Но использовать черную магию или нелегальные лекарства просто для облегчения собственной жизни — это как лгать для собственного удобства, постепенно уговорить себя верить, что ты имеешь право нарушать правила, что ты — над ними. Нет. Я не стану превращаться в Трента.
Я с шумом выдохнула воздух.
Я не буду этого делать, — сказала я, и он кивнул, хотя зеленые глаза прищурились тревожно. Он был решительно со мной не согласен, но принял мое решение, отчего мне тут же стало лучше. Моей жизнью распоряжаюсь я. Я распоряжаюсь. Вот так вот.
Какое заклинание первым? — спросил Дженкс, протягивая руку слетевшему к нам Джаксу. Крыло у него было надтреснуто и сочилось пыльцой, но ни Дженкс, ни я ничего не сказали. Приятно было видеть, как маленький пикси проявляет интерес к тому, что его отец считает важным — пусть даже только потому, что проиграл схватку Рекс.
Я нервно постучала по страницам:
— Ту костяную статуэтку у тебя не сперли вместе с помадкой?
Дженкс заулыбался:
— Не-а.
Джакс взлетел к лампе на потолке, а его отец пошел к растущей груде мешков возле телевизора. Никогда не видела мужчины, который мог бы обогнать меня в шопинге, но Дженкс оказался мастером. Я пыталась не пялиться на его зад, когда он нагнулся, пошарил в пакетах и быстро вернулся в кухню с одинаковыми коробочками. Их он поставил на стол, и пыльца пике и посыпалась на нас, как только он их открыл. В первой был жуткий резной тотем, и Дженкс, оставив его на меня таращиться, открыл вторую.
— Без единой царапинки.
Его зеленые глаза довольно светились.
Я подняла статуэтку волка, ощущая тяжесть и холод кости. Неплохой вариант для перемещения вервольфова проклятия. Задумавшись и глядя вникуда, я вспомнила жадность Ника, и тогда мой взгляд вернулся к тотему Дженкса.
— А, это… Ник вот это видел? — спросила я, указывая на статуэтку волка.
Дженкс пренебрежительно фыркнул, качаясь на поставленном на две ножки стуле.
— Я ему не показывал, но наверняка он в моих вещах рылся.
У меня в голове забрезжила идея, но я отказывалась чувствовать себя виноватой зато, что не доверяю Нику.
— Слушай, а это же очень симпатичная штука, — сказала я, ставя на место волка и беря тотем, Маталине она понравится. Надо одну такую завести. Отлично будет смотреться в чаше Мистера Рыбы.
Стул под Дженксом рухнул на четыре ножки.
— Где? — изумился пикси, и я выразительно покосилась на дверь номера. На лице у Дженкса появилось понимание, потом гнев. Может, он ни хрена не смыслил в убранстве интерьеров, но дураком он не был. — Тебя тревожит…
Я тихо хмыкнула, предупреждая, чтобы не предавал гласности мое беспокойство, как бы Ник не спер статуэтку волка, явно правильный выбор для демонского проклятия. Но эти статуэтки обе из кости, так что…
— Ага, — сказал вдруг Дженкс, забирая у меня тотем и ставя его посреди стола. — Я как пойду в город в следующий раз, я тебе принесу такую штуку.
На витрине тогда была только одна, но, увидев, что Дженкс понял, я медленно перевела дыхание и потянулась за рецептом. С карандашом в руке я наклонила голову и заправила за ухо выбившийся локон. Обмани меня однажды — позор тебе. Обмани меня дважды — абзац тебе.
ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ
Ритмичными движениями массируя исколотый указательный палец, я пыталась выжать каплю крови для активации чар гашения инерции. Палец уже болел. Дело в том, что нельзя набрать крови в пробирку и накапать пипеткой на все амулеты по очереди — если кровь не капает прямо из тела, активирующие чары ферменты разрушаются и активации не происходит. На столе лежала уже куча амулетов, и эту лишнюю пару противоинерционных я добавила с промелькнувшим резким чувством вины.
Кровь не хотела идти, и только когда я до боли сдавила палец, появилась красная капля. Она упала на первый амулет, следующую я выдавила на второй. С жутковатой стремительностью кровь впиталась в дерево, выпустив облачко запаха жженого янтаря, еще больше отравившего затхлый воздух мотеля. Много бы я отдала за открывающееся окно.
Жженый янтарь, не красное дерево — доказательство, что магия демонская. Господи, что же я делаю?
Я оглядела тихую полутемную комнату; пробивающийся сквозь шторы свет говорил, что дело идет к полудню. Я слегка вздремнула около полуночи, а потом все утро провела на ногах. Мне явно подсыпали бримстона. Соседушки мои милые, разумеется.
Я стерла с пальцев остатки крови и потянулась мимо Дженкса положить последние активированные амулеты в общую кучу. Дженкс с другой стороны стола уронил голову на руки и спал. Заклинание двойника для Питера, заклинание дворника для Ника, обычное заклятие маскировки для Дженкса. И еще два набора амулетов, гасящих инерцию, — подумала я, перемешивая кучку. После знакомства с Питером я переработала план, и никто об этом еще не знал.
Стук амулетов Дженкса не потревожил. С глубоким вздохом я откинулась на спинку стула — устала я от работы, но отдыхать рано, еще надо сплести проклятие.
Поднявшись, я взяла сумку, двигаясь осторожно, чтобы не будить Дженкса. Он, наплевав на собственный сон, сторожил меня, пока я спала, и вымотался вконец. На коленках у него мурлыкала Рекс, а гладкая вытянутая рука касалась миниаквариума с соленой водой, в котором плавали мелкие морские рачки — он ими разжился где-то по пути.
— Идеальные домашние животные, Рейч, — сказал он, блестя глазами в предвкушении реакции детишек, и я понадеялась, что мы доживем до поры, когда надо будет думать о том, как бы довезти домой этих его артемий.
Я улыбнулась невинно-лукавому выражению его юной мордочки во сне. Такое странное сочетание — до ужаса молодой, и при этом многоопытный отец, защитник, кормилец семьи… и жизнь его уже подходит к концу.
Горло сжалось, я быстро заморгала глазами. Мне его будет не хватать. Джакс никогда его не заменит. Если б нашлось заклинание, способное продлить Дженксу жизнь, я бы его применила — и черт с ней, с ценой.
Я потянулась убрать ему волосы с глаз, но остановилась, не донеся руку. Все умирают рано или поздно. Оставшиеся находят способ пережить потерю.
В расстройстве я расчистила место на столе; солью, которую Дженкс закупил про запас для своих новых питомцев, аккуратно нарисовала три круга величиной с тарелку, наложив их друг на друга так, чтобы получилось семь секторов, образованных тремя дугами каждый. Оглядев полутемную комнату, я достала из сумки Фокус. Сумка всю ночь простояла у меня в ногах, в недосягаемости для Ника.
Дженкс спал, сидя за столом, Айви — в другой комнате. Она со своего «свидания» вернулась вскоре после рассвета, а Ник с Джаксом ушли портить подушку безопасности — чтобы не сработала, когда Дженкс врежется в пикап на большом грузовике. А, и еще азот! Система впрыска закиси азота, установленная Ником на его кошмарном пикапе. При ударе она должна будет взорваться. Так что лучше времени мне не выбрать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
