распоряжение, с непременным притом указанием источника их получения (кличка секретного сотрудника), как это требуется вообще от всех розыскных учреждений, и с добавлением, при сенсационных сообщениях, Вашего заключения о степени их достоверности, так как в этом отношении мнение лица, непосредственно связанного с агентурой и знающего индивидуальность последней, имеет, конечно, немаловажное значение; что же касается засим оценки доставленных в таком виде сведений, то это всецело относится уже к предмету ведения Департамента, который и в данном случае сумел бы самостоятельно разобраться в вопросе о том, насколько возможно для заявителя, не внушающего к себе доверия, получение сведений первостепенной важности непосредственно от видного революционного деятеля, и не преминул бы, конечно, также по собственной инициативе войти в обсуждение вопроса о возможности участия в замышляемом предприятии автономных боевых групп.
Сообщая об изложенном, не могу в заключение не отметить, что в последнем Вашем докладе по настоящему делу вновь замечается неуместное с Вашей стороны стремление к вступлению в пререкания с Департаментом.
Примите, Милостивый Государь, уверение в совершенном моем почтении и преданности.
Источник: Агентурная работа политической полиции Российской империи. Сборник документов. 1880–1917. СПб; М., 2006. С. 202–205.
Справка Департамента полиции об организации заграничной агентуры. 16 февраля 1916 года
После обнаружения в 1909 г. во Франции деятельности заведующего заграничной агентурой Гартинга и заявления во французском парламенте председателя Совета министров Клемансо об отсутствии во Франции иностранной полиции, возник вопрос о возможности дальнейшего существования за границей секретного заграничного бюро.
Вследствие сего было решено, после необходимых перемен в личном составе служащих в секретном бюро деятельность последнего не прерывать. Но подобное неофициальное положение нашего розыскного бюро за границей, в связи со случаями разоблачения его деятельности со стороны агентов наружного наблюдения, при крайней чувствительности французской полиции ко всяким инцидентам, могущим поднять вопрос о продолжении деятельности означенного бюро во Франции, создало не только чрезвычайно трудное положение для осуществления возложенной на бюро розыскной деятельности, но могло вынудить французское правительство к заявлению о желательности прекращения во Франции всякой деятельности русской полиции.
Для выхода из этого положения в целях сохранения для нас возможности вести за границей политический розыск признано необходимым преобразовать постановку русского заграничного розыскного бюро на таких началах, когда, при возникновении вопроса о деятельности нашей политической полиции, французскому правительству не придется давать объяснений по вопросу о воспрепятствовании действию организованного и субсидируемого Департаментом предприятия.
В этих целях Департаментом полиции в конце 1913 г. русское заграничное бюро по политическому розыску было преобразовано на следующих основаниях:
В Париже организовано на средства Департамента, с соблюдением всех требований французского закона, частное розыскное бюро «Бинт и Самбен», которое подобно другим существующим частным предприятиям занимается розыскной деятельности вполне легально.
Деятельность этого частного бюро подчиняется статскому советнику Красильникову, являющемуся в действительности заведующим всем секретным политическим розыском за границей, организованным Министерством внутренних дел.
В качестве директора-владельца частного розыскного бюро назначен Генрих Бинт, а в качестве его помощника Альберт Самбен, бывшие агенты наружного наблюдения.
В личный состав служащих частного розыскного бюро, за увеличением всего прежнего состава наружного наблюдения, включено 18 из уволенных агентов, считая в том числе Бинта и Самбена.
Из личного состава служащих в частном бюро в сношениях со статским советником Красильниковым находятся только Бинт и Самбен, остальные служащие не должны знать о существовании этих отношений.
Заведующий заграничной агентурой именуется в переписке: «Командированным министерством внутренних дел за границу для сношения с местными властями и российскими посольствами и консульствами», причем положение его в Париже легализировано, как представителя от министерства внутренних дел.
В непосредственном распоряжении заведующего заграничной агентурой находятся агенты для охраны пребывающих заграницей высокопоставленных лиц.
Сношения с секретной агентурой и руководством последней производятся при посредстве командированных в распоряжение заведующего заграничной агентурой лиц.
Для исполнения разного рода отдельных поручений по сношениям с чинами французской полиции по текущим делам назначен бывший заведующий наружным наблюдением Биттар-Монен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
