Читаем без скачивания Фэнтези-2016: Стрела, монета, искра - Роман Суржиков

Она поймала одного из слуг, снующих по залу, и взяла с его подноса бокал белого вина. Отметила: это уже третий. Не заговорила ни с одной живой душой, но пьешь третий бокал вина - хорошее начало, Минерва! Продолжай в том же духе, и скоро будешь спать в укромном уголке за шторой. Мире еще не доводилось напиваться. Вот будет забава, если первый раз случится на императорском балу!

Парочка прошествовала мимо рука об руку. Мужчина так был увлечен своей дамой, что не видел ничего вокруг и чуть не столкнулся с Мирой. Боги, что за человеческий улей! И, как на зло, ни единого знакомого лица! Она знала в Фаунтерре всего-то горстку людей. Итан, Марк и Ванден слишком низкородны для этого бала; сир Адамар погиб, Бекка Южанка отчего-то не появляется. Конечно, есть леди Сибил. Мира прибыла на бал в одном экипаже с графиней и первое время неотрывно следовала за нею - будто вагон за рельсовым тягачом. Леди Сибил пользовалась вниманием, к ней то и дело подходили с приветствиями. Двор чутко отслеживал настроение владыки: стоило Адриану вернуть графине свое расположение, как и придворные тут же воспылали к ней симпатией. Среди тех, кто приветствовал графиню, была и очень важная персона - архиепископ Галлард Альмера, глава Отеческой ветви Церкви. Суровый, бородатый, морщинистый, от шеи до пят укутанный в синий с серебром епископский плащ, Галлард был словно живым воплощением строгости Праотцов. Он заявил, что желает обсудить с графиней кое-какие вопросы касательно церковного сбора на Севере, и леди Сибил сказала Мире:

- Ступай, дитя мое, развлекайся.

Хм. Я вся во власти развлечений, буквально веселюсь до упаду, - думала Мира, делая очередной глоток вина. "Знакомься с людьми. Для этого балы и нужны", - говорила графиня. Этикет оставляет для этого широкие возможности. Если из группы беседующих людей ты знаешь хотя бы одного, то можешь подойти к ним, и твой знакомец представит тебя остальным. Если же человек один, не занят беседой, то ты свободно можешь заговорить с ним и отрекомендоваться.

Однако вход в группы Мире был закрыт, поскольку девушка не знала никого. А охотиться на одиночек, страдающих, как и она, от смущения, представлялось ей неоправданной жестокостью. "Сударь, вы один? Тогда позвольте, я стану рядом с вами, и мы вместе помучимся вопросом, о чем бы поговорить".

Вот, например, прохаживается среди людей одинокая девушка - по всему, из Южного Пути. Высокая, белокожая, круглое лицо, пышная грудь, широкие бедра - такую в народе назвали бы "пшеничной булочкой". Глаза мечтательно-печальные, слезливые - как у сеттера. Тоже, наверное, не знает куда себя пристроить... Однако нет: один молодой щеголь поздоровался с "булочкой", затем другой, вокруг нее образовалась стайка. Печальное выражение не ушло с лица девушки. Наверное, она ищет кого-то. Отца? Подругу? Любимого?.. Ну, уж точно не знакомства с Минервой из Стагфорта.

Вот несколько парней, расположившихся около столика с закусками, принялись поглядывать на Миру. Они были стройны, элегантны в своих черных фраках и стоячих белых воротничках... и неприятно веселы. Они улыбались, смотря на Миру, и девушка предпочла отойти от них подальше. Станет ли проще, когда начнутся танцы? Вряд ли. Слащавые хлыщи станут терзать ее приглашениями - перспектива так себе... Особенно если учесть, что в своих танцевальных навыках Мира отнюдь не была уверена. А отклонять все приглашения нельзя: прослывешь испуганной провинциальной мышью. Великолепно! Наслаждайся столичной жизнью!

