С содроганием смотрел Гарри перед собой.
Была ночь. В небе горели немигающие и удивительно яркие звезды. Они-то и освещали странную местность. Гарри тихо шел по каменистой земле. Взойдя на одну скалу, он увидел перед собой ледяное поле.
В изнеможении Гарри сел. Он ничего не понимал. Он хотел уже снять скафандр, но руки не поднимались. Сердце болезненно колотилось.
Медленно он оглядывался вокруг. Ужас душил его. Он видел вымершую пустыню. Ни одного живого существа… Что произошло? Где его Дженни?
Смутно рождалась мысль о какой-то катастрофе.
«Может быть, война? — подумал он. — Но почему же лед? Неужели море замерзло?»
Гарри не чувствовал холода через скафандр, но он вдруг понял, что страшный мороз сковал поверхность земли.
Гарри подумал, что долгий плен свел его с ума, что это галлюцинация. Тупо смотрел он перед собой. Ни один звук не нарушал полной тишины. Даже там, внизу, Гарри не чувствовал себя одиноким, а здесь…
Гарри вскочил и закричал. Закричал дико, не по-человечески. Потом побежал. Он бежал вниз, туда, где простиралась ледяная равнина.
Задохнувшись, он упал на скалы и долго лежал, боясь оглянуться. Что случилось? Что произошло? Какой дикий кошмар давит его? Верно, он все еще лежит в своей штольне. Сейчас, сейчас он проснется…
Но Гарри не просыпался. Он поднял голову и увидел матово-черное небо.
Необычное зрелище заставило его вздрогнуть и подняться на ноги.
На этом пустом черном небе, без зари, без рассвета, из-за ледяного поля появился ослепительный край солнца, а рядом с ним по-прежнему ярко горели холодные звезды.
Кошмар продолжался.
Гарри видел, как от его скалы легли темные, геометрически правильные тени. Он видел, как первые лучи солнца коснулись ледяного поля. Оно засветилось драгоценными камнями, засверкало до боли в глазах, и тотчас над ледяным массивом заклубился нежный туман. Гарри ничего не понимал. На его глазах тяжелые льдины без всякого переходного состояния превращались прямо в пар.
Яркое, словно вырезанное в черном небе, окруженное косматой огненной короной солнце ползло вверх. Дико выглядело это дневное взлохмаченное светло на мрачном небе.
Из-подо льда стала проступать вода. Льдины плавали теперь в клокочущем кипятке. Беспокойно бросались из стороны в сторону бурлящие волны. На поверхности моря вздымались гигантские, наполненные белым паром пузыри. Вверх поднимался густой туман.
Гарри понял, что произошло что-то страшное, непостижимое, чего нельзя объяснить. Жутко было подумать, что, может быть, только он один ходит еще по Земле…
Ноги Гарри шлепали по лужам воды, которая почти мгновенно высыхала, превращаясь в струйки тумана. Пар клубился над всей поверхностью клокочущего моря. Казалось, что весь океан превращается в гигантское облако. Туман наполнял собой все, окружая Гарри сплошной ватой. Гарри почти ничего не видел. Страх перед одиночеством гнал его куда-то. Вместе с тем он почувствовал голод. Но ведь он не мог есть, не снимая шлема, а сделать это он безотчетно боялся.
Теперь до слуха Гарри стали доноситься звуки. Гарри вздрогнул прислушиваясь. До него доносились какие-то взрывы, раскаты артиллерийских залпов. Надежда и страх боролись в Гарри. Неужели война? Но что могло случиться с природой? Или эти звуки тоже проявление чего-то неведомого?
В этот момент с треском лопнула скала, на которой недавно стоял Гарри.
Гарри отскочил в сторону. Скала лопнула, как холодный стакан, в который налили кипяток.
Нет, это не война. Трескается земля. Солнце мгновенно раскаляет камни…
Скоро плотный туман непроницаемой пеленой закрыл все вокруг.
Гарри бежал к морю. Достигнув берега, он увидел, как вода отступала перед ним. Он бежал, задыхаясь, одержимый дикой мыслью не дать ей уйти. А море отступало все дальше и дальше, словно начался небывалый отлив. Но Гарри понимал, что это испаряется море, превращаясь в туман.
Под ноги Гарри попал какой-то предмет, увлекаемый водой.
— Лодка, лодка — крикнул Гарри и уцепился за алюминиевый край.
Он уселся в лодку и, ухватившись за ее края, сидел, дико озираясь вокруг и не видя ничего, кроме тумана.
Гарри не хотел покидать этого осколка человеческой культуры, попавшегося ему. На нем он бежал от грохота разверзающейся под ногами земли, от жуткой, вымершей пустыни… Лодка была алюминиевая, с герметически закрывающимся верхом. Гарри не боялся утонуть. Он лег на дно и зажмурил глаза. Он пролежал так несколько часов, в течение которых отступало море, вырастали материки и обнажались новые острова.
Белые хлопья тумана лизали скафандр и маленькую лодку. В тумане теперь чувствовалось движение. Казалось, что он растекается по всей Земле, стараясь заполнить пустоту.
Гарри пришел в себя от воя ветра. Это сырым черным ураганом мчался туман. Волны бросали лодочку. Гарри опять захотел жить. Поспешно вычерпал он воду из лодочки, закрыл герметический верх, плотно затянув резиной отверстие, из которого высовывался корпус его скафандра. Скафандр предохранял его от воды. Дикая жажда жизни снова заговорила в Гарри.
До его слуха донесся гул и грохот, словно где-то поблизости низвергался водопад. Гул приближался, причиняя ушам физическую боль.
Вдруг Гарри увидел перед собой стену воды. Это была не волна. Это скорей походило на сорвавшийся с места горный хребет.
На мгновение туман рассеялся. Гарри видел, как с вершины водяной горы летели клочья белой пены, похожие на облака, и смешивались с туманом.
Гарри показалось, что сюда мчится другой океан — может быть, из противоположного полушария, стремясь восполнить испарившееся за утро море.
В следующий миг вода закрыла Гарри и его лодочку.
Долго был Гарри под водой, чувствуя, что вертится, опрокидывается… Мрак окружал его. На мгновение он включил электрический фонарик. Беспомощный зеленоватый лучик протянулся на несколько метров. Гарри ничего не видел. Но он не гасил этот огонек. С любовью он думал теперь о своей кладовой, где можно было так хорошо поесть, выпить, поспать… Лучше бы он и не выбирался на эту проклятую поверхность! Но что же случилось с Землей? Какие страшные потрясения произошли с ней? Зачем он не вернулся в свою штольню, а побежал за этой дурацкой лодкой? Нет, все равно бесполезно! В штольне теперь такой же отравленный воздух, как и вокруг. А может быть, его и совсем нет?
Эта страшная мысль вдруг поразила Гарри. Он сразу понял значение свиста и разреженного воздуха в последние дни работы в штольне. Значит, из его штольни исчезал воздух! Но как могла исчезнуть с поверхности Земли вся атмосфера?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
