в цифрах, так как при неразборчивости рукописи у переписчика нет возможности догадаться по контексту, как это бывает при переписке неразборчивых слов. Что такие ошибки именно были, доказательством этого служит Быт. V, 25–27, стихи, где в переводе LXX толковников говорится, что Мафусал жил 167 лет до рождения Аамеха и 782 года после него: «Всех же дней Мафусала было 969 лет». Между тем сумма означенных выше лет (167 + 782) составляет всего 949 лет. Ясно, что первую цифру надо исправить в 187 (вместо 167), и тогда именно получится 969 лет, как это и значится во всех списках Библии. В противном случае явилась бы еще большая несообразность, именно, что Мафусал жил 14 лет после потопа. Отсюда мы можем заключить, что хронология, как не имеющая прямого отношения к основным началам веры и нравственности, есть предмет второстепенный в Библии и точное определение ее не входило в задачу бытописателя, а предоставлено усмотрению разума и изысканиям наук.
Тщательное исследование между тем показывает, что для составления точной и полной библейской хронологии нет твердых данных не только в отдельных цифрах лет жизни патриархов, но и в самых родословных, которые не проведены с безусловной последовательностью. Так, в еврейском тексте в родословной послепотопных патриархов пропущен Каинан, и говорится, что «Арфаксад родил Салу», между тем как по греческому тексту LXX и свидетельству св. Луки (III, 36) Сала был внук Арфаксада и сын Каинана. Таким образом, здесь нужно допустить или ошибку в еврейском тексте, или слово «родил» понимать не в строгом смысле сыновства, а в смысле вообще потомства. Что слово это иногда употребляется в Святом Писании в таком именно широком смысле, показывает Матф. I, 8, стих, где читаем: «Иорам родил Озию»; между тем из истории известно, что Озия был не сыном Иорама, а его праправнуком (Иорам — Охозия — Иоас — Амасия — Озия). Еще неопределеннее употребление в еврейском языке слова «сын», которое часто прилагается к отдаленным потомкам. Лаван в Быт. XXIX, 3 называется сыном Нахоровым, между тем как в действительности он был внуком его от Вафуила (Быт. XXIV, 15 и 29); Шевуил в 1 Пар. XXVI, 24 называется сыном Гирсона, сына Моисеева, хотя жил несколько столетий спустя после него; Христос называется «сыном Давидовым» и т. д. Ввиду этого нет ничего невозможного в том, что бытописатель мог опустить некоторые звенья генеалогии патриархов допотопных и послепотопных, чтобы подвести их под известную симметрию — по десять родов в каждой, подобно тому, как это сделал св. Матфей, опуская некоторые звенья родословной Христа, чтобы подвести ее под три симметрические группы, состоящие каждая из четырнадцати родов (I, 17). Если же так, то библейская хронология не может быть определена с безусловной точностью, и определение ее может иметь значение лишь приблизительное, какового и совершенно достаточно для главной цели библейского повествования, именно уяснения постепенного хода веры и нравственности ветхозаветного человечества, жаждавшего избавления свыше.
Но указанная неопределенность библейской хронологии отнюдь не дает места для произвольного отнесения сотворения человека на десятки и сотни тысяч лет до Р. X., как это делают некоторые геологи, принимающие во внимание лишь показания слоев земли. Напротив, все более твердые и несомненные данные показывают, что историческая жизнь человечества восходит не далее 5–6 тысяч лет до Р. X., как это именно и выходит приблизительно по летосчислению LXX толковников, принятому православной церковью. Ввиду этого последнее имеет больше значения и вероятия, чем еврейское, принятое западной церковью, и к этому убеждению начинают склоняться даже западные богословы (как, например, Вигуру), припоминающие, что греческое летосчисление было принято и западной церковью, держалось в ней в течение шести веков и оставлено совсем не ранее XVI века. Разницу между этими системами летосчисления можно видеть из следующей таблицы:
Но эти цифры колеблются в исчислениях различных ученых-исследователей и для окончательного установления требуют соображения их с показаниями последующих периодов библейской истории. Тогда исход из Египта нужно будет отнести к концу XV века, что склоняет весы вероятности в сторону еврейского летосчисления в этих позднейших периодах истории.
III. Предания о потопе
Предание о потопе распространено по всему земному шару, и сама распространенность эта служит сильным подтверждением его исторической достоверности. Следы его в той или другой форме мы встречаем у народов всех частей света, хотя и с видоизменениями, объясняющимися влиянием местных условий и своеобразных воззрений различных народов. В Индии Ману спасается от потопа в корабле, который он построил по предсказанию рыбы, и по выходе из корабля совершает образцовую жертву. В Персии Иима спасается от потопа в огороженном саду на вершине горы, где вместе с ним спаслись и представители всего живущего на земле. Известие об окончании потопа принесено ему птицей каршиптой. В Греции было два предания о потопе: в Беотии спасся от потопа в корабле Огигес, древний царь беотийский, сделавшийся родоначальником послепотопного человечества, а в Фессалии — Девкалион и Пирра, корабль которых остановился на Парнасе. В Египте, где наводнение считалось благодеянием, так как от него зависело благосостояние страны, предание о потопе изменено было в том смысле, что нечестивый род человеческий наказан был язвой, истребившей его весь, за исключением немногих лиц, сделавшихся родоначальниками нового человечества. Жертвоприношение спасшихся людей и обещание богов не губить впредь человеческого рода ясно указывает на то, что под этим преданием разумеется именно видоизмененное сказание о потопе, тем более что и главный действующий в этом событии бог (Нун, Ну) имеет звуковое сходство с именем Ноя. В Америке, именно в Мексике, предание о потопе весьма близко подходит к библейскому. Мексиканский Ной — Кокс-Кокс спасся со своей женой на корабле; для удостоверения в состоянии земли он выслал коршуна, который не возвратился; но затем посланная колибри принесла ему ветвь с распустившегося дерева, которая и засвидетельствовала об окончании потопа. У жителей островов Фиджи существует предание, что их острова вскоре после заселения были потоплены и все жители погибли, но боги выслали две барки, на которых и спаслось восемь человек.
Но самое сходное с библейским сказанием предание халдейское. Оно давно уже было известно по передаче его вавилонским жрецом Берозом, жившим в III веке до Р. X.; но так как можно было подозревать, что Бероз, как писавший по-гречески и в столь позднее время, мог привнести в свой рассказ и черты, заимствованные из Библии, то ему и не придавали должного значения до последнего времени, когда открыт был халдейский подлинник этого предания. Именно при разборе