Строго говоря, - улыбнулась себе Мира, - скоро в зале появится хотя бы один знакомый мне мужчина: владыка Адриан. Не прием, а театр абсурда! Я буду знать одного-единственного человека изо всей толпы, и это - император. Говорить с ним, конечно же, нельзя, пока он сам ко мне не обратится...

- Глория! - раздался знакомый голос, и Мира ахнула от радости, увидев подругу.

Бекка Южанка спешила к ней, лавируя между людьми. На ней было шелковое платье цвета слоновой кости, оттеняющее смуглость кожи; изумрудные серьги и колье - в тон зеленых глаз. Предплечье Бекки перехватывала черная лента - в знак памяти о сире Адамаре. Мира тут же обругала себя, что не обвязала руку такой лентой. Правда, она знала Адамара всего час... но он погиб по ее вине. Точней, он остался бы жив, не будь Мира такой дурой.

- Ты хмуришься? - удивилась Бекка. - Если я не ко времени, то исчезну сразу после того, как скажу, что ты прекрасно выглядишь!

Это было правдой. Надо отдать должное чувству вкуса и толщине кошелька графини Сибил: платье, туфли, украшения, даже сеточка для волос великолепно подходили Мире. Она досадливо бросила:

- Это чушь... В смысле, чушь, что прекрасно. И что хмурюсь. Нет, хмурюсь. Все дело в ленте. Тьма, Бекка, не слушай меня! Я провела час в неловком молчании и, кажется, разучилась говорить.

Южанка рассмеялась и поцеловала Миру в щеку.

- Итак, ты в восторге от приема?

- В полном и неописуемом. Спаси меня! Покажи, какой из прудов в саду достаточно глубок, чтобы утопиться. Или, волею милостивого случая, ты прихватила с собой яд?

- О, ты не разучилась говорить, а стала еще красноречивее! Молчание пошло на пользу северной леди. Может, оставить тебя еще на часок, и ты заговоришь стихами?

В глазах Миры сверкнул неподдельный ужас, и Бекка снова засмеялась.

- Идем же!

- Куда? В место, где нас не затопчут? Поверь опыту моих долгих исканий: здесь его нет.

- Все дело в выражении лица. Сделай его таким, будто ты - хозяйка мира, а все вокруг - недостойная плесень.

- Тут у всех такое выражение лица.

- В том и суть! Ты станешь похожа на человека, тебя начнут замечать. Смотрись надменно, и все полезут с тобой знакомиться.

- Вот уж не уверена, что мечтаю об этом...

- Дорогая Глория, мне еще ни разу не доводилось говорить эту фразу, но уверена, что это будет приятно. - Бекка глубоко вдохнула и торжественно произнесла: - Подумать только, когда-то и я была такой, как ты!

- И каково? Ты насладилась превосходством?

- О, это даже лучше, чем я ждала!

От былой скуки не осталось и следа, Мира цвела в улыбке. Бекка взяла у слуги пару бокалов вина, сунула один Мире. Взяла ее под руку, повела вдоль зала, рассказывая на ходу:

- Главное развлечение на светских приемах - глядеть на всех и сплетничать. Любимая игра придворных называется: "А это тот самый...". Сейчас я научу тебя. Видишь даму в красном платье с кринолином?

- Сложно не заметить.

- Это та самая маркиза Ллойд, которая недавно грохнулась с лошади прямо на копчик. Теперь она не может сидеть и носит свое жуткое платье, чтобы была отговорка - якобы, не хочет помять кринолин.

Мира хихикнула, а южанка продолжала:

- Худой мужчина с черными усиками - тот самый граф Рантигар. Он затеял большую войну на Западе и с оглушительным треском проиграл. Потерял больше тысячи воинов, тьму-тьмущую денег, а финального сражения и вовсе не было: когда войска построились друг против друга, граф понял, что шансов нет, и сдался. Зато теперь слывет главным злодеем Запада, и как видишь, он в центре внимания дамочек. Возможно, ради этого и устроил войну.