— Капитан Бьючард! На набережной пламя! Горит корабль!
— Корабль? Какой корабль?
— Твой корабль, капитан! Тот, на котором ты сегодня вернулся домой!
— Коляску, Петр! — приказал Бьючард. — Скорее коляску!
Через несколько минут коляска, запряженная четырьмя лошадьми, подкатила к дверям. Бьючард взобрался в нее, нетерпеливо ожидая, когда Хокмун и Д’Аверк присоединятся к нему. Джулиана тоже попыталась было войти в коляску, но брат покачал головой.
— Нет, Джулиана, мы не знаем, что происходит на набережной. Подожди здесь.
Коляска сорвалась с места и понеслась с угрожающей скоростью. Узкие улицы освещались фонарями, воткнутыми в корзины на балконах домов, и коляска отбрасывала на стены черные тени, пролетая по улицам города.
Наконец, они добрались до набережной. Бьючард выпрыгнул из коляски. Хокмун и Д’Аверк последовали за ним. Он бежал к причалу, расталкивая всех на пути. На самом берегу он остановился, и голова его поникла.
— Безнадежно, — в отчаянии прошептал он. — Корабль не спасти. Наверняка это работа Вальона…
Верониг с потным лицом, багровым в свете пожара, вышел из собравшейся толпы.
— Вот видишь, Бьючард! Вальон мстит! Я предупреждал тебя!
Они обернулись на стук копыт приближающейся лошади и увидели, что к ним подъехал всадник.
— Бьючард! — выкрикнул он. — Пал Бьючард, который утверждает, что потопил «Речного Ястреба»?
— Я — Бьючард! — поднял он голову. — Что тебе нужно?
На всаднике были сверкающие доспехи, в левой руке он сжимал свиток, который сейчас развернул.
— Я — человек Вальона, его посланник!
Он бросил свиток к ногам Бьючарда, который даже не двинулся, чтобы поднять его.
— Что это? — спросил Бьючард, сквозь стиснутые зубы.
— Это счет, Бьючард. Счет за пятьдесят людей и сорок рабов, за корабль и всю его оснастку, а еще двадцать пять тысяч магаров ценностей, что были ка корабле. Вальон тоже может быть купцом, если пожелает!
Бьючард посмотрел на всадника. Свет от горящего корабля бросал тени на его лицо. Он ударил по свитку ногой, сбросив его в темные воды реки.
— Ты хочешь напугать меня? — твердо произнес Бьючард. — Ну, что ж, передай Вальону, что я не собираюсь оплачивать его счет и что я не испугался. Скажи ему, «если он тоже может быть купцом», что он и его жадные предки должны Нарлину сумму куда большую, чем проставлено в его счете. Я буду продолжать получать этот долг.
Всадник открыл было рот, словно собирался ответить, потом передумал, плюнул на землю и, развернув лошадь, ускакал во тьму.
— Теперь он убьет тебя, Бьючард, — проговорил Верониг почти что тоном победившего. — Он убьет тебя. Надеюсь, он понимает, что не все мы такие дураки, как ты!
— А я надеюсь, что не все мы такие дураки, как ты, Верониг, — презрительно ответил Бьючард. — Если Вальон угрожает мне, это означает, что я напугал его!
Он прошел к коляске и остановился, ожидая, когда Д’Аверк и Хокмун взберутся в нее. Потом он вошел сам, захлопнул дверь и постучал рукояткой своего меча в крышу, давая знак кучеру отправляться домой.
— Ты уверен, что Вальон действительно так слаб, как ты предполагаешь? — с сомнением в голосе спросил Хокмун.
— Я уверен, что он куда сильней, чем я предполагаю, — хмуро улыбнулся ему Бьючард. — По моему мнению, Вальон все еще не может оправиться от изумления, что вы сегодня утром осмелились атаковать его корабль. Но ведь совсем необязательно говорить об этом Веронигу, как ты считаешь?
— У тебя много отваги, капитан! — восхитился Хокмун.
— Скорее отчаяния, друг Хокмун!
— Думаю, что понимаю, что ты имеешь в виду, — кивнул Хокмун.
Всю остальную часть пути они молчали.
Ворота были распахнуты, они проехали прямо ко входу в дом. У дверей их поджидала бледная Джулиана.
— С тобой все в порядке, Пал? — спросила она, как только он вышел из коляски.
— Ну конечно, ты напрасно волнуешься, Джулиана.
Она повернулась и прошла в столовую, где со стола было еще не убрано.
— Дело не в том, что сгорел корабль, не это меня напугало, — произнесла она.
Она посмотрела на брата, потом на Д’Аверка и, наконец, на Хокмуна. Глаза ее были широко раскрыты от волнения.
— Пока вас не было, нас посетил один человек.
— Человек? Какой? — спросил Бьючард, обнимая сестру за дрожащие плечи.
— Он… он пришел один… — начала она.
— И что такого примечательного в человеке, который пришел один? Где он сейчас?
— Это был Вальон из Старвеля, Пал. Он… — Она руками закрыла лицо. — Он потрепал меня по щеке, посмотрел на меня своими холодными нечеловеческими глазами, он говорил таким голосом…
— Что он сказал? — внезапно вмешался Хокмун. Тон его был угрожающим. — Что он сказал, леди Джулиана?
— Он сказал, что он просто играет с Палом, что он слишком горд, чтобы тратить на него свое время и силы, но если Пал не объявит завтра на городской площади, что прекращает беспокоить лорда своими глупыми шутками, то его жестоко накажут. Он сказал, что ожидает завтра до полудня этого заявления Пала.
— Он пришел сюда, в мой собственный дом, — нахмурился Бьючард, — и высказал свое презрение. Пожар корабля был всего лишь демонстрацией, а кроме того, удобным поводом вытащить меня из дома. Он говорил с тобой, Джулиана, чтобы показать, что может добраться до самых близких мне людей, когда он того пожелает. — Он вздохнул. — Теперь уже не остается никаких сомнений, что он угрожает не только моей жизни, но и тем, кто мне близок. Этого трюка я ожидал, вернее почти ожидал, но все же… — Он взглянул на Хокмуна, и в глазах его внезапно появилась усталость. — Возможно, все-таки я свалял в конце концов дурака, мастер Хокмун. Возможно, Верониг прав. Я не могу биться с Вальоном, пока он сидит в безопасности за стенами Старвеля. У меня нет оружия, подобного тому, что он использует против меня.
— Я не имею права давать тебе советы, — спокойно ответил ему Хокмун, — но я могу предложить тебе свои услуги, свои и Д’Аверка, в твоей борьбе, если ты, конечно, решишь продолжить ее.
Бьючард взглянул прямо в глаза Хокмуна, а потом рассмеялся, плечи его расправились.
— Дориан Хокмун, что я должен буду думать о себе, если откажусь от помощи двух таких бойцов, как вы? Да, я буду продолжать борьбу. И завтрашний день проведу, отдыхая, не обращая ни малейшего внимания на предупреждения Вальона. Тебя, Джулиана, я оставлю здесь под охраной. Я пошлю за отцом и попрошу его прийти сюда вместе со стражниками, которые станут охранять вас обоих. Хокмун, Д’Аверк и я…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
